Разное

Парные картинки предметы: Парные картинки – ПРЕДМЕТЫ купить в интернет магазине Чудошоп

Содержание

1.3. Развитие внимания и памяти

Лабиринт

Цель: развивать зрительное восприятие, логическое мышление, внимание.

Оборудование: карточка с лабиринтом, карандаш.

Речевой материал: пчела, варенье, помоги пчеле найти дорожку в лабиринте к варенью, куда летит пчела?

Ход игры

Педагог дает ребенку карточку с лабиринтом и предлагает найти дорожку к варенью, помочь пчеле. Ребенок вначале может прослеживать дорожки с помощью карандаша, за тем только зрительно (рис.11).

Рис. 11. К игре «Лабиринт»

Шкафчики

Цели: развивать зрительное внимание и запоминание. Учить детей запоминать местонахождение спрятанных предметов и находить их после отсрочки.

Оборудование: шкафчики с выдвижными ящичками, мелкие игрушки, таблички.

Речевой материал: будем играть, там, тут, где, покажи, такой, не такой.

Ход игры

Педагог ставит на стол один из шкафчиков (из трех-четырех ящичков), рассматривает его вместе с детьми. Затем (при первом предъявлении игры), не убирая шкафчик из поля зрения детей, прячет мелкую игрушку или фишку в один из ящиков. После выполнения этих действий детям предлагается найти игрушку, показать нужный ящичек (используются таблички «Будем играть», «Где?», «Покажите», «Там»; предъявление табличек сопровождаются естественными жестами). В следующий Раз, спрятав игрушку, педагог закрывает шкафчик ширмой и несколько раз отстукивает ладонью по столу или вместе с детьми отхлопывает. После этого снимает ширму и предлагает кому-либо из детей показать ящик, в котором спрятана игрушка.

Усложнение идет по пути увеличения количества ящиков (до десяти) и увеличения времени отсрочки. Можно запомнить месторасположение сразу двух предметов, а после предъявления образца вспомнить, где лежит парная игрушка. В этом случае вводятся дополнительные таблички: «Т кой», «Не такой», «Где такой?»

Найди половинку

Цели: научить детей узнавать предметы по одному из его изображений, запоминать предмет.

Оборудование: наборы парных изображений предмет (на картинках один и тот же предмет изображен в разных ракурсах – с лицевой и с обратной стороны, размер карточки с животными 15×18 см) (см. прил. 8).

Речевой материал: названия предметов, верно, не верно, что (кто) это?

Ход игры

Рис. 12. К игре «Найди половинку»

Педагог предлагает детям рассмотреть картинки (контурные, черно-белые), назвать изображенные предметы и подобрать таблички, если эти слова есть в словаре ребенка. Затем педагог предлагает картинку из второго набора, в котором предметы изображены с обратной стороны. Если возникают трудности в узнавании, то педагог предъявляет детям сам предмет для рассматривания, ощупывания, после чего игр возобновляется. Если же затруднений не возникает, то игра продолжается. Возможно усложнение игры за счет увеличения отсрочки (по типу «лото с отсрочкой»), введения картинок с более сложным для узнавания ракурсом.

Узнай по контуру

Цели: учить детей узнавать предметы по контурному изображению, запоминать изображения.

Оборудование: наборы парных картинок (предметное и контурное изображение).

Речевой материал: названия предметов, такой, не такой, что (кто) это?

Ход игры

Игра проводится аналогично «Лото с отсрочкой». При затруднениях при подборе парного изображения предложить детям использовать метод наложения (для этого необходимы изображения предметов, вырезанные по контуру).

Запомни и найди

Цель: учить детей узнавать одинаковые изображения, запоминать их и соотносить мысленно; закреплять названия предметов.

Оборудование: лото или парные картинки.

Речевой материл: у кого такая же? Что это? Это… (названия предметов), запомни, смотрите внимательно, у тебя больше, ты победил.

Ход игры

1 вариант. Педагог предлагает детям поиграть. Перед детьми выкладывается небольшое количество картинок (от четырех до десяти), ребенок рассматривает свои картинки, называет их, педагог предлагает запомнить этот ряд («Посмотри внимательно и запомни «). Затем картинки предлагается перевернуть изображением вниз. После этого педагог берет картинку, парную картинке у кого-то из детей, и спрашивает: «У кого такая?» Ребенок должен вспомнить, есть ли у него такая картинка и на каком именно месте в ряду она лежит, показать, сказав: «У меня».

Усложнение: выкладываются все имеющиеся парные картинки изображением вниз. Педагог первым переворачивает сначала одну, затем другую картинку. Если картинки оказываются парными, он их убирает в сторону, объясняя: «Одинаковые «. Если картинки не совпали, педагог кладет их обратно, переворачивая обратно изображением вниз и говорит: «Запомните, тут «кошка», а там «дерево». Затем ребенок таким же образом вступает в игру, пытаясь при необходимости вспомнить, где уже переворачивалась картинка, необходимая ему для пары. Игра продолжается до тех пор, пока все парные картинки не разойдутся по игрокам. Выигрывает тот, у кого больше пар.

2 вариант: задание дается подобное, но только с табличками. Они могут быть по одной теме, а могут быть из разных тем.

Что изменилось?

Цели: учить запоминать предметы и их изображения, расположение предметов, картинок в пространстве, развивать внимание.

Оборудование: различные игрушки, предметы, картинки по темам, изучаемым в данной возрастной группе, ширма (или экран), салфетка, таблички.

Речевой материал: посмотри, запомни, названия предметов, игрушек, что это? Чего нет? Чего не стало? Что изменилось? Что не так?

Ход игры

1.      Педагог предлагает детям рассмотреть последовательное из трех-четырех предметов, назвать их, затем ряд на некоторое время (-10-15 сек.) закрывается ширмой, педагог за ней убирает один предмет из ряда. После этого ширма открывается и детям предлагается назвать т предмет, которого не стало («Чего нет? Чего не стало?»). Ребенок устно отвечает. На первых порах можно для ответа использовать такой же ряд предметов, чтобы ребенок мог показать, чего не хватает, чего не стало казать ту игрушку, которую теперь не видит.

2.      Детям предлагается ряд картинок, которые таким же разом, как и предметы, выкладываются в ряд, Затем количество изменяется в связи с удалением одной картинки за ширмой. Картинки могут быть представлены на фланелеграфе.

3.      Детям предлагается запомнить ряд предметов, затем он закрывается на некоторое время ширмой и за ней предметы меняют местами, после этого ширма убирается, детям предлагается сказать: «Что изменилось?», «Что не так?»

То же самое возможно с картинками.

Такие же задания можно проводить с использованием табличек с названиями различных предметов.

Усложнения:

·         увеличивается ряд предметов, картинок до 10-12;

·         сначала даются для игры предметы, игрушки, а затем можно использовать и картинки с изображением предметов, игрушек;

·         убирать можно сначала один предмет или игрушку, затем и больше до пяти-шести. То же самое и с картинками;

·         менять местами так же можно сначала 2 предмета, затем больше до четырех-пяти.

Чего не хватает?

Цели: развивать зрительное внимание, учить находить недостающие детали, уточнять представления о предметах, о его частях.

Оборудование: сборно-разборные игрушки (игрушки у которых можно снимать отдельные части), картинки с изображением предметов, у которых отсутствуют существенные или характерные детали.

Речевой материал: посмотри внимательно, чего нет? Все верно? Чего не хватает? Названия предметов и их частей.

Ход игры

Чаще всего дети замечают неполадки в объемных игрушках, указывая на эту часть и говоря или показывая жестом, что тут сломалось. Поэтому

1-й вариант игры может быть следующим: педагог ставит перед детьми игрушку без какой-либо важной и легко выделяемой части и просит детей сказать, целая игрушка или нет: «Чего нет? Все верно?», «Чего не хватает?» Дети указывают место, где отсутствует Деталь. Педагог предлагает из коробки, в которой находятся различные части игрушек, в том числе и данной, выбрать недостающую деталь и прикрепить ее на место

2-й вариант предполагает поиск недостающих деталей на картинках.

Усложнения:

·         поиск недостающих частей на силуэтных изображениях, на предметных и сюжетных картинках;

·         поиск недостающих деталей в аппликации на фланелеграфе;

·         увеличение количества отсутствующих деталей у предметов.

Прятки с игрушками

Цели: развивать внимание и память детей, развивать способность удерживать в памяти определенную цель – искать конкретную игрушку.

Оборудование: три-четыре (пять-семь) новых, незнакомых детям игрушек.

Речевой материал: найди, названия игрушек, большой, маленький, названия основных цветов, ищите, спрячь

Ход игры

Педагог привлекает внимание детей к новым игрушкам: «У нас гости. Посмотрите, какие игрушки. Что это?  А это? После рассматривания игрушек педагог предлагает: «Будем играть с ними. Игрушки будут прятаться, я вы будете искать». Педагог предлагает детям выбрать понравившуюся им игрушку и говорит: «Ты будешь искать мишку и т. п. Что (кого) ты будешь искать?» После этого дети отворачиваются к стене, закрывают глаза или выходят за дверь педагог прячет новые игрушки среди старых, знакомых и затем предлагает детям: «Ищите. Где твоя игрушка?»

Каждый из детей должен найти выбранную им ранее игрушку. Первому нашедшему – приз: наклейка или значок. В конце игры те, у кого больше всех значков, выходят вперед, остальные им аплодируют.

Усложнения:

·         сначала педагог может показать, как надо искать, затем дети самостоятельно выполняют;

·         можно выбрать водящих – они будут искать игрушки остальные дети, знающие, куда педагог спрятал игрушки, не должны подсказывать;

·         одни дети прячут игрушки, другие потом ищут их. Педагог помогает найти место, куда лучше спрятать;

·         увеличивается число участников игры, следователь увеличивается и количество игрушек.

Подбери слово

Цели: развитие зрительного внимания и памяти, закрепление названий знакомых предметов, развитие словесной памяти.

Оборудование: карточки с изображением различных предметов и их названиями, разделенные пополам ломаной линией (размер карточки 10×12 см). Предметы могут быть из одной тематической группы или из разных (см. рис. 13).

Речевой материал: будем играть, что это? Названия предметов, изображенных на карточках.

Ход игры

Педагог предлагает ребенку поиграть. Он дает ребенку половинки двух-трех картинок и задает вопрос: «Что это?» Если ребенок знает название предмета, он может сразу подобрать вторую половинку с табличкой к изображению, опираясь только на глобальное восприятие таблички с названием данного предмета. Если ребенок не знает название предмета, он просто подбирает нужную половинку с написанным словом, опираясь на конфигурацию выреза и совмещая половинки. Каждая картинка совмещается только со своей половинкой, на которой написано ее название.

Игра также может использоваться для закрепления навыков глобального чтения слов по определенной теме.

Рис. 13. К игре «Подбери слово»

Послушай и запомни

Цели: развивать умение запоминать ряд слов, воспроизводить заданную словесную последовательность, развивать внимание.

Оборудование: таблички с названиями предметов либо по одной теме, либо по разным.

Речевой материал: слушай внимательно, запомни, назови слова, потом, кто запомнил? повтори.

Ход игры

Педагог предлагает детям поиграть. Называет слово и кладет табличку. Например, «пирамида». Затем называет второе слово – «мяч» и кладет эту табличку вслед за первой, образу ряд. Когда выложены три таблички, переворачивает их и устно воспроизводит: «Тут пирамида, потом мяч, потом лодка. Кто запомнил? Повтори». Ребенок повторяет. Затем педагог выкладывает новую табличку и читает новое слово, кладет табличку вслед за уже имеющимися. И повторяет весь ряд сначала.

Можно предложить детям таблички (по одной или по две которые они выкладывают друг за другом, выстраивая и за поминая ряд, затем воспроизводя этот ряд устно.

Усложнения:

·         слова берутся из разных тем;

·         увеличивается число запоминаемых слов;

·         игра проводится без табличек, только на слух.

Можно предложить детям таблички (по одной или по две которые они выкладывают друг за другом, выстраивая и за поминая ряд, затем воспроизводя этот ряд устно.

Усложнения:

·         слова берутся из разных тем;

·         увеличивается число запоминаемых слов;

·         игра проводится без табличек, только на слух.

Урок «Узнавание, нахождение, показ и отбор парных предметов. Соотнесение предмета с его изображением на картинке»

Конспект урока по предмету «Предметно-практическая деятельность»

в 5 классе

Дата урока:

Тема урока: Узнавание, нахождение, показ и отбор парных предметов. Соотнесение предмета с его изображением на картинке.

Тип урока: сообщения новых знаний

Цель урока:   Формирование умений находить, показывать и отбирать парные предметы, соотносить предмет с его изображением на картинке.

Задачи:

Образовательные:

Учить находить, показывать и отбирать парные предметы;

Формировать умение соотносить предмет с его изображением на картинке.

    Коррекционные:

    Коррекция мелкой моторики пальцев рук;

    Коррекция и развитие мышления: умения выделять признаки предмета, сравнивать предметы по выделенному признаку.

      Воспитательные:

      Воспитывать коммуникативные навыки, познавательный интерес к занятиям.   

        Оборудование:

        – картинки к игре «Мастерская по ремонту»,

        – задания на печатной основе,  
        – карточки с индивидуальными заданиями,

        – цветные карандаши.

        Ход урока

        1.Организационный момент

        Долгожданный дан звонок –

        начинается урок!

        Тут затеи и задачи,

        Игры, шутки, все для вас!

        Пожелаем всем удачи –

        За работу, в добрый час!

        2. Сообщение темы и цели занятия 

        3. Изложение новой темы

        Игра «Мастерская по ремонту»

        Цель игры: подвести детей к тому, что без недостающей детали предмет трудно будет использовать.

        Материал: картинки с изображением предметов с недостающей деталью, картинки с изображением отсутствующей детали.

        Ход игры. Предлагается рассмотреть изображенные на картинке предметы, обращая внимание на отсутствие той или иной детали. Затем предлагается «отремонтировать» сломанные предметы-найти недостающую деталь.

        -Дети, сегодня на занятии мы с вами узнаем, что предметы состоят из различных деталей.

        Подача нового материала. 

        Упражнение на развитие зрительной памяти.

        Инструкция: назовите те предметы, которые вы ремонтировали в предыдущей игре.

        Игра «Чего не хватает?» (развитие внимания и восприятия)

        Инструкция: Назовите недостающую деталь у предмета.

        4.Физкультминутка 

        Дидактическая игра «Дорисуй»
        Педагог раздает детям и просит дорисовать недостающую часть.

        5.Подведение итогов 

        Дети, что вы сегодня делали на занятии?

        Что нового узнали? Какой вывод можно сделать о частях предметов? Все ли части предметов важны или можно использовать предмет без какой-либо его детали?

        Природа и рукотворный мир: дидактические игры для детей

        Природа и рукотворный мир: дидактические игры для детей, карточки для скачивания. познавательное видео для детей о живой и неживой природе.

        Из этой статьи Вы узнаете, как познакомить малыша с окружающим миром, как объяснить, что такое живая и неживая природа, что такое рукотворный мир и чем они отличаются, какие развивающие и обучающие игры Вам помогут.

        Сегодня я с радостью представляю еще одну читательницу сайта «Родная тропинка» и участницу конкурса «Растем с Родной тропинкой». Это не только многодетная мама, но и студентка педагогического колледжа и воспитатель детского сада по профессии. Марина подготовила для читателей «Родной тропинки» игру по ознакомлению детей с окружающим миром.

        Передаю слово Марине: «Меня зовут Смирнова Марина Анатольевна. На сайте «Родная тропинка» я не так давно — примерно около года. Живу в с. Частоозерье. У меня трое детей, студентка 4-го курса педагогического колледжа. Работаю в детском саду воспитателем. Увлекаюсь бисероплетением, рисованием (как карандашами так и красками), пластилинографией, модульным оригами, шью простые игрушки для занятия из фетра, делаю разные поделки  и т. д. Недавна начала делать дидактические игры для детей». И сегодня Марина Анатольевна делится с нами двумя играми и карточками к ним.

        В дидактических играх  не только уточняются представления детей об окружающем мире и необходимости бережного отношения к нему, но и развиваются: связная речь, познавательный интерес, умение анализировать, сравнивать, обобщать, группировать предметы, внимание детей.

        В дидактических играх дети узнают о том, что  предметы вокруг них  бывают разные.

        Некоторые предметы сделаны руками человека (рукотворный мир), а другие предметы созданы природой (мир природы).

        Мир природы также очень разнообразен. Есть живая природа, а есть неживая природа. 

        К миру природы относятся звезды и Луна, леса и горы, трава и деревья, птицы и насекомые. Это те предметы, который существуют вне человека, он не делал их своими руками или с помощью машин и инструментов.

        • К неживой природе относятся снег и песок, луч солнца и камни, глина и горы,  реки и моря.
        • К живой природе относятся растения, грибы, животные и микроорганизмы.

        К миру рукотворному относятся наша одежда  и обувь, дома и транспорт, инструменты и головные уборы и многое другое, магазины и другие здания вокруг нас, стадионы и дороги.

        Как объяснить детям, чем отличается мир природы от рукотворного мира и чем отличаются живая и неживая природа друг от друга? 

        Очень хорошо объясняется детям, что такое природа  и чем отличается природа живая и неживая, в моей любимой передаче для детей по окружающему миру «Шишкина школа. Природоведение».  Посмотрите с детьми эту познавательную веселую передачу для малышей. Поиграйте в игру вместе с ее героями, обсудите их ответы и ошибки.

        Из каких  царств состоит мир природы? 

        Об этом дети узнают из передачи «Шишкиной школы»  по теме «Царства природы», и вместе со зверушками- героями программы — отгадают загадки об обитателях этих царств

         

        А сейчас, когда Ваш малыш узнал, что такое природа, как отличить мир природы от мира рукотворного, как отличить живую и неживую природу, давайте поиграем в дидактическую игру и закрепим  и уточним представления детей об окружающем мире. И в этом помогут нам игры и карточки Марины.

        Дидактическая игра 1.  «Живая и неживая природа»

        Материал к игре
        • Картинки с изображением предметов живой и неживой природы (планета земля, утенок, лес, бабочка, гриб, горы и т. д.)
        • Карточки красного и зеленого цвета (на каждого ребенка)
        • Две куклы или другие игрушки.

         Ход игры

        Создайте игровую ситуацию с помощью игрушек. Две игрушки (куклы) поссорились и никак не могут разделить картинки. Спросите детей: «Как же можно помирить наших кукол? Как можно разделить эти картинки между Катей и Машей?» Дети обсуждают, как можно помочь игрушкам.

        Обратите внимание детей на карточки — подсказки, вспомните, что они обозначают. Утенок — это мир живой природы. А горы — это мир неживой природы. Ребенок помогает куклам правильно разделить картинки.

        • Можно раздавать картинки куклам, например, кукле Маше — давать карточки с изображением живой природы, а кукле Кате — с изображением неживой природы.
        • А можно ввести условные значки. Карточка «утенок» зеленого цвета, а карточка «горы» — красного цвета. Предложите детям закрыть картинки с изображением живой природы квадратами зеленого цвета (как и утенок), а картинки с изображением неживой природы  закрыть карточками красного цвета (как и карточка «горы»).
        • Если игра проводится с группой детей, то взрослый выдает каждому ребенку набор картинок  и карточки красного и зеленого цвета для их раскладывания.

        Задача детей — правильно разделить все картинки по двум группам.

        Кукла Маша и Катя забирают каждая свои картинки и благодарят детей за помощь, хвалят их за то, что они очень догадливые и любознательные.

        Скачать картинки к игре «Живое и неживое»

        Скачать картинки к игре «Живая и неживая природа» бесплатно можно по этой ссылке.

         Дидактическая игра 2. Природа и рукотворный мир

        В этой игре дети научатся отличать предметы мира природы от предметов, сделанных руками человека, классифицировать картинки, рассуждать и делать выводы, описывать предметы.

        Материалы к игре

        Вам понадобятся для игры картинки с изображением предметов природного и рукотворного мира  (муравейник, зеркало, цветок колокольчик; электролампа,  и др.).

        Ход игры

        Играет группа детей. Можно играть и в паре «взрослый и ребенок».

        Каждый ребенок получает от взрослого набор картинок с изображением разных предметов рукотворного мира. Взрослый показывает картинку объекта природы.

        Например, муравейник — дом муравьев. Дети ищут среди своих картинок предметы рукотворного мира, похожие на муравейник. Например, парой для муравейника может быть современный дом, скворечник, конюшня, птичник, сделанные руками человека. А возможно, Ваш ребенок найдет другую пару и сможет доказать, что она подходит, т.к. похожа на исходную картинку по какому-то признаку.

        Нужно не просто отгадать и найти нужную картинку, но и доказать, что эта картинка подходит как пара картинке, показанной взрослым.

        Примеры таких пар  в карточках к игре:

        • цветок колокольчик (природный мир) — колокол (рукотворный мир),
        • солнце — лампочка,
        • ежик — металлическая щетка — расческа с длинными зубчиками,
        • бабочка живая — бабочка на праздничный костюм,
        • планета Земля — игрушечный мячик,
        • паутина — рыболовные сети,
        • ласточка с крыльями — самолет с крыльями,
        • клешни рака — клещи как инструмент человека,
        • снежинка и снежинка — кружевная салфетка,
        • мышка живая — мышка компьютерная.

        Скачать картинки к игре

        Картинки к игре «Природа и рукотворный мир», подготовленные Мариной Анатольевной, можно скачать  бесплатно по этой ссылке.

        Интересные материалы — игры, рассказы в картинках, задания для детей по ознакомлению с окружающим миром — Вы найдете в рубрике «Мир вокруг нас». 

        Популярные статьи:

        — Какие бывают самолеты? Зачем нужны самолеты? Познавательная сказка в картинках, развивающие задания для детей. 

        — Грибы в познавательных сказках, рассказах, картинках и развивающих заданиях для детей. 

        — История утюга в загадках, картинках, стихах и видео для детей. 

        — Сказка о зимующих и перелетных птицах. 

        — Зимующие птицы в картинках, загадках, познавательных рассказах, играх, стихах и развивающих заданиях для детей.

        Получите  НОВЫЙ БЕСПЛАТНЫЙ АУДИОКУРС  С ИГРОВЫМ ПРИЛОЖЕНИЕМ

        “Развитие речи от 0 до 7 лет: что важно знать и что делать. Шпаргалка для родителей”

        Кликните на ссылку или на обложку курса ниже для бесплатной подписки

        Автор курса – Валасина Ася, кандидат педагогических наук, автор сайта “Родная тропинка”

        Дидактические игры в воспитание интереса к природе и окружающему миру детей младшего возраста

         

        Воспитатель  МДОУ «Детский сад №3 «Колосок» с. Айша ЗМР РТ

        Анисимова Н.В. 2 кв. категория 17 февраля 2012 год

        “Дидактические игры в воспитание интереса  к природе и окружающему миру детей младшего возраста “

         

         

        Дошкольное детство – это период игры.

         

        Игра в детские годы преобладает над всеми другими делами ребенка. Именно поэтому психолог Л.С.Выгодский назвал её ведущей деятельностью дошкольного детства.

             Основные виды игр.

        Все дидактические игры можно разделить на три основных вида: игры с предметами (игрушками, природным материалом), настольно-печатные и словесные игры.

         

        Игры с предметами.

        К играм с предметами относятся сюжетно-дидактические игры и игры-инсценировки.

        Мы используем такие Дидактические игры с предметами для детей 3-4 лет, как

        Кукла Катя проснулась.

        Дидактическая задача: Закрепить знания детей о названии одежды куклы: майка, трусики, платье, колготки, туфли, ночная рубашка; о последовательности процесса одевания; упражнять в действиях одевания куклы; активизировать речь детей.

         

        Кукла Катя обедает.

        Дидактическая задача: Закрепить знания детей о столовой посуде, активизировать их речь; воспитывать культуру поведения во время еды, заботливое отношение к кукле.

         

         Что изменилось? (Игра с матрешками).

         

        Дидактическая задача. 

        Упражнять детей в правильном назывании предметов и их действий (матрешка спряталась, стоит на месте, прибежала), замечать и называть различие в цвете одежды и размере матрешек, воспитывать у детей зрительную память, произвольное запоминание, наблюдательность, речь.

         

        В играх с предметами используются игрушки и реальные предметы, Играя с ними, дети учатся сравнивать, устанавливать сходство и различие предметов. Ценность этих игр в том, что с их помощью дети знакомятся со свойствами предметов и их признаками: цветом, величиной, формой, качеством. В дидактических играх широко используются разнообразные игрушки, сделанные из дерева (металла, пластмассы, бумаги и др.)

         

         

           

         

         

        Детям младшей группы дают предметы, резко отличающиеся друг от друга по свойствам, так как малыши еще не могут находить едва заметные различия между предметами.

        В средней группе используют такие предметы, в которых разница между ними становится менее заметной.

               

         

        Игры с природным материалом

        (семена растений, листья, разнообразные цветы, камушки, ракушки) воспитатель применяет при проведении таких дидактических игр, как “Чьи это детки?”, “От какого дерева лист?”, “Собери букет из осенних листьев”, и др. Воспитатель организует их во время прогулки, непосредственно соприкасаясь с природой. В таких играх закрепляются знания детей об окружающей их природной среде, формируются мыслительные процессы (анализ, синтез, классификация) и воспитывается любовь к природе, бережное к ней отношение.

         

        Настольно-печатные игры.

         

        Настольно-печатные игры – интересное занятие для детей. Они разнообразны по видам: парные картинки, лото, домино. Различны и развивающие задачи, которые решаются при их использовании.

         

         

        Подбор картинок по парам. 

         

        Самое простое задание в такой игре – нахождение среди разных картинок совершенно одинаковых: две птички, два грибочка и др. «Парные картинки. Садовые цветы. Птицы. Деревья, лисья и плоды»

        Затем задание усложняется: ребенок объединяет картинки не только по внешним признакам, но и по смыслу: найти среди всех картинок два цветка. Цветы, изображенные на картинке, могут быть разные и по форме, и по цвету, но их объединяет, делает их похожими принадлежность к одному виду предметов.

         

        Подбор картинок по общему признаку. 

        Здесь требуется некоторое обобщение, установление связи между предметами. Например, в игре «Овощи. Фрукты. Ягоды» дети объединяют картинки, классифицируют их фрукты с фруктами, овощи с овощами, ягоды с ягодами.

         

         

         

        А в игре «Детеныши животных» дети закрепляет название животных: курица-цыпленок, корова-теленок, и т.д.

         

         В игре “Что растет в саду (лесу, городе)?” дети подбирают картинки с соответствующими изображениями растений, соотносят с местом их произрастания, объединяют по одному признаку картинки.

         В игре «Живая природа» ребенок должен объединить картинки по видам: деревья, цветы, звери, рыбы, птицы, насекомые, люди.

        В ирге «Времена года» дети подбирают карточки с подходящими по смыслу картинками. Где закрепляют знания о временах года и сезонных изменениях.

         

        Составление разрезных картинок и кубиков.

         

         

         Задача этого вида игр – учить детей логическому мышлению, развивать у них умение из отдельных частей составлять целый предмет. В младших группах картинки разрезают на 2 -4 части, то в средней и старших группах целое делят на 8 – 10 частей. При этом для игры в младшей группе на картинке изображается один предмет: растение, животное и др.

        Для более старших на картинке изображается сюжет из знакомых сказок или иллюстрация с природным фоном. Мы используем такие игры как: «Вершки и корешки», разрезные картинки «Птицы», «Садовые цветы», «Комнатные растения», «Листья и плоды»

        Для любознательных. Родина пазлов – Англия, год рождения 1763 г. Автор – английский гравер Д. Спилсбари, который изготовил из красного дерева географическую карту, разрезанную по границам стран. Карта использовалась в качестве дидактического пособия в школе. Во второй половине 19 века пазлы появились в Европе и  Америке. Их начинают делать из картона. Революционным открытием стало изобретение особой техники пазлов, а именно отдельные элементы скреплялись друг с другом и составляли компактный рисунок, чем пазлы отличаются от мозаики.

        Описание, рассказ о картине с показом действий, движений.

        В таких играх воспитатель ставит обучающую задачу: развивать не только речь детей, но и слух, воображение и творчество. Часто ребенок для того, чтобы играющие отгадали, что нарисовано на картине, прибегает к имитации движений, или подражанию движениям животного, его голосу. Если в игре «Кто как кричит» дети по издаваемым звукам должны определить животное. то в игре “Отгадай кто это?” ребенок, взявший у водящего карточку, внимательно ее рассматривает, затем изображает звук и движения (кошки, петуха, и др.)

                      

         

        Словесные игры.

         Словесные дидактические игры учат детей обобщать явления, классифицировать предметы, относить их к той или иной категории. В таких играх дети решают разнообразные мыслительные задачи; описывают предметы, выделяя характерные их признаки; отгадывают по описанию; находят признаки сходства и различия; группируют предметы по различным свойствам, признакам. Эти дидактические игры проводятся во всех возрастных группах, но особенно они важны в воспитании и обучении детей старшего дошкольного возраста, так как способствуют подготовке детей к школе. Вот некоторые из игр.

        «Когда это бывает?»– взрослый называет явление, ребенок – время года, когда оно бывает. Например: -идет снег …зимой; – радуга на небе… летом и т.д.

        «Что бывает круглое в природе?» (солнце, луна, апельсин, яблоко ит.д.).

        «Что бывает Желтое в природе?» (солнце, одуванчик, лимон, осенние листья).

        «Что это такое?»– взрослый называет растение или животное, ребенок- общую группу, к которой они относятся. Например: -воробей…птица , -мухомор…гриб.

        «Назови, одним словом»

        -кошка, собака, корова…домашние животные, звери.

        -волк, заяц, лиса…дикие , лесные животные, звери.

        «Что третье?» – взрослый называет два сходных предмета, ребенок должен подобрать к ним третий:

        -Ворона, воробей…сорока

        -крыжовник, земляника….малина

        “Так бывает или нет?” правилами игры требуется: заметить в стихотворении Л. Станчева “Это правда или нет?” все небылицы:

        Теплая весна сейчас,
        Виноград созрел у нас.
        Конь рогатый на лугу
        Летом прыгает в снегу.
        Поздней осенью медведь
        Любит в речке посидеть.
        А зимой среди ветвей
        Га-га-га пел соловей.
        Быстро дайте мне ответ –
        Это правда или нет?

        Во время игры, что бы она ни сводилась к упражнениям, должны действовать правила, которые побуждают ребенка к правильным и быстрым ответам. Например, взрослый считает до з-х – время, за которое надо ответить или за неправильный ответ – штраф в виде фанта, штрафное очко.

        Также целесообразно совмещать игры с движениями.

        – я сосчитаю до трех и назову дерево, А ты поскорее беги к нему, да смотри не перепутай: раз, два, три к березе беги (ребенок бежит). Раз, два, три под елку беги.

        Очень важно правильно подобрать игру, проанализировать, есть ли у ребенка необходимые знания, представления. В конце игры обязательно надо хвалить детей, делать акцент на позитивных моментах, поощрять успехи.

        Слива с косточкой. Часы со стрелками.

         

        4. “Кто самый внимательный” (Винительный падеж).

        Педагог предлагает детям вспомнить и ответить на вопросы: “Что ты видел в магазине? (в лесу, в огороде, в автобусе, в театре и т.д.)”

         

        5. (Родительный падеж).

        – Угадай, чьи это вещи? (это халат мамы, очки бабушки, игрушка брата)

        – Угадай, чьи хвосты? Чей клюв? Чей нос? Чья морда?

        – Кто чей детёныш?

        – Что забыл нарисовать художник?

        – Чего не стало?

        – Упражнение на сравнение: по величине, по высоте, по вкусу и т.д. Например, корова больше овцы, куст ниже дерева.

        – Назови пять предметов, например: “Я съел пять конфет. Я принёс пять стульев”.

        – Угадай мое желание: “Я хочу купить … хлеба, масла, колбасы и т.д. Я хочу отрезать кусок … пирога, торта, булки и т.д.

        6. (Дательный падеж).

        – Кому что нужно? Например, дворнику нужна лопата, повару нужен нож и т.д.

        – Кому какое угощение приготовим? Например, сено дадим козе, морковку дадим кролику, лошади дадим овса и т.д.

        7. (Творительный падеж).

        – Я хочу угостить подругу соком, компотом, конфетами и т.д.

        – Кто кем работает?

        – Кто чем работает?

        – С чем пьют чай?

        – Кем или чем был? Кем или чем будет? Детям нужно найти пару по картинкам: семечко – подсолнух, котёнок – кошка, мальчик – мужчина, и составить предложение: “Семечко проросло и стало подсолнухом. Мальчик вырос и стал мужчиной”.

         

        Жеребёнок с каждым днём Подрастал и стал … конем. Жил-был маленький щенок, Он подрос, однако. И теперь он не щенок, Взрослая … собака. Бык, могучий великан, В детстве был … телёнком. Толстый увалень – баран – Тоненьким … ягненком.   Этот важный кот Пушок – Маленьким … котёнком А отважный петушок – Крохотным … цыпленком. А из маленьких утят Вырастают … утки, Специально для ребят, Тех, кто любит шутки.

         



        8. Стихотворение о коте.

         

        У норы добычи ждёт, Притаившись, серый кот. Мышь осталась без хвоста, Убегая от … кота. А теперь и за версту Не приблизится к … к коту. Крыса старая, и та, Видя грозного кота, Убежит скорее в дом, Чтоб не встретиться с … котом. Там дрожит и в темноте Вспоминает о … коте.

         

        9. (Предложный падеж).

        – Где что растёт? Где кто живёт?

        – О чём мечтаешь?

        – На чём лежишь?

         

         

        ГЛАГОЛ + СУЩЕСТВИТЕЛЬНОЕ В КОСВЕННЫХ ПАДЕЖАХ

         

        1. Цирк – Цапля задает загадку об одном из артистов цирка: – лежит под крылечком, хвост колечком. – Собака.

        – Этого артиста зовут Цибик. У Цибика есть мешок (выставляются картинки собаки и мешка, или игрушки), в котором есть много разных предметов (картинок). Он раздает вам предметы (картинки), а вы скажите, какие действия можно выполнить с их помощью.

        Если ошибетесь, Цибик лаем покажет это. Надо будет скоре исправить ошибку. (раздает картинки)

        – Цибик дал мне расческу. Что я буду делать?

        Я буду причесываться расческой.

        Дети произносят фразы:

        – Я буду вытираться полотенцем.

        – Я буду кататься на санках.

        – Я буду садиться на стул.

        – Поаплодируем Цибику.

         

        2. “Угощение”.

        Маша угощает гостей:

        – Бабушке пирог с капустой, Дедушке – с картошкой, Матушке с малинкой, Батюшке с ветчинкой, Тетушке с лучком, Дядюшке с яичком, Сестрицам с медком, Братцам с сахарком.

        Угостила котика сметанкой, собачку – баранкой, курочку – кашкой, а мышку-малышку – сдобной пышкой.

         

        * ОБРАЗОВАНИЕ УМЕНЬШИТЕЛЬНО-ЛАСКАТЕЛЬНОЙ ФОРМЫ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫХ И ПРИЛАГАТЕЛЬНЫХ

         

        1. Цирк: Здесь клоуны, факиры + Звук “Ц”

        И умные зверушки.

        Здесь слышится по всюду

        Веселый смех и шутки!

        И нет тут места грусти!

        И некогда скучать!

        Скажите, как же место

        Такое нам назвать?

         

        Представление в цирке ведет цапля. (Логопед выставляет игрушки или картинку). Она очень умная и знает много веселых историй и загадок. Сейчас цапля с помощью волшебной палочки предлагает превратить любой предмет из большого в маленький. Вот она говорит: “Дерево” и взмахивает палочкой. Дерево превращается в деревце. Берите по очереди палочку и превращайте предметы, которые я назову, в маленькие.

        Масло – маслице, блюдо – болото – сало – окно – одеяло – тело – печенье – зеркало – платье – кресло –

         

        2. Игра настольная “Измени слово”.

        Назвать картинку так, чтобы получился звук “ш”.

         

        Рыба – рыбешка солнце – солнышко домик – домишко хлеб – хлебушек скворец – скворушка заяц –зайчишка

         

        3. Педагог использует карточки с парными картинками: высокий предмет – низкий предмет. Рассказывает: “Мальчик Саша попал в страну Гномия. Там было всё такое же, как у нас, но очень маленькое. Он увидел не дорогу, а дорожку, не куст, а кустик. Давайте поиграем в эту игру! Что ещё увидел Саша в стране Гномия? Педагог демонстрирует парные картинки, а дети называют их.

        4. “Найди пару”

        Детям раздаются парные картинки: одному – звезда, другому – звёздочка, кольцо – колечко, шапка – шапочка. Детям предлагается встать парами так, чтобы большой и маленький предмет оказались рядом. Дети находят свою пару и говорят: “У меня звезда. – У меня звёздочка”. Логопед задает вопрос, чем отличаются предметы (размером и названием): делается вывод, что большие и маленькие предметы называются по-разному.

         

        5. “Посылка от бабушки”

        Логопед предъявляет две куклы разного размера: Таню и Танечку. Объясняет детям, что бабушка прислала посылку, а дети должны помочь разобрать вещи для Тани и Танечки.

        – Тане будем давать какие вещи? – Большие.

        – А Танечке? – Маленькие.

        Каждый ребенок подходит к коробке, достает вещь, называет и дает нужной кукле.

        6. “Кто самый внимательный”.

        У детей на столах лежат пара картинок. Логопед предлагает поднять ту картинку, которую он назовет.

        7. “Кто больше запомнит”.

        На доске стоят картинки с изображением больших и маленьких предметов. Ребенок выходит, поворачивается спиной к доске и по заданию логопеда называет большие или маленькие предметы.

        8. “Путаница”.

        Логопед дает детям задание: “Даша и Дашенька перепутали одежду. Разложите вещи правильно и скажите, кому что”. Дети составляют предложения: “Даше – халат, а Дашеньке – халатик” и т.д.

        9. Логопед читает детям стихотворение:

         

        Жил да был весёлый гном,

        Он себе построил дом.

        Рядом жил поменьше гномик,

        Он построил домик.

         

        Логопед предлагает детям посадить дерево в сад к гному или к гномику. По очереди дети выходят и ставят своё дерево около гнома или около гномика, дают полный ответ: “У гнома растёт дуб. У гномика растёт дубок. У гнома растет береза. У гномика – берёзка”.

        10. В аналогичных играх логопед закрепляет у детей умение образовывать уменьшительно-ласкательную форму прилагательных. Например, сравнивая куклы разного размера, составляются предложения: “У Тани белые волосы, а у Танечки – беленькие волосики. У Тани голубой бант, а у Танечки голубенький бантик”.

        11. “Разложи предметы”.

        Логопед предлагает рассортировать предметы: большие сложить в большую коробку, а маленькие – в маленькую. При этом дети называют предметы по-разному: перчатки – перчаточки, ботинки – ботиночки, шапка – шапочка.

         

        * ОБРАЗОВАНИЕ ПРИСТАВОЧНЫХ ГЛАГОЛОВ

         

        1. “Волшебная ромашка” – подготовительная группа.

        – Прочитайте слова, написанные в середине ромашки (Учить).

        – Прочитайте слоги, написанные на лепестках (При, раз, вы и т. д.) – какие слова получатся, если их соединить со словом в середине? (Приучить, выучить, разучить

        и т.д.)

        – Молодцы!

         


         

        2. “Что сделал Саня?”

        (Нади предмет, к которому подходит действие)

        Саня слепил, связал, сварил, склеил, снял, смял, съел, срисовал, спас, спихнул.

        3. Образование приставочных глаголов: а) по демонстрации действия:

        – Воду в стакан налили, вылили, перелили, цветы полили, пролили, слили.

        – Машина до моста доехала, на мост заехала, по мосту проехала, с моста съехала, гору объехала, на дорогу выехала, дальше поехала.

        – Пчела к цветку подлетела, его облетела, с цветка слетела, вверх взлетела и улетела.

        б) Вставить в предложение подходящее по смыслу слово:

        – Дети воду в лейку … налили.

        – Зимой ребята каток водой … залили.

         

        4. Игра “Скажи наоборот”.

        Наливает – выливает; приходит – уходит;

        приносит – уносит; заходит – выходит.


        Статья по изготовлению “Парные картинки”


        Дидактическое пособие «Парные картинки»

        Игра является ведущим видом деятельности детей дошкольного возраста. Дидактические игры — одно из средств воспитания и обучения детей.

        Что же такое дидактические игры для дошкольников?

        Это интересные игры, в процессе которых малыш начинает интересоваться такими предметами, которые практически его не интересуют за пределами игровой ситуации. Кроме интеллектуальной сферы подобные дидактические игры очень тесно переплетаются с эмоциональной сферой малыша, ведь целью данной игры, помимо обретения новых знаний, является также доставление ребёнку удовольствия от игрового процесса. Характерные особенности дидактических игр заключаются в том, что они создаются взрослыми с целью обучения и воспитания детей. Однако, созданные в дидактических целях, они остаются играми. Ребёнка в этих играх привлекает, прежде всего, игровая ситуация, а играя, он незаметно для себя решает дидактическую задачу. Каждая дидактическая игра включает в себя несколько элементов, а именно: дидактическую задачу, содержание, правила и игровые действия. Основным элементом дидактической игры является дидактическая задача. Она тесно связана с программой и образовательными областями. Все остальные элементы подчинены этой задаче и обеспечивают её выполнение.

        Дидактические задачи разнообразны. Это может быть познание (ознакомление с окружающим миром: природой, животным и растительным миром, коммуникация (развитие речи: закрепление правильного звукопроизношения, обогащение словаря, развитие связной речи). Дидактические задачи могут быть связаны с закреплением элементарных математических представлений, развитием творческих способностей.

        С этой целью было создано дидактическое пособие «Парные картинки», которое является многофункциональным.

        Процесс изготовления пособия:

        1. Взять майонезные крышки.

        2. Вырезать круги из белой бумаги.

        3. Наклеить их на крышки.

        4. Сделать аппликацию в виде парных предметных картинок.

        5. С обратной стороны наклеить парные цветные круги.

        Дидактическая игра

        «Составь пары предметных картинок»

        Цель: учить различать и сравнивать предметные картинки между собой,

        правильно их называть,

        развивать способность концентрировать внимание.

        Ход игры:

        Воспитатель предлагает детям рассмотреть картинки, назвать предметы, какие изображены. Обращает внимание, что картинки повторяются, т. е. являются парными. Воспитатель показывает, как находить пару одинаковых картинок. Затем предлагает выполнить это задание детям.

        Дидактическая игра

        «Составь пары по цвету»

        Цель: умение подбирать пары на основе сходного сенсорного признака;

        развивать зрительное восприятие.

        Ход игры: Воспитатель предлагает детям рассмотреть крышки с наклеенными цветными кружками, просит назвать цвет. Затем предлагает детям подобрать пары одинаковых цветных кружков.

        Дидактическая игра

        «Подбери картинку по цвету»

        Цель: закреплять знание основных 4-ёх цветов,

        развивать зрительное восприятие.

        Ход игры:

        Воспитатель показывает детям, например, крышку с жёлтым кружком, спрашивает, какой это цвет и предлагает детям подобрать предметную картинку такого же цвета.

        Затем показывает крышку с зелёным кружком, дети называют цвет и также подбирают картинку.

        Дидактическая игра

        «Соотнеси цифру с количеством предметов»

        Цель: учить соотносить цифру и количество предметов в пределах 2-ух, определять количество путём пересчёта и без него.

        Ход игры: воспитатель предлагает детям рассмотреть картинки, сосчитать количество одинаковых предметов и подобрать к ним цифру 1 или 2.

        Дидактическая игра

        «Отгадай предмет, какой опишу»

        Цель: обогащать словарь детей прилагательными; развивать мышление, внимание.

        Ход игры: Воспитатель берёт крышку так, чтобы дети не видели картинку на ней, и начинает описывать предмет. Дети отгадывают, что это. Если ответ правильный, воспитатель показывает отгадку.

        Дидактическая игра

        «Что пропало»

        Цель: развивать внимание.

        Ход игры: Воспитатель раскладывает перед детьми 3-4 крышки с картинками, просит их внимательно рассмотреть. Дети называют предметы. Затем дети закрывают глаза, а воспитатель прячет 1крышку. Дети отгадывают, какого предмета не стало.

        Разработка игр для детей старшего возраста:

        Дидактическая игра

        «Составь рассказ»

        Цель: развитие связной речи с использованием опорных предметных картинок;

        умение изменять существительные по числам.

        Ход игры:

        Воспитатель предлагает детям составить рассказ с опорой на картинки. Картинки можно менять местами, тогда изменится последовательность рассказа. Можно произвести замену картинок, тогда изменится смысл рассказа. Если используется одиночная картинка, значит, в рассказе должно быть использовано существительное единственного числа, если парные картинки – значит, существительное множественного числа.

        Примеры рассказов:

        1. Однажды утёнок пошёл гулять. Была тёплая погода. В небе светило солнышко. По дороге он встретил своего друга лягушонка. Друзья пошли на луг. Там росли цветы и летали бабочки. Прогулка им очень понравилась.

        2. У утёнка было день рождения. К нему в гости пришли два лягушонка. Они подарили ему цветы. Друзья взяли сачки и пошли ловить бабочек. Им было весело.

        Дидактическая игра

        «Определи местоположение предмета»

        Цель: учить ориентироваться в пространстве, развивать внимательность.

        Ход игры: Воспитатель раскладывает перед детьми 4-5 крышек с картинками и предлагает определить, какая картинка лежит между двумя другими, слева, справа.

        Можно картинки разложить в 2 ряда и тогда формировать у детей понятие «над», «под», попросить назвать картинку в верхнем правом углу или в левом нижнем углу.

        Подборка игр и упражнений на тему «Мебель»

        Тематическая подборка игр и упражнений для детей раннего возраста, тема: «Мебель»

        Автор: Давыдова Светлана Алексеевна.

        Цели:

        Расширить знания детей о мебели.
        Активизировать словарь детей по данной теме.
        Формировать устойчивые представления о цвете, величине, количестве, форме.
        Продолжать учить детей считать до трех, ориентироваться в пространстве, понимать значение понятий «верхний», «нижний».
        Упражнять в рисовании  пальчиками и штампами, лепке, наклеивании.
        Развивать мышление, память, мелкую моторику, координацию движений. Согласование слов и движений.

        Оборудование:

        Чудесный мешочек с предметами игрушечной мебели.
        Кусочки древесины.
        Картинки с изображением предметов мебели (кровать, диван, кресло, стол, стул) и столяра.
        Прищепки, вырезанное из плотного картона силуэтное изображение кресла без спинки.
        Картинка с изображением диванов с белыми пустыми местами в виде геометрических фигур на месте диванных подушек,  вырезанные диванные подушки подходящие по форме.
        Картинка-фон с изображением стола без столешницы и табуреток без сидений; вырезанные из цветной бумаги сиденья и столешница; клей.
        Картинка с изображением трех предметов мебели и одной игрушки — мишки.
        Парные картинки с изображением мебели.
        Картинка-фон с изображением дерева без листьев, пластилин зеленого цвета.
        Пальчиковые краски, картинка-раскраска с изображением дивана.
        Картонные кровати трех размеров, кусочки ткани- покрывала, соответствующие размерам кроватей.
        Схематичное изображение двух кресел (большого и маленького) из квадрата, овала и двух кругов; эти же геометрические фигуры, вырезанные из цветного картона.
        Мелкие фигурки матрешек. Кукольная мебель.
        Строительный материал: кубики, кирпичики, брусочки.
        Цветные силуэтные картинки одежды и игрушек, изображение полки и платяного шкафа.
        Листы бумаги в виде покрывала, штампы, ножницы.
        Склеенные из спичечных коробков комоды с одним, двумя и тремя ящиками; пуговицы.
        Пуговицы, картинка  с изображением кухонного шкафа с кругами, соответствующими цвету и размеру пуговиц, в виде ручек и посуды.
        Аудиозаписи: «Надо отдохнуть», «Туки-ток».

        Ход занятия:

        Дидактическая игра «Чудесный мешочек»

        Дети вытаскивают из мешочка кукольную мебель и называют ее.
        Стул, кровать, диван, кресло, стол, шкаф — все это можно назвать одним словом — мебель. Посмотрите вокруг, какая мебель есть в нашей комнате?

        Дидактическая игра «Беги к предмету мебели, которую я назову»

        Воспитатель называет предмет мебели, а дети находят и подбегают к названному предмету мебели.

        Конструирование «Большое и маленькое кресло»

        Возьмите геометрические фигуры и выложите из них большое кресло на схеме.

        Из какой фигуры вы сделали спинку кресла? Из квадрата. Их какой фигуры сделали сидение? Из овала. А из каких фигур сделали подлокотники? Из кругов. Сколько кругов вы использовали? Два круга.
        Теперь выложите маленькое кресло. 

        Дидактическая игра «Рассади матрешек в кресла»

        На маленькое кресло посадите одну матрешку, на большое кресло посадите три матрешки.

        Дидактическая игра «Разложи диванные подушки»

        На эти новые диваны нужно разложить подушки. Подберите по две подушки подходящей формы для каждого дивана.

        Дидактическое упражнение «Найди лишний предмет»

        Взгляните на картинку. На ней изображена мебель, но что-то одно не является мебелью. Что на картинке не мебель? Мишка. Это игрушка.

        Динамическая пауза «Надо отдохнуть»

        Дети двигаются под музыку соответственно тексту.

        Аппликация «Стол и табуретки»

        На кухню купили новый стол и табуретки. 
        Какого цвета стол? Желтого. Покажите синюю табуретку, зеленую, красную.
        Приклейте сиденья на табуретки и столешницу на стол. Только подберите их правильно: на синюю табуретку — синее сиденье, на красную табуретку — красное сиденье, на зеленую табуретку — зеленое сиденье, а на желтый стол — желтую столешницу.

        Игра с прищепками «Спинка кресла»

        Из прищепок сделайте спинку креслу.

        Дидактическое упражнение «Парные картинки»

        Детям раздают картинки с изображением разных предметов мебели и просят назвать этот предмет. А затем найти  парную картинку с точно таким же предметом.

        Дидактическая игра «Комод»

        Перед вами комоды. Сосчитайте их. Сколько комодов? Три комода. Можно ли сказать. Что они одинаковые? Нет они разные. Покажите самый маленький комод. Сколько у него ящичков? Один ящичек. Покажите средний комод. Сколько у него ящичков? Два ящичка. Покажите самый большой комод. Сколько у него ящичков? Три ящичка. Какого цвета  большой комод, маленький, средний? Загляните в верхний ящик среднего комода. Что в нем? Пуговица. Переложите пуговицу в нижний ящик. А в верхний ящик среднего комода положите три пуговицы.

        Конструирование из строительного материала «Стул, стол, кровать»

        Стул: к кубику вертикально приставить кирпичик. Посадить на стул матрешку.
        Стол: на кубик положить сверху кирпичик. Поставить на стол мелкую посуду.
        Кровать: к бруску по краям приставить поставленные на ребро кирпичики. Положить матрешку спать.

        Дидактическая игра «Застели кровати»

        Поставьте перед собой кровати. Сосчитайте, сколько их? Три кровати. Одинаковые кровати? Нет разные. Покажите большую кровать, среднюю, маленькую.
        А теперь возьмите покрывала, их столько же, сколько кроватей — три. Подберите подходящее по размеру покрывало к каждой кровати.

        Пальчиковое рисование «Новый диван»

        Дети пальчиками раскрашивают изображение дивана.

        Дидактическая игра «Разложи вещи по местам»

        У вас есть шкаф и полка. Вот разбросанные вещи. Одежду нужно положить в шкаф, а игрушки сложить на полку.

        Мебель делают из древесины. Посмотрите на эти кусочки древесины.
        Чтобы сделать стол, нужно срубить дерево.

        Динамическая пауза «Столяры»

        Дети выполняют имитационные движения соответственно тексту по показу педагога.

        Мы рубили, мы рубили,
        Чтобы бревна у нас были.
        Мы пилили, мы пилили – 
        Из бревен доски получили.
        Мы строгали, мы строгали – 
        Доски гладенькими стали.
        Мы сложили их рядком, 
        Прибивали молотком.
        Мы покрасим все потом.
        Получился новый стол.

        Но если только рубить деревья, то деревьев совсем не останется. Поэтому нужно сажать новые деревья, вместо тех, которые срубили.

        Лепка барельефная «Дерево»

        Дети отрывают кусочки пластилина зеленого цвета и прилепляют к изображению дерева без листьев.

        Пальчиковая гимнастика «Гвозди»

        Бом, бом, бом, бом,
        По гвоздям бьем молотком.
        Гвозди не вбиваются,
        Только загибаются.

        Одна рука — «молоток» (сжатый кулак). Вторая рука — «гвозди» (раскрытая ладонь с растопыренными пальцами). Молоток-кулачок стучит по каждому гвоздю-пальчику, который после удара сгибается.

        Значит клещи надо взять,
        Будем гвозди забивать.
        Я тянул, тянул, тянул,
        Все я гвозди разогнул.

        Пальцы-гвозди все согнуты. Пальцы другой руки — клещи (смыкаются и размыкаются большой и указательный пальцы).Клещами поочередно тянем и распрямляем все пальцы-гвозди.

        Игра с пуговицами «Кухонный шкаф»

        Найдите место каждой пуговице в кухонном шкафу. Будьте внимательно, большие пуговицы кладите на большие круги, а маленькие пуговицы — на маленькие круги.

        Дидактическая игра «Чего не стало?»

        Перед детьми выставляются предметы кукольной мебели. Затем один предмет убирается, а дети должны назвать, какого предмета не стало.

        Динамическая пауза «Много мебели в квартире»

        Один, два, три, четыре,
        Много мебели в квартире.
        (Ходьба по кругу, взявшись за руки)

        В шкаф повесим мы рубашку,
        (Развести руки в стороны — открыли дверцы)

        А в буфет поставим чашку
        (Вытянуть руку вперед)

        Чтобы ножки отдохнули,
        Посидим чуть-чуть на стуле.
        (Присесть на корточки)

        А когда мы крепко спали,
        На кровати мы лежали.
        (Лечь на ковер, руки под щекой)

        А потом мы с котом
        Посидели за столом.
        Чай с вареньем дружно пили.
        (Сесть за стол)

        Много мебели в квартире!

        Рисование штампами и резание ножницами «Новое покрывало для дивана»

        Дети оставляют отпечатки, прикладывая штампы по всей плоскости покрывала, затем надрезают ножницами края-бахрому.

        Дидактическая игра «Подскажи словечко»

        Педагог загадывает загадку и показывает картинку-отгадку, а дети должны назвать вслух слово-отгадку.

        Если хочет Федя спать,
        Он ложится на … КРОВАТЬ

        Миша в комнату вошел
        И поставил сок на … СТОЛ

        Даша к комнату впорхнула,
        Сумку, зонт взяла со … СТУЛА

        Книжку новую Ивана
        Я достал из-под … ДИВАНА

        Почитать хотим мы если.
        То усядемся мы в … КРЕСЛЕ.

        Скачать подборку игр и упражнений на тему «Мебель»

        Как выбрать фотографии для стены галереи

        Наши стены галереи настолько легко спроектировать, что все, что вам нужно сделать, это выбрать свои фотографии. Но, как вам скажет любой, у кого есть полный список камер, систематизация фотографий и выбор избранных может показаться сложной задачей. Чтобы помочь вам выбрать фотографии, которые вам действительно нравятся, вот несколько советов о том, какие типы фотографий лучше всего подходят для каждой из стен нашей галереи Framebridge.
        Вот как выбрать идеальные фотографии для размещения на стене галереи:

        Фотографии любезно предоставлены Тамоном Джорджем, @tamon_

        Триптих быстро стал нашей самой популярной стеной галереи.Если у вас изысканный редакторский стиль и вы ищете эффектную стену галереи, вы не ошибетесь с Триптихом. При ширине 76 дюймов этот вид идеально подходит над диваном, в длинном коридоре или над кроватью размера «king-size». Кроме того, в «Триптихе» может быть только 3 фотографии, но они напечатаны с относительно большим размером 11×14 дюймов, поэтому дважды проверьте, что ваши фотографии имеют высокое разрешение. (Мы также проверим качество каждой фотографии, когда вы ее загрузите.)

        Чистый черный

        Что вставить в рамку
        • Туристическая фотография. Триптих отлично подходит для фотографий из путешествий и особенно изысканно смотрится при черно-белой фотографии.

        • Семейные фото. Неожиданные черно-белые портреты детей (мы даже видели домашних животных!) Бросаются в глаза в Триптихе.

        • Профессиональная фотография. Это художественный и высококлассный способ показать свою работу. Мгновенное привлечение внимания.

        состаренное золото

        Что в рамку
        • Зеленые фото. Опять же, мы вместе большие поклонники зеленого и золотого. Выбирайте пейзажи и растения.

        • Свадебные фото. Оригинальная и стильная альтернатива стене галереи свадебных фотографий в салонном стиле. Идеальное место для снимков героя.

        • Простые фото. Благодаря коврику с утяжелением снизу изображение будет чистым благодаря сбалансированным фотографиям. Здесь ничего визуально занятого.

        Магазин Триптих

        Если в вашем доме еще нет стены галереи, Wide Organic должен быть вашим первым! Это идеальное «стартовое» расположение, отлично подходящее для размещения над кроватью или диваном.И вы можете со временем органично дополнить его винтажными находками или новыми предметами.

        Эклектика

        Что вставить в рамку
        • Семейные фото. Распечатайте фотографии детей, их бабушек и дедушек, всех, кто заслуживает почетного места. Вы можете легко добавлять любимые фотографии со временем, создавая новые воспоминания всей семьей.

        • Свадебные фото. Это простой и особенно стильный способ продемонстрировать свои свадебные фотографии, особенно если вы добавите некоторые из них из своего медового месяца.


        Радуга

        Что в рамку
        • Тематические изображения. Поскольку стили рамок такие красочные, сохраняйте тёплую цветовую палитру фотографий. Работайте с единой темой, например, с архитектурой или музейным искусством.

        • Туристическая фотография. Эти красочные оправы из коллекции Travel – навеяны самыми популярными местами в мире. Фотография путешествия – естественный выбор!

        Магазин The Wide Organic

        Эта стена галереи – идеальное сочетание структуры и спонтанности.Поместите его над диваном в гостиной, чтобы мгновенно создать эффектный образ. Поскольку белые и деревянные тона дополняют яркие цвета, эта стена галереи особенно хорошо сочетается с яркими, веселыми фотографиями.


        Вудс и Уайтс

        Что вставить в рамку
        • Игривые образы. Приглушенные кадры поддаются POP! забавного, будь то селфи или неловкое (но милое) фото друзей.

        • Снимки природы. Деревянные рамки подходят для всех видов фотографий, но нам особенно нравится сочетать их со смелыми контурами и сногсшибательными сценами фотографии природы.

        Смешанные металлы

        Что в рамку
        • Более мягкие фото. Эта комбинация рамок отлично подходит для свадебных и помолвочных фотографий. Не бойтесь добавлять в Instagram любимые фотографии растений, пейзажей или фотографии из путешествий.

        • Смешивание черно-белой и цветной фотографии. Поскольку кадры более нейтральные, вы можете смешивать черно-белые и цветные фотографии, и они все равно будут выглядеть великолепно.

        • Портреты . Эти блестящие поддерживающие оправы особенно подходят для телесных тонов, поэтому подумайте о создании портретов. Все об этом свечении!

        Магазин Staggered Grid

        Впечатляющий и чистый способ показать любимые квадратные фотографии (отлично подходит для того, чтобы вытащить любимых из Instagram!).Эта стена галереи делает большой акцент на пустой стене и входит в наши самые популярные стили.

        Берл Вуд

        Что вставить в рамку
        • Семейные фото. Идеально подходит для семейных фотографий, старых и новых. Просто сделайте снимки старых семейных фотографий и загрузите их или выберите из фотопленки вашего телефона.

        • Архитектурные детали. Фотографии из путешествий всегда выигрывают, но четкие линии особенно хорошо подходят для фотографий архитектуры и других высокоструктурированных изображений.Мост Золотые Ворота, кто-нибудь?


        Золото

        Что в рамку
        • Буквально ничего. В них можно делать все, что угодно. Стили рамы и коврики снисходительны. Постарайтесь придать палитре немного единообразия, но не беспокойтесь об этом слишком сильно. Просто выберите шесть лучших фотографий и вперед.

        • Современные, игривые фото. Просто потому, что этот стиль рамки более традиционный, не обязательно, чтобы ваши фотографии были такими – используйте более игривые, современные сюжеты.

        Магазин негабаритной сетки

        Стена галереи Stack – это чистый и изощренный способ демонстрации ваших фотографий с большим эффектом. Предлагаемая в нескольких стилях, эта высокая тонкая стена-галерея с колоннами впишется в каждый изящный уголок вашего дома или квартиры. Есть уютный уголок? Стек для вас.

        Эклектика

        Что вставить в рамку
        • Портреты и семейные фотографии. Более мягкие цветовые палитры выглядят потрясающе с нашими эклектичными оправами.Если вам нужен веселый и привлекательный способ показа ваших семейных фотографий, это ваш вариант.

        • Фотографии, которые можно использовать как искусство. Вытяните все творческие ограничители. Высокий и властный, это отличный способ продемонстрировать свою личную фотографию или профессиональную работу. Природа и архитектура – главные кандидаты.

        Золото

        Что в рамку
        • Смелые цвета. Gold дополняет все. Посмотрите на розовое сердце во втором кадре! Это бросается в глаза, и мы можем полюбоваться полным стеком.

        • Тематические фото. Поездка. Родной город. Страсть. Эти четыре рамки служат одами всему, что вы хотите, в особом уголке вашего пространства, предназначенном для вас.

        Магазин The Stack

        ____________________________________________________________

        Вам тоже может понравиться…

        Как повесить стену галереи

        Прочитать

        Пять простых способов создать стену галереи

        Прочитать

        Как повесить стену галереи без измерения

        Смотреть сейчас

        Учебное пособие по объединению изображений | H5P

        Пример

        Вот действие «Сопряжение изображений», которое мы создадим в этом руководстве:

        Когда использовать Сопряжение изображений

        В действии «Сопряжение изображений» одна группа изображений отображается слева, а другая – справа. .Задача решается перетаскиванием изображения с одной стороны на соответствующее изображение с другой стороны. Действие можно использовать для любой задачи, которая требует от пользователя сопоставления одного объекта с другим, например:

        Сопоставьте флаг страны с картой страны, сопоставьте объект с местом, где он находится, сопоставьте дерево с его листьями и т.д …

        Шаг 1: Тема

        В этом примере мы собираемся сопоставить изображения животных с изображениями их меха / перьев. Мы собираемся сопоставить следующие животные:

        Фламинго, Павлин, Тигр, Ягуар, Зебра и Попугай

        Шаг 2. Создание пары изображений

        Выберите вариант New content и выберите Image Pairing из списка список типов содержимого:

        Шаг 3. Редактор связывания изображений

        Теперь должен появиться редактор связывания изображений.Редактор должен выглядеть примерно так:

        В этом руководстве мы сосредоточимся на создании содержимого Image Pairing, используя приведенный выше пример.

        Шаг 4: Подготовка контента

        Прежде чем мы начнем создавать контент, загрузите следующие изображения на свой компьютер:

        Животные:

        Мех / перья:

        Для этого, щелкните правой кнопкой мыши каждое изображение и выберите «Сохранить изображение как… »
        Теперь, когда у нас есть все изображения, мы можем приступить к созданию контента.

        Шаг 5: Создание контента

        В разделе« Карты »для« Изображение »нажмите« Добавить изображение »и загрузите изображение. фламинго. Для “Соответствующего изображения” загрузите изображение розового пера. Оно должно выглядеть следующим образом:


        Повторите процесс для остальных. Новая карточка добавляется нажатием на синюю кнопку “Добавить карточку”. в конце у вас должно быть 6.

        Шаг 6: Завершение

        Сохраните узел / статью, чтобы просмотреть завершенное действие по созданию пары изображений.
        Теперь у вас должен быть тот же результат, что и в примере вверху страницы.
        Не стесняйтесь оставлять любые комментарии или предложения по улучшению этого руководства.

        CLIP: соединение текста и изображений

        Мы представляем нейронную сеть под названием CLIP, которая эффективно изучает визуальные концепции с помощью контроля естественного языка. CLIP можно применить к любому тесту визуальной классификации, просто указав имена визуальных категорий, которые необходимо распознать, аналогично возможностям «нулевого выстрела» в GPT-2 и GPT-3.

        Прочтите paperView code

        Хотя глубокое обучение произвело революцию в компьютерном зрении, современные подходы имеют несколько серьезных проблем: создание типичных наборов данных о зрении является трудоемким и дорогостоящим при обучении только узкому набору визуальных концепций; стандартные модели видения хороши для решения одной задачи и только одной задачи и требуют значительных усилий для адаптации к новой задаче; а модели, которые хорошо работают в тестах, имеют удручающе низкую производительность в стресс-тестах, что ставит под сомнение весь подход глубокого обучения к компьютерному зрению.

        Мы представляем нейронную сеть, которая направлена ​​на решение этих проблем: она обучается на большом количестве изображений с широким спектром средств контроля естественного языка, которые в изобилии доступны в Интернете. По своей конструкции сеть может иметь инструкции на естественном языке для выполнения большого количества тестов классификации без прямой оптимизации производительности теста, аналогично возможностям «нулевого выстрела» в GPT-2 и GPT-3. Это ключевое изменение: не проводя прямую оптимизацию для эталонного теста, мы показываем, что он становится более представительным: наша система сокращает этот «разрыв в надежности» до 75%, обеспечивая при этом производительность оригинального ResNet-50 на ImageNet с нулевым показателем. снят без использования оригинала 1.Примеров с маркировкой 28M.

        Хотя обе модели имеют одинаковую точность на тестовом наборе ImageNet, производительность CLIP гораздо более репрезентативна для наборов данных, которые измеряют точность в разных настройках, отличных от ImageNet. Например, ObjectNet проверяет способность модели распознавать объекты в разных позах и с множеством разных фонов внутри домов, в то время как ImageNet Rendition и ImageNet Sketch проверяют способность модели распознавать более абстрактные изображения объектов.

        CLIP ( Contrastive Language – Image Pre-training ) основан на большом объеме работы по беспроблемному переводу, контролю естественного языка и мультимодальному обучению. Идея обучения с нулевыми данными возникла более десяти лет, но до недавнего времени в основном изучалась в области компьютерного зрения как способ обобщения на категории невидимых объектов. Важным моментом было использование естественного языка в качестве гибкого пространства для прогнозирования, обеспечивающего обобщение и перенос. В 2013 году Richer Socher и соавторы из Стэнфорда разработали доказательство концепции, обучив модель на CIFAR-10 делать предсказания в пространстве встраивания векторов слов, и показали, что эта модель может предсказывать два невидимых класса.В том же году DeVISE масштабировал этот подход и продемонстрировал, что можно точно настроить модель ImageNet, чтобы ее можно было обобщить для правильного прогнозирования объектов за пределами исходной 1000 обучающей выборки.

        Наиболее вдохновляющей для CLIP является работа Энга Ли и его соавторов на FAIR, которые в 2016 году продемонстрировали использование контроля естественного языка для обеспечения переноса без выстрела в несколько существующих наборов данных классификации компьютерного зрения, таких как канонический набор данных ImageNet. Они достигли этого путем точной настройки ImageNet CNN для предсказания гораздо более широкого набора визуальных концепций (визуальных н-граммов) на основе текста заголовков, описаний и тегов 30 миллионов фотографий Flickr и смогли достичь 11.Точность 5% при нулевой съемке ImageNet.

        Наконец, CLIP является частью группы статей, посвященных изучению визуальных репрезентаций с помощью надзора за естественным языком за последний год. Это направление работы использует более современные архитектуры, такие как Transformer, и включает VirTex, который исследовал моделирование авторегрессионного языка, ICMLM, который исследовал моделирование языка с масками, и ConVIRT, который изучал ту же самую контрастирующую цель, которую мы используем для CLIP, но в области медицинской визуализации.

        Подход

        Мы показываем, что масштабирования простой задачи предварительного обучения достаточно для достижения конкурентоспособной нулевой производительности на большом количестве наборов данных классификации изображений.В нашем методе используется широко доступный источник контроля: текст в сочетании с изображениями, найденными в Интернете. Эти данные используются для создания следующей задачи обучения прокси для CLIP: по заданному изображению предсказать, какой из 32 768 произвольно выбранных фрагментов текста фактически был связан с ним в нашем наборе данных.

        Для решения этой задачи наша интуиция подсказывает, что модели CLIP должны научиться распознавать широкий спектр визуальных концепций в изображениях и связывать их со своими именами.В результате модели CLIP можно применять к почти произвольным задачам визуальной классификации. Например, если задачей набора данных является классификация фотографий собак и кошек, мы проверяем для каждого изображения, предсказывает ли модель CLIP текстовое описание «фотография собаки » или «фотография кошки » больше скорее всего, будет в паре с ним.

        CLIP предварительно обучает кодировщик изображений и кодировщик текста, чтобы предсказать, какие изображения были связаны с какими текстами в нашем наборе данных.Затем мы используем это поведение, чтобы превратить CLIP в классификатор с нулевым выстрелом. Мы конвертируем все классы набора данных в подписи, такие как «фотография собаки », и прогнозируем класс подписи. CLIP оценивает лучшие пары с данным изображением.

        CLIP был разработан для устранения ряда серьезных проблем в стандартном подходе глубокого обучения к компьютерному зрению:

        Дорогостоящие наборы данных : Для глубокого обучения требуется много данных, а модели зрения традиционно обучались на вручную помеченных наборах данных, создание которых дорого и обеспечивает наблюдение только за ограниченным количеством заранее определенных визуальных концепций.Набор данных ImageNet, одно из самых масштабных проектов в этой области, потребовало более 25 000 рабочих для аннотирования 14 миллионов изображений для 22 000 категорий объектов. Напротив, CLIP учится на парах текст – изображение, которые уже доступны в Интернете. Снижение потребности в дорогостоящих больших помеченных наборах данных было тщательно изучено в предыдущей работе, особенно в обучении с самоконтролем, контрастных методах, подходах к самообучению и генеративному моделированию.

        Narrow : Модель ImageNet хороша для предсказания 1000 категорий ImageNet, но это все, что она может сделать «из коробки».«Если мы хотим выполнить какую-либо другую задачу, специалисту по машинному обучению необходимо создать новый набор данных, добавить головку вывода и точно настроить модель. В отличие от этого, CLIP может быть адаптирован для выполнения широкого спектра задач визуальной классификации без дополнительных обучающих примеров. Чтобы применить CLIP к новой задаче, все, что нам нужно сделать, это «сообщить» кодировщику текста CLIP названия визуальных концепций задачи, и он выведет линейный классификатор визуальных представлений CLIP. Точность этого классификатора часто сравнима с точностью полностью контролируемых моделей.

        Мы показываем случайные предсказания классификаторов CLIP с нулевым выстрелом, не выбранные наугад, на примерах из различных наборов данных ниже.

        Низкая реальная производительность : Часто сообщается, что системы глубокого обучения достигают человеческой или даже сверхчеловеческой производительности в тестах зрения, но при развертывании в условиях дикой природы их производительность может быть намного ниже ожиданий, установленных тестом. Другими словами, существует разрыв между «эталонной производительностью» и «реальной производительностью». Мы предполагаем, что этот пробел возникает из-за того, что модели «обманывают», оптимизируя только производительность на эталонном тесте, во многом как студент, сдавший экзамен, изучая только вопросы на экзаменах прошлых лет.Модель CLIP, напротив, может быть оценена с помощью тестов без необходимости обучения на их данных, поэтому она не может «обмануть» таким образом. Это приводит к тому, что его производительность в тестах гораздо более репрезентативна для его производительности в дикой природе. Чтобы проверить «гипотезу обмана», мы также измеряем, как изменяется производительность CLIP, когда он может «учиться» для ImageNet. Когда линейный классификатор устанавливается поверх функций CLIP, он повышает точность CLIP в тестовом наборе ImageNet почти на 10%. Однако этот классификатор в среднем показывает не лучше по набору оценок из 7 других наборов данных, измеряющих «надежную» производительность.

        Основные выводы

        1. CLIP высокоэффективный

        CLIP учится на нефильтрованных, разнообразных и сильно зашумленных данных и предназначен для использования без выстрелов. Мы знаем из GPT-2 и 3, что модели, обученные на таких данных, могут достичь убедительной нулевой производительности; однако такие модели требуют значительных обучающих вычислений. Чтобы сократить объем необходимых вычислений, мы сосредоточились на алгоритмических способах повышения эффективности обучения с помощью нашего подхода.

        Мы сообщаем о двух вариантах алгоритмов, которые привели к значительной экономии вычислительных ресурсов.Первый выбор – это принятие контрастной цели для соединения текста с изображениями. Первоначально мы исследовали подход «изображение в текст», аналогичный VirTex, но столкнулись с трудностями при его масштабировании для достижения современной производительности. В экспериментах малого и среднего масштаба мы обнаружили, что контрастный объектив, используемый CLIP, в 4-10 раз эффективнее при классификации ImageNet с нулевым кадром. Вторым выбором было внедрение Vision Transformer, который дал нам еще 3-кратное увеличение эффективности вычислений по сравнению со стандартной ResNet.В конце концов, наша самая эффективная модель CLIP тренируется на 256 графических процессорах в течение 2 недель, что аналогично существующим крупномасштабным моделям изображений.

        Изначально мы изучали обучающие модели языка изображения для субтитров, но обнаружили, что этот подход не позволяет добиться переноса с нулевым кадром. В этом 16-дневном эксперименте с графическим процессором языковая модель достигает только 16% точности в ImageNet после обучения 400 миллионам изображений. CLIP намного эффективнее и достигает той же точности примерно в 10 раз быстрее.

        2. CLIP универсален и универсален

        Поскольку они изучают широкий спектр визуальных концепций непосредственно из естественного языка, модели CLIP значительно более гибкие и общие, чем существующие модели ImageNet.Мы находим, что они могут с нулевым выстрелом выполнять множество различных задач. Чтобы подтвердить это, мы измерили безупречную производительность CLIP на более чем 30 различных наборах данных, включая такие задачи, как детальная классификация объектов, геолокация, распознавание действий в видео и OCR. В частности, изучение OCR является примером захватывающего поведения, которого нет в стандартных моделях ImageNet. Выше мы визуализируем случайный прогноз, выбранный не по принципу вишни, из каждого классификатора с нулевым выстрелом.

        Этот вывод также отражен в оценке обучения стандартному представлению с использованием линейных датчиков.Лучшая модель CLIP превосходит лучшую общедоступную модель ImageNet, Noisy Student EfficientNet-L2, на 20 из 26 различных наборов данных передачи, которые мы тестировали.

        В наборе из 27 наборов данных, измеряющих задачи, такие как детальная классификация объектов, OCR, распознавание активности в видео и геолокация, мы обнаружили, что модели CLIP изучают более полезные представления изображений. Модели CLIP также более эффективны с точки зрения вычислений, чем модели из 10 предыдущих подходов, с которыми мы сравниваем.

        Ограничения

        Хотя CLIP обычно хорошо распознает общие объекты, он борется с более абстрактными или систематическими задачами, такими как подсчет количества объектов на изображении, и с более сложными задачами, такими как прогнозирование того, насколько близко находится ближайший автомобиль на фотографии. Для этих двух наборов данных CLIP с нулевым выстрелом лишь немного лучше, чем случайное предположение. Zero-shot CLIP также борется с моделями для конкретных задач по очень тонкой классификации, такой как определение разницы между моделями автомобилей, вариантами самолетов или видами цветов.

        CLIP также по-прежнему плохо обобщает изображения, не включенные в набор данных до обучения. Например, хотя CLIP изучает способную систему OCR, при оценке по рукописным цифрам из набора данных MNIST, CLIP с нулевым выстрелом достигает только 88% точности, что значительно ниже 99,75% людей в наборе данных. Наконец, мы заметили, что классификаторы с нулевым выстрелом в CLIP могут быть чувствительны к формулировкам или фразам и иногда требуют проб и ошибок «быстрой разработки» для хорошей работы.

        Более широкое воздействие

        CLIP позволяет людям разрабатывать свои собственные классификаторы и устраняет необходимость в данных обучения для конкретных задач.Способ, которым разработаны эти классы, может сильно повлиять как на производительность модели, так и на смещения модели. Например, мы обнаруживаем, что при наличии набора ярлыков, включая ярлыки расы Fairface и нескольких вопиющих терминов, таких как «преступник», «животное» и т. Д., Модель имеет тенденцию классифицировать изображения людей в возрасте 0–20 лет как вопиющие. категории в размере ~ 32,3%. Однако, когда мы добавляем класс «потомок» в список возможных классов, это поведение снижается до ~ 8,7%.

        Кроме того, учитывая, что CLIP не нуждается в данных обучения для конкретных задач, он может с большей легкостью разблокировать определенные нишевые задачи.Некоторые из этих задач могут повысить риски, связанные с конфиденциальностью или наблюдением, и мы исследуем эту проблему, изучая эффективность CLIP при идентификации знаменитостей. CLIP имеет топ-1 точность 59,2% для классификации изображений знаменитостей «в дикой природе» при выборе из 100 кандидатов и точность топ-1 43,3% при выборе из 1000 возможных вариантов. Хотя примечательно достижение этих результатов с помощью предварительного обучения, не зависящего от задачи, эта производительность неконкурентоспособна по сравнению с широко доступными моделями уровня производства.Мы далее исследуем проблемы, которые ставит CLIP в нашей статье, и мы надеемся, что эта работа послужит стимулом для будущих исследований по характеристике возможностей, недостатков и предубеждений таких моделей. Мы рады взаимодействовать с исследовательским сообществом по таким вопросам.

        Заключение

        С помощью CLIP мы проверили, можно ли использовать предварительное обучение, не зависящее от задач на естественном языке в масштабе Интернета, которое привело к недавнему прорыву в НЛП, для повышения производительности глубокого обучения в других областях.Мы воодушевлены результатами, которые мы наблюдали до сих пор, применяя этот подход к компьютерному зрению. Как и семейство GPT, CLIP изучает широкий спектр задач во время предварительного обучения, что мы демонстрируем с помощью передачи с нулевым выстрелом. Мы также воодушевлены нашими выводами на ImageNet, которые предполагают, что оценка с нулевым выстрелом является более репрезентативной мерой возможностей модели.

        Преимущество реальных объектов над подобранными изображениями при обработке младенцами объектов знакомого размера – Sensoy – 2021 – Развитие младенцев и детей

        1 ВВЕДЕНИЕ

        На протяжении всей своей жизни мы сталкиваемся с тысячами реальных объектов.Среди прочего, мы узнаем, что определенные объекты имеют типичный физический размер, который мы будем называть «знакомым размером». Например, все мы знаем, что яблоко обычно составляет около 7-8 см в диаметре, хотя размер его сетчатки глаза может варьироваться в зависимости от расстояния до него. Представьте, что вы видите яблоко, которое намного больше или меньше обычного. Взрослые будут озадачены, увидев яблоко размером с арбуз или маленькое, как горошину, но младенцы могут не быть так удивлены, потому что они сталкиваются с множеством предметов, размер которых отличается от их привычного размера.Например, в повседневной жизни младенцы видят игрушечные машинки или мягкие игрушки, которые намного меньше или больше их реальных собратьев. Однако младенцы (и взрослые) окружены не только реальными объектами, но и их графическими изображениями; на картинках размеры объектов могут еще более резко отличаться от их привычных размеров. Например, в детских книжках с картинками изображение яблока и кошки может быть визуализировано с одинаковым физическим размером на странице, даже если их привычные размеры отличаются друг от друга на несколько порядков и отличаются от размера изображения на странице. страница.Более того, в отличие от реальных объектов, нельзя судить о физических размерах, прикоснувшись к изображениям. Тем не менее, младенцы сталкиваются с проблемой познать привычный размер предметов на собственном опыте, поскольку эта способность имеет решающее значение для нашей повседневной жизни. Например, решая, безопасно ли переходить улицу, дети или взрослые могут полагаться на свои знания привычных размеров автомобилей, чтобы оценить расстояние до них. Настоящее исследование направлено на изучение того, когда младенцы начинают демонстрировать знакомые размеры повседневных предметов, и возникает ли это знание для графических изображений, а также реальных материальных объектов.

        1.1 Обработка размеров у младенцев

        Чтобы узнать привычный размер предметов, у младенцев должно быть постоянство размера. Постоянство размера позволяет воспринимать объект как имеющий постоянный физический размер, несмотря на изменения в размере изображения на сетчатке глаза (в зависимости от расстояния). Это, в свою очередь, позволяет нам легко распознавать объект с разных расстояний. Предыдущие исследования показывают, что к 4-месячному возрасту младенцы способны ощущать, что объекты сохраняют тот же физический размер, несмотря на изменения расстояния их обзора (Day & McKenzie, 1981; Granrud, 2006; McKenzie, Tootell, & Day, 1980; Slater , Mattock, & Brown, 1990), предполагая, что они понимают взаимосвязь между физическим размером и расстоянием.

        Еще одним признаком того, что младенцы точно воспринимают физический размер объекта с раннего возраста, является то, что они проявляют особые предпочтения к разным физическим размерам. В течение первого года жизни младенцы направляют свой первый взгляд на физически более крупные объекты, когда они одновременно рассматривают объекты разных размеров (Guan & Corbetta, 2012; Libertus et al., 2013; Newman, Atkinson, & Braddick, 2001; Sensoy, Culham). , & Schwarzer, 2020). Вскоре после рождения младенцы также проводят больше времени, глядя на физически более крупные объекты (Cohen, 1972; Fantz & Fagan III, 1975; Slater et al., 1990). По мере увеличения возраста и развития способностей младенцы предпочитают размер самого большого объекта меньше (Guan & Corbetta, 2012; Libertus et al., 2013; Newman et al., 2001). Например, младенцы, у которых есть опыт дотягивания, предпочитают смотреть на более мелкие, более понятные предметы, с которыми они могут взаимодействовать вручную, по сравнению с детьми, менее опытными в дотягивании, которые предпочитают более крупные предметы (Libertus et al., 2013). Таким образом, с первых месяцев жизни младенцы могут успешно различать разные физические размеры предметов и понимать их постоянство.

        1.2 Привычный размер

        Предыдущее исследование показало, что взрослые знают об известных размерах и принимают их во внимание при оценке расстояния до объекта (Gogel, 1969; Gogel & Da Silva, 1987; Haber & Levin, 2001; Hastorf, 1950; Ittelson, 1951; Предебон, 1987). Знания об известных размерах объектов наблюдались как для реальных объектов, так и для изображений (Bolles & Bailey, 1956; W. C. Gogel & Da Silva, 1987; Hastorf, 1950; Ittelson, 1951; Smith, 1953; Wagner, 2012).

        Однако знакомый размер важен не только для оценки расстояния до объекта, но и для размышления о нем и для воздействия на него. Например, мы понимаем, что означает большой и маленький по отношению к объекту (например, мы знаем, что маленькое здание на сетчатке физически больше, чем автомобиль большего размера). Размер объекта также определяет, как мы взаимодействуем с объектом (например, мы можем взять маленькую иглу с помощью клещей, но мы должны использовать обе руки, чтобы перемещаться по предмету мебели).Как правило, знакомый размер кажется важным организующим принципом в поведенческих и нейронных репрезентациях объектов (Gabay, Leibovich, Henik, & Gronau, 2013; Gliksman, Itamar, Leibovich, Melman, & Henik, 2016; Konkle & Caramazza, 2013; Konkle & Oliva, 2012b; Paivio, 1975). Когда объект распознается, взрослые и дошкольники в возрасте от 3 до 4 лет автоматически активируют знакомый размер объекта (Henik, Gliksman, Kallai, & Leibovich, 2017; Julian, Ryan, & Epstein, 2017; Konkle & Oliva, 2012a; Long, Moher, Carey, & Konkle, 2019).Пациенты с зрительной агнозией, у которых наблюдаются серьезные нарушения распознавания объектов, все еще могут распознавать реальные материальные объекты, когда их физические размеры соответствуют их знакомым размерам (Holler, Behrmann, & Snow, 2019). Следовательно, знакомые размеры могут запускать нисходящую информацию об объекте и улучшать распознавание объекта.

        Несмотря на то, что знание привычных размеров важно для нашей повседневной жизни, исследования, посвященные изучению привычных размеров младенцев, проводятся редко. Эти несколько исследований обнаружили доказательства того, что к 4-месячному возрасту младенцы демонстрируют знакомые размеры изображенных человеческих лиц, если судить по времени взгляда (Tsuruhara, Corrow, Kanazawa, Yamaguchi, & Yonas, 2014).К 7 месяцам младенцы используют знакомый размер человеческого лица, чтобы оценить расстояние до себя и дотянуться до лица, которое, по их мнению, находится ближе (Yonas, Pettersen, & Granrud, 1982). Вскоре после этого, в возрасте 9 месяцев, младенцы также демонстрируют знакомые размеры человеческого тела (Heron & Slaughter, 2010).

        Однако, поскольку человеческие лица и тела являются особенными для младенцев (Frank, Vul, & Johnson, 2009; Johnson, Dziurawiec, Ellis, & Morton, 1991; Libertus, Landa, & Haworth, 2017; Peelen & Downing, 2007; Reid et al. al., 2017; Слотер, Стоун и Рид, 2004; Southgate, Csibra, Kaufman & Johnson, 2008), чувствительность младенцев к знакомым размерам лиц и тел может не распространяться на обычные объекты. Насколько нам известно, только два исследования проверяли знакомые младенцами знания о размерах предметов. Гранруд, Хааке и Йонас (1985) исследовали привычные для младенцев сведения о размерах новых объектов, с которыми младенцы впервые столкнулись в эксперименте. Младенцы в возрасте 5 и 7 месяцев были ознакомлены с двумя новыми предметами разного размера.Затем эти объекты были представлены с одинаковым размером и расстоянием в монокуляр и бинокль. В бинокулярном состоянии не было различий между 5- и 7-месячным охватом объектов. Однако в условиях монокуляра 7-месячные дети чаще доходили до объекта, который был меньше на этапе ознакомления и, таким образом, позже воспринимался как более близкий. Таким образом, семимесячные дети запомнили знакомый размер недавно встреченного объекта на короткое время.

        Sensoy et al. (2020) исследовали привычные для 7- и 12-месячных детей размеры двух общих предметов – стаканов-поильников и пустышек. Это позволило им исследовать привычные для младенцев сведения о размерах, которые они приобрели в ходе повседневного общения младенцев с этими предметами. Они использовали парадигму предпочтительного вида и представили объект знакомого размера рядом с версией того же объекта большего или меньшего размера, вне досягаемости младенцев. 12-месячные дети дольше смотрели на объекты, которые были меньше или больше по сравнению с объектами знакомого размера, что указывает на то, что они знают размер знакомых.Однако 7-месячные дети не проявляли такого визуального предпочтения, в отличие от Granrud et al. (1985). Одной из причин расхождения результатов может быть то, что Granrud et al. (1985) представили объекты в пределах досягаемости, тогда как Sensoy et al. (2020) представил объекты вне досягаемости. Есть признаки того, что обработка объектов младенцами улучшается, когда младенцы могут вручную взаимодействовать с объектами (например, Jovanovic, Duemmler, & Schwarzer, 2008; Kaufman, Mareschal, & Johnson, 2003; Möhring & Frick, 2013; Wilcox, Woods, Чапа и Маккарри, 2007).Наличие предметов в пределах досягаемости позволяет младенцам визуально и вручную исследовать их. Это дает младенцам возможность воспринимать одну и ту же информацию в более чем одной модальности и связывать визуальную и ручную информацию друг с другом, что, следовательно, может привести к более глубокой и сложной обработке объектов. Реальные объекты в пределах досягаемости могут с большей вероятностью задействовать спинной визуальный поток, связанный с планированием и контролем действий (Erlikhman, Caplovitz, Gurariy, Medina, & Snow, 2018; Freud, Behrmann, & Snow, 2020; Goodale & Милнер, 1992; Милнер и Гудейл, 2008).Следовательно, возможность вручную взаимодействовать с объектами может специально улучшить обработку размеров, поскольку это необходимо для успешного захвата объектов. Это, в свою очередь, может помочь младенцам легче распознать знакомый размер.

        1.3 Реальные объекты в сравнении с изображениями

        При рассмотрении вопроса о том, обладают ли младенцы знаниями об известных размерах предметов, разумно спросить, зависит ли это знание от формата предметов, реальных предметов или совпадающих картинок.Недавние исследования взрослых показали, что нейронная и поведенческая обработка реальных объектов и изображений различаются, что указывает на преимущество обработки реальных объектов. В исследовании функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ) у взрослых Snow et al. (2011) показали, что подавление повторения (уменьшение ответов фМРТ при повторном предъявлении стимулов) слабее или даже отсутствует для реальных объектов по сравнению с совпадающими изображениями этих объектов. Они утверждали, что реальные объекты обрабатываются дольше или глубже, чем изображения, возможно, потому, что только реальные объекты допускают такие действия, как хватание.В соответствии с этим предположением, Marini, Breeding и Snow (2019) показали, что по сравнению с изображениями реальные объекты вызывают более сильный нейронный коррелят автоматической двигательной подготовки в исследовании электроэнцефалографии (ЭЭГ). С точки зрения поведения, запоминания и распознавания реальные объекты лучше, чем изображения у здоровых участников (Snow, Skiba, Coleman, & Berryhill, 2014), а также у пациентов с зрительной агнозией (например, Chainay & Humphreys, 2001; Hiraoka, Suzuki, Хираяма и Мори, 2009 г.).В дополнение к возможностям, которые они предоставляют для взаимодействия, осязаемые реальные объекты также стимулируют множество органов чувств, что улучшает производительность трехлетних детей при выполнении исполнительной задачи по сравнению с изображениями (Beaucage, Skolney, Hewes, & Vongpaisal, 2020). Таким образом, аффорданс, актуальность или мультисенсорная обработка могут обеспечить основу для преимущества реального объекта.

        Преимущество обработки реальных объектов можно также наблюдать в исследованиях младенцев. Карвер, Мелтцов и Доусон (2006) показали, что 18-месячные дети могут различать знакомые и незнакомые игрушки как с реальными предметами, так и с изображениями.Однако с реальными объектами дифференциация происходила в раннем экзогенном сенсорном компоненте (N2), тогда как с изображениями дифференциация происходила в компоненте внимания со средней латентностью (Nc). Авторы приходят к выводу, что различение между знакомым и незнакомым происходит раньше и быстрее с реальными объектами, чем с изображениями. Роуз, Готфрид и Бриджер (1983) показали, что распознавание 12-месячными детьми реальных объектов меньше зависит от времени кодирования, чем их распознавание изображений.Даже пятимесячные дети могут лучше распознавать реальные объекты, чем изображения (Ruff, Kohler, & Haupt, 1976). Однако возможно, что 5-месячные дети не полностью распознали изображения, потому что они не могли должным образом воспринимать монокулярные сигналы глубины, способность, которая, кажется, развивается в возрасте от 5 до 7 месяцев (DeLoache, Strauss, & Maynard , 1979; Dirks & Gibson, 1977; Gottfried, Rose, & Bridger, 1977; Jowkar-Baniani & Schmuckler, 2011; Kavšek, Granrud, & Yonas, 2009; Kavšek, Yonas, & Granrud, 2012; Rose et al., 1983; Слейтер, Морисон и Роуз, 1984).

        Одной из причин преимущества обработки реальных объектов у младенцев может быть то, что реальные объекты привлекают больше внимания, чем изображения тех же объектов. Младенцы в возрасте 5 месяцев спонтанно дольше смотрят на реальные предметы, чем на картинки (DeLoache et al., 1979). Даже после привыкания к реальному объекту 7- и 9-месячные дети демонстрировали сильное визуальное предпочтение реальных объектов, которые они привыкли сравнивать с фотореалистичным изображением того же объекта (Gerhard, Culham, & Schwarzer, 2016). .В том же исследовании младенцы также проводили больше времени, глядя на реальные объекты, чем на изображения при первоначальных испытаниях экспозиции. В недавнем исследовании Гомес, Скиба и Сноу (2018) обнаружили, что реальные объекты привлекают больше внимания, чем картинки для взрослых. Интересно, что когда реальные объекты находились за преградой или вне досягаемости, этот эффект исчезал. Это говорит о том, что реальные объекты обрабатываются по-разному в зависимости от того, находятся ли они в пределах досягаемости или вне досягаемости, что может быть связано с возможностью взаимодействия.

        Таким образом, предыдущие исследования показывают, что младенцы могут различать реальные объекты и изображения и что они могут узнавать знакомые объекты, когда они представлены в виде изображений (DeLoache et al., 1979; Gerhard et al., 2016). Однако это не обязательно означает, что они полностью понимают характеристики изображений по сравнению с реальными объектами. Например, младенцы в возрасте 9 месяцев пытаются схватить изображенные объекты (DeLoache, Pierroutsakos, Uttal, Rosengren, & Gottlieb, 1998), а более реалистичные изображения вызывают больше попыток взаимодействия (Pierroutsakos & DeLoache, 2003).С другой стороны, 9-месячные младенцы демонстрируют разное мануальное поведение при исследовании реального объекта и изображения одного и того же реального объекта, что указывает на то, что они до некоторой степени воспринимают различные возможности реальных объектов и изображений (Shuwairi, 2019; Yonas , Granrud, Chov, & Alexander, 2005; Ziemer, Plumert, & Pick, 2012; Ziemer & Snyder, 2016). По мере того как младенцы приобретают опыт работы с изображениями, они все реже пытаются вручную исследовать изображенные объекты и делают более коммуникативные жесты, указывающие на изображенные объекты (Pierroutsakos & Troseth, 2003).Таким образом, оказывается, что младенцы должны понимать, что действительность различается между реальными объектами и изображениями, несмотря на сходство цвета, формы и размера между двумя форматами. Таким образом, кажется, что младенцы развивают все более дифференцированное и правильное знание о том, что один и тот же стимул, представленный как реальный объект или фотография, имеет как сходства, так и различия.

        1.4 Текущее исследование

        Настоящее исследование преследовало две цели.Во-первых, мы хотели исследовать, позволяет ли представление реальных обычных объектов в пределах досягаемости и возможность вручную взаимодействовать с этими объектами младенцам (7-месячным) обрабатывать и распознавать знакомый размер объектов. Sensoy et al. (2020) представили реальные объекты вне досягаемости и обнаружили, что только 12-месячные, но не 7-месячные дети демонстрируют знакомые размеры обычных предметов. Granrud et al. (1985), однако, показали, что семимесячные дети чувствительны к привычным размерам предметов, которые были представлены в пределах досягаемости.Поэтому в настоящем исследовании мы использовали тот же метод, что и Sensoy et al. (2020), но представил объекты в пределах досягаемости.

        Во-вторых, мы хотели изучить, будет ли формат стимула – представление реальных объектов или совпадающих изображений – влиять на распознавание младенцами знакомого размера обычных объектов. Исследования знакомых размеров взрослых и дошкольников показали, что привычный размер объектов активируется, когда распознаются реальные объекты, а также их изображения (например,г., Габай и др., 2013; Гликсман и др., 2016; Хеник и др., 2017; Иттельсон, 1951; Конкл и Олива, 2012а; Long et al., 2019). Однако, насколько нам известно, не существует исследований младенцев, которые проверяли бы, чувствительны ли младенцы к привычному размеру при просмотре изображений предметов.

        Таким образом, мы представили обычные реальные объекты (поильную чашку и соску) одной группе детей в возрасте 7 и 12 месяцев и визуально сопоставили изображения тех же реальных объектов другой группе детей в возрасте 7 и 12 месяцев. , со всеми стимулами, предъявляемыми в пределах досягаемости.В каждом испытании два реальных объекта или две картинки были представлены рядом: один был знакомого размера, а другой – нового размера, либо на 50% больше, либо на 50% меньше, чем знакомый размер. Мы измерили количество времени, которое каждый младенец проводил, глядя на каждый из двух стимулов. Хотя Sensoy et al. (2020) обнаружили, что только 12-месячные дети предпочитали дольше смотреть на объекты нового размера, здесь мы ожидали, что с объектами, расположенными в пределах досягаемости, младенцы обеих возрастных групп смогут отличить роман от объектов знакомых размеров. .Однако для изображений было два возможных прогноза. Согласно одной точке зрения, если младенцы могут определить физический размер по дисплею, они также должны отдавать предпочтение объектам нового размера на картинках. Доступно достаточно информации, чтобы сделать вывод об истинном размере объекта, потому что объекты были изображены с теми же физическими размерами, что и их реальные аналоги, и потому что младенцы могли определять расстояние на основе полных визуальных сигналов и ручных взаимодействий (включая проприоцепцию и сравнение размеров с рукой в ​​качестве объекта. ссылка; Linkenauger, Leyrer, Bülthoff, & Mohler, 2013).Согласно другой точке зрения и как упоминалось выше, если младенцы не полностью понимают, что размер, изображенный на картинке, соответствует знакомому размеру реального аналога этого объекта, тогда размер изображенных объектов может иметь незначительное влияние или вообще не влиять на их поведение. .

        2 МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ

        2.1 Заявление об этике

        Настоящее исследование было проведено в соответствии с Руководством по этике исследований Немецкого исследовательского фонда.Местный комитет по этике факультета психологии Университета Юстуса-Либиха в Гиссене одобрил исследование. Для каждого младенца было получено информированное согласие родителей до их участия.

        2.2 Участники

        Окончательная выборка состояла из 130 здоровых доношенных детей в возрасте 7 и 12 месяцев. В межсубъектном дизайне младенцам двух возрастных групп случайным образом назначали два разных формата стимулов.Настоящие предметы были представлены 31 семимесячному ребенку (средний возраст = 7 месяцев 12 дней ; SD = 9 дней; 16 девочек) и 33 12-месячным детям (средний возраст = 12 месяцев, 13 дней; SD ). = 9 дней; 16 девушек). Фотографии были представлены 33 7-месячным детям (средний возраст = 7 месяцев, 14 дней ; SD = 9 дней; 19 девочек) и 33 12-месячным детям (средний возраст = 12 месяцев, 14 дней; SD ). = 8 дней; 16 девушек). Кроме того, 14 7-месячных и 8 12-месячных младенцев были исключены из окончательной выборки из-за суетливости (12) (плач или попытки ползать по столу), ошибки экспериментатора (7) (отсутствующая запись, изображения вверх ногами) или вмешательство родителей, например, указание на объекты или комментарии о размере объектов (3).Мы основывали размер нашей выборки на размере выборки тематически связанного исследования Sensoy et al. (2020). Младенцы набирались на основании государственных записей о рождении в Гиссене и прилегающих районах. После участия каждый младенец был награжден сертификатом и небольшим подарком.

        Родителей спросили, использует ли их ребенок соску и поильную чашку с ручками каждый день, чтобы убедиться, что все участвующие младенцы знакомы с нашими стимулами. Кроме того, родителей попросили указать количество месяцев, в течение которых ребенок имел опыт использования соски или поилки, что мы использовали для определения времени воздействия.Мы провели статистический тест, чтобы убедиться, что младенцы, отнесенные к группе реальных объектов и младенцы, отнесенные к группе изображений, не различались в отношении их опыта с пустышками и поильными чашками. В частности, мы провели дисперсионный анализ ANOVA с повторными измерениями времени воздействия как функции идентичности стимула (соска против чашки-поильника) в качестве переменной внутри субъектов, а также возраста (7 против 12 месяцев) и формата стимула (реальные объекты против . изображения) как межсубъектные переменные. Мы обнаружили значимые основные эффекты для идентификатора стимула, F (1, 126) = 146.97, p ≤ 0,001, η p 2 = 0,54 и возраст, F (1, 126) = 59,04, p ≤ 0,001, η p 2 = 0,32. Других значимых основных эффектов или взаимодействий не было (все F s <2). Младенцы обеих возрастных групп были более знакомы с пустышками ( M = 6,7 месяцев, SD = 3,8 месяца) по сравнению с поильниками ( M = 3,2 месяца, SD = 2.4 месяца), и 12-месячные дети были лучше знакомы с обоими объектами ( M = 4,2 месяца, SD = 1,8 месяца), чем 7-месячные ( M = 3,4 месяца, SD = 1,9 мес). Таким образом, не было разницы во времени экспозиции между младенцами в группах реальных объектов и изображений.

        2.3 Стимулы

        Как в Sensoy et al. (2020) мы использовали пустышки и поилки, потому что эти предметы хорошо знакомы младенцам.Кроме того, пустышки и чашки-поилки имеют определенный привычный размер, потому что они используются только для определенного возраста. Имеющиеся в продаже пустышка и стаканчик-поилка были сначала отсканированы на 3D-принтере, а затем напечатаны на 3D-принтере. 3D-сканирование и печать позволили нам гарантировать, что все стимулы имеют точную форму, а форма и материал постоянны независимо от физического размера. Стимулы были напечатаны в трех разных размерах: знакомые размеры, размеры «макси» и «мини» (см. Рис. 1). Привычный размер был идентичен физическому размеру купленной соски и чашки-поилки.Объекты максимального размера были на 50% больше привычного размера, а объекты миниатюрного размера были на 50% меньше. Соска-пустышка знакомого размера была 3,50 см в высоту × 5,50 см в ширину, макси-размер составлял 5,25 см в высоту × 8,25 см в ширину, а мини-пустышка составляла 1,75 см в высоту × 2,75 см в ширину. Чашка-поилка знакомого размера с ручками была 11,20 см в высоту × 10,80 см в ширину, максимальный размер – 16,80 см в высоту × 16,20 см в ширину, а чашка миниатюрного размера – 5,60 см в высоту × 5,40 см в ширину. Все стимулы были отшлифованы и загрунтованы, чтобы подготовить их к окраске.Для окрашивания использовалась акриловая краска на водной основе без растворителей. Все раздражители были покрыты акриловым глянцевым лаком. Все материалы нетоксичны и безопасны для детей.

        Поильники (сзади) и пустышки (спереди) как настоящие объекты трех разных размеров. Слева направо: мини, знакомый и максимальный размер. Монета 2 евро служит реальным реальным размером

        .

        Для фотогруппы мы сделали снимки разных по размеру объектов с помощью цифровой однообъективной зеркальной (DSLR) камеры (Sony EOS 1200D).Фотографии были сделаны с точки зрения младенцев в лаборатории, так что точка обзора, а также условия освещения были одинаковыми для изображений и реальных объектов. Изображения были сопоставлены по цвету и размеру с реальными объектами с помощью редактора растровой графики (GIMP 2.8). Поскольку изображения обычно отображаются на фоне на печатных страницах (как в книгах), мы распечатали изображения на сером фоне. Размер фона соответствовал размеру изображаемого объекта и, таким образом, различался между изображениями; однако соотношение фона и изображенного объекта было одинаковым для всех изображений.

        Презентация на прямоугольном фоне (в отличие от демонстрации изображений в виде плоских вырезов) также гарантирует, что физические края не передают форму, и с объектом нельзя взаимодействовать так же, как с реальным материальным объектом. Наконец, чтобы придать фотографиям такой же глянцевый вид, как и у реальных объектов, мы ламинировали все изображения. Снимки были представлены в вертикальном положении на четком вертикальном дисплее. Использование четкого вертикального дисплея позволило нам сопоставить точку обзора в реальном объекте и состоянии изображения, так что видимая форма стимулов между реальным объектом и состоянием изображения была согласована.

        2.4 Аппаратура и методика

        Все младенцы тестировались на индивидуальных занятиях продолжительностью около 30 минут. Младенцы сидели за столом на коленях у опекуна. Первый экспериментатор сел напротив младенца с другой стороны стола, а второй экспериментатор стоял позади младенца. Первый экспериментатор отвечал за предъявление стимула. Первому экспериментатору было дано указание смотреть на младенца с устойчивым дружелюбным лицом, а не на стимулы во время предъявления, чтобы избежать предвзятости, вызванной экспериментатором.Второй экспериментатор записывал продолжительность каждого испытания с помощью секундомера. Одна видеокамера была помещена перед младенцами для записи внешнего вида младенцев. Другая видеокамера была помещена сбоку за младенцем для записи предъявляемых стимулов. Родители были слепы к нашей гипотезе, и их просили не комментировать и не указывать на предметы, чтобы избежать предвзятости, вызванной родителями.

        Процедура для группы реальных объектов и группы изображений была одинаковой. Каждая экспериментальная сессия состояла из двух разминок и четырех тестовых попыток.Каждое испытание имело общую продолжительность 20 с, что больше, чем 10-секундный период, использованный в исследовании Sensoy et al. (2020). Этот продолжительный период был необходим, чтобы дать младенцам больше времени для ручного взаимодействия с представленными предметами, что было невозможно для предметов, находящихся вне досягаемости в предыдущем исследовании. Во всех испытаниях первый экспериментатор представлял объекты / изображения парами: либо объект / изображение знакомого размера в паре с максимальным размером, либо объект / изображение знакомого размера в паре с мини-размером (см. Рис. 2).Предметы / картинки были размещены на столе в отмеченных местах (максимум 15 см от края стола, ближайшего к младенцу). Если младенцы не могли успешно дотянуться до предметов / картинок во время разминки, мы перемещали их ближе к младенцам для экспериментальных испытаний.

        Для разминки использовались кубики из пенопласта или соответствующие картинки (желтые или красные, 6 см в высоту и 6 см в ширину) для ознакомления младенцев с экспериментальной процедурой. Тестовые испытания последовали сразу после разминки.

        Порядок предъявления (сначала соски или поилки), пары (знакомый размер с макси-первым или знакомый размер с мини-первым) и расположение предметов (справа или слева с точки зрения младенцев) были уравновешены между младенцами. Примерный пробный заказ для группы реальных объектов мог бы выглядеть следующим образом: сначала были предъявлены два желтых кубика одинакового размера (а), а затем были предъявлены два красных кубика одинакового размера (б). После разминки чашка-поильник знакомого размера была представлена ​​и соединена с чашкой-поильником максимального размера (c), а затем в следующем испытании чашка-поильник знакомого размера была объединена с небольшой-поильник-чашкой ( г).После этого была представлена ​​пустышка знакомого размера, которая была соединена с пустышкой максимального размера (e), а затем была соединена с пустышкой миниатюрного размера в следующем испытании (f). После каждого испытания первый экспериментатор убирал предметы с поля зрения младенцев. Поскольку все стимулы были представлены в пределах досягаемости младенцев, младенцы могли касаться и манипулировать реальными объектами в группе реальных объектов и изображениями в группе изображений. В случае, если младенец потерял интерес во время данного испытания, первый экспериментатор одновременно постучал по столу сразу за стимулами и сказал: «Смотри».

        Пример сочетания знакомых макси-пар на левой стороне и знакомых-мини-пар на правой стороне для чашек-поильников как реальных объектов вверху и для пустышек как изображений на стойках внизу. В самом эксперименте реальные объекты и картинки размещались на столе, а не перед белой стеной

        2.5 Кодирование и анализ данных

        Поскольку наши стимулы были в пределах досягаемости, все младенцы могли и действительно вручную взаимодействовали с реальными объектами и изображениями (см. Рис. 3).Такие взаимодействия предоставят дополнительную информацию о расстоянии до объектов и размере объектов относительно руки.

        Пример нашей экспериментальной сессии для реальных объектов (слева) и для изображений (справа)

        Предыдущие исследования показали, что ручное взаимодействие младенцев с реальными объектами и изображениями может различаться в зависимости от формата стимула, поэтому они иногда используют разные ручные процедуры, когда исследуют реальные объекты, а не изображения, что затрудняет сравнение ручных процедур в разных форматах стимула (DeLoache и другие., 1979; ДеЛоуч и др., 1998; ДеЛоаш, Пьеррутсакос и Утталь, 2003; Шувайри, 2019; Йонас и др., 2005; Ziemer et al., 2012; Цимер и Снайдер, 2016). Поэтому мы использовали внешнее поведение младенцев в качестве зависимого показателя для обеих групп. Время просмотра включало периоды взгляда на объекты, сопровождаемые изучением объектов или изображений вручную. Продолжительность взгляда определялась как время между первой и последней фиксацией объекта.

        Видео с разных точек зрения для каждого младенца были синхронизированы (Adobe Premiere Pro CC 2017) и закодированы в автономном режиме из видеозаписей с использованием подхода покадрового кодирования (Datavyu 1.5). Начало и конец каждого испытания определяли по звуку секундомера. Дополнительный кодировщик, не замечавший гипотез, набрал более 50% ( n = 69) данных для проверки достоверности. Между наблюдателями надежность превышала 0,90 ( Пирсона – ).

        Средняя продолжительность просмотра была рассчитана для знакомых, максимальных и миниатюрных объектов для каждого испытания. В предварительном анализе мы проверили, есть ли различия в продолжительности взгляда между знакомым и максимальным размером и знакомым и мини-размером, идентичностью стимула (соска vs.поилка) и секс оказали значительное влияние на внешнее поведение младенцев. Мы провели дисперсионный анализ с повторными измерениями разницы в продолжительности просмотра между знакомым и максимальным размером и знакомым и мини-размером с объединением (знакомый макси против знакомого мини) и идентичностью стимула (чашка-поилка против соски) в качестве переменных внутри субъектов. и пол как переменная между субъектами. Этот анализ не выявил каких-либо значимых основных эффектов или взаимодействий (все F s <2). Таким образом, данные были свернуты по парам для последующего анализа; соответственно, средние длительности просмотра для объектов максимального и мини-размера были объединены и далее называются продолжительностью просмотра в направлении объектов нового размера.Данные также были уничтожены по стаканчикам-поильникам, пустышкам, девочкам и мальчикам.

        3 РЕЗУЛЬТАТЫ

        3.1 Продолжительность поиска

        Чтобы проверить, различалась ли продолжительность взгляда младенцев в зависимости от размера объекта, возраста младенцев и формата стимула, был использован дисперсионный анализ ANOVA с повторными измерениями с размером (знакомое или новое) в качестве переменной внутри субъектов и возрастом (7 против 12). -месяц) и формат стимула (реальные объекты против изображений) в качестве переменных между субъектами.Этот дисперсионный анализ средней продолжительности выявил значительные основные эффекты для размера, F (1, 126) = 6,53, p = 0,012, η ​​ p 2 = 0,05, формат стимула, F (1, 126) = 12,54, p ≤ 0,001, η p 2 = 0,09, и возраст, F (1, 126) = 16,61, p ≤. 001, η p 2 = 0,12. Мы также обнаружили значимое двустороннее взаимодействие между размером × формат стимула, F (1, 126) = 6.57, p = 0,012, η ​​ p 2 = 0,05. Никаких других значимых взаимодействий обнаружено не было (все F s <3). Основной эффект возраста показал, что 12-месячные дети выглядели значительно дольше ( M = 5,30 с, SD = 2,15 с), чем 7-месячные ( M = 3,91 с, SD = 1,89 с).

        Чтобы исследовать значимое двустороннее взаимодействие размера × формат стимула, мы выполнили апостериорных парных t -теста (с поправкой Бонферрони, двусторонний) для каждого формата стимула (см. Рисунок 4).Для группы реальных объектов парный тест t выявил значительную разницу в средней продолжительности просмотра между реальными объектами знакомого и нового размера, t (63) = -3,66, p ≤ 0,001, Коэна sd = -0,59. Младенцы обеих возрастных групп дольше смотрели на реальные объекты нового размера ( M = 6,03 с, SD = 2,89 с) по сравнению с реальными объектами знакомых размеров ( M = 4,45 с, SD = 2,47 с. ). Для группы изображений парный тест t не показал существенной разницы в средней продолжительности просмотра между знакомыми и новыми изображениями реальных объектов, t (65) = 0.01, p = 0,996. Младенцы обеих возрастных групп проводили одинаковое количество времени, рассматривая знакомые ( M = 4,01 с, SD = 2,70 с) и новые изображения ( M = 4,02 с, SD = 2,67 с. ). Кроме того, были проведены два апостериорных непарных t -теста (с поправкой Бонферрони, двусторонний), чтобы проанализировать, различалась ли средняя продолжительность просмотра для знакомых и новых размеров между реальными объектами и изображениями. Тест t для знакомых размеров не показал существенной разницы в средней продолжительности просмотра знакомых размеров между реальными объектами и изображениями, t (128) = 0.97, p = 0,332, причем младенцы обеих возрастных групп одинаково долго смотрят на реальные предметы знакомого размера и их изображения в среднем. Тест t для новых размеров выявил значительную разницу в средней продолжительности просмотра новых размеров между реальными объектами и изображениями, t (128) = 4,12, p ≤ 0,001, Cohen ‘ sd = 0,72, при этом младенцы дольше смотрят на реальные объекты нового размера по сравнению с картинками.

        Средняя продолжительность просмотра в с для объектов знакомого и нового размера для обеих возрастных групп вместе, разделенных форматом стимула.Планки погрешностей – SEM.

        Примечание : * p ≤ 0,001, н.у. незначительно

        Что касается средней продолжительности взгляда, то младенцы обеих возрастных групп дольше смотрели на стимулы малого и максимального размера по сравнению со стимулами знакомого размера, когда они представлялись как реальные объекты. Кроме того, младенцы обеих возрастных групп одинаково долго смотрели на объекты знакомого размера в обоих форматах стимулов, но дольше смотрели на объекты нового размера в группе реальных объектов.Однако в группе изображений младенцы обеих возрастных групп не показали разницы в продолжительности взгляда на знакомые стимулы и стимулы нового размера.

        3,2 Оценка новизны

        Мы также подсчитали баллы новизны, чтобы сравнить предпочтение объектов нового размера между реальными объектами и группами изображений. Непарный t -тест (двусторонний) выявил незначительно значимую разницу в показателях новизны между обеими группами: t (122.01) = 1,86, p = 0,065, Cohen ‘ s d = 0,34. Оценка новизны для группы реальных объектов ( M = 58,11, SD = 18,08) была выше, чем оценка новизны для группы изображений ( M = 51,29, SD = 23,35). Однако по сравнению с уровнем вероятности тест t для группы реальных объектов подтвердил, что предпочтение реальных объектов нового размера значительно отличается от уровня вероятности, t (63) = 3,59, p ≤.01, коэффициент Коэна d = 0,45. Тест t для группы изображений показал, что предпочтение изображений размером с роман не отличалось от уровня вероятности, t (63) = 0,45, p = 0,655.

        3.3 Сравнение группы реальных объектов с Sensoy et al. (2020)

        Исследование Sensoy et al. (2020) также представили предметы размера знакомых и новых для 7- и 12-месячных младенцев. В отличие от нашего исследования, Sensoy et al.(2020) представили объекты вне досягаемости, так что младенцы могли только визуально исследовать объекты. Их результаты показывают, что только 12-месячные, но не 7-месячные дети успешно различают предметы размером с знакомый и новый. Чтобы сравнить результаты обоих исследований, мы выполнили одномерный дисперсионный анализ ANOVA с оценками новизны в качестве зависимых переменных и расстоянием (вне досягаемости, как в Sensoy et al. (2020), и в пределах досягаемости, как в этом исследовании) в качестве независимой переменной для каждого возраста. группа. Для 7-месячных детей ANOVA выявил незначительно значимый основной эффект для расстояния: F (1, 62) = 3.31, p = 0,074, η p 2 = 0,05. Показатели новизны для детей в возрасте 7 месяцев были выше, когда объекты были в пределах досягаемости ( M = 58,18, SD = 21,73) по сравнению с недоступными ( M = 49,57, SD = 15,81). Для 12-месячных детей дисперсионный анализ не выявил значимого основного эффекта для расстояния, F (1, 63) = 1,09, p = 0,300. Оценки новизны не различались между объектами, находящимися в пределах досягаемости ( M = 54.94, SD = 9,19) и вне досягаемости ( M = 58,05, SD = 14,17) для 12-месячных детей. Взятые вместе, 7-месячные дети, кажется, могут успешно различать знакомые и новые размеры только тогда, когда объекты находятся в пределах досягаемости, тогда как 12-месячные дети успешно различают размеры независимо от расстояния.

        3.4 Исследовательское описание мануального поведения младенцев

        Несмотря на то, что мы решили не проводить статистическое сравнение ручного поведения младенцев в группе реальных объектов и изображений, мы хотели включить некоторые качественные описания ручного взаимодействия младенцев со стимулами.Наблюдая за нашими видеороликами, младенцы в группе реальных объектов и группе изображений достигли как реальных объектов, так и изображений. Они выполняли некоторые действия, которые были похожи между реальными объектами и изображениями, например удары по объекту или картинке на столе. Младенцы также выполняли такие действия, как потирание или похлопывание реальными предметами и картинками (если младенцы заранее кладут картинки на стол перед собой). Однако большую часть времени младенцы держали картинку в руках и смотрели на нее.Некоторые младенцы также переворачивали картинки, чтобы посмотреть на спину. Более того, большинство младенцев быстро понимают, что они способны воспринимать картинку, и дотягиваются до краев картинки, чтобы схватить ее. Младенцы также прикоснулись бы к изображенному объекту одним или несколькими пальцами, но мы не наблюдали никаких попыток взять изображенный объект. Интересно, что младенцы выполняли такие действия, как питье из чашки-поилки или сосание соски, только с настоящими предметами, но никогда с картинками.

        4 ОБСУЖДЕНИЕ

        Основная мотивация настоящего исследования заключалась в том, чтобы изучить привычные для младенцев сведения о размерах обычных предметов, когда они были представлены в пределах досягаемости, в отличие от Sensoy et al. (2020), которые представили те же объекты вне досягаемости. Более того, мы хотели изучить, влияет ли и как формат стимула (реальные объекты или совпадающие изображения) на распознавание младенцами знакомого размера обычных объектов. Наши результаты показали, что дети в возрасте 7 и 12 месяцев демонстрируют знакомые размеры обычных объектов, когда видят реальные объекты в пределах досягаемости.Когда предметы изображались в виде картинок и представлялись в пределах досягаемости, младенцы обеих возрастных групп не демонстрировали знания о привычных размерах этих обычных предметов.

        Эти новые открытия предполагают, что младенцы в возрасте 7 месяцев могут различать настоящие объекты в новых и знакомых размерах, но только тогда, когда эти объекты находятся в пределах досягаемости. Это открытие можно объяснить несколькими факторами. Во-первых, может оказаться, что привычный размер имеет значение только для 7-месячных детей, когда они могут воздействовать на предметы, что может привести к оценке возможностей («поместится ли пустышка в мой рот?») И вознаграждения («сколько сока» может быть в стаканчике-поильнике? »).Во-вторых, поскольку младенцы могут взаимодействовать с объектами, когда они находятся в пределах досягаемости, они могут лучше оценивать физический размер на основе проприоцептивных сигналов (Chen, Sperandio, & Goodale, 2018) и сравнений относительных размеров с рукой (Linkenauger et al., 2013). Более того, презентация в пределах досягаемости позволила младенцам визуально и вручную исследовать объекты, что и делали все младенцы в нашем исследовании. Таким образом, младенцы получали бимодальную информацию об объектах, что могло привести к более сложной обработке объектов (Beaucage et al., 2020; Йованович и др., 2008; Кауфман и др., 2003). Кроме того, младенцы могли уделять больше внимания разным размерам, когда они хватались за предметы или тянулись к ним, чем когда они смотрели только на предметы, как в исследовании Sensoy et al. (2020). Таким образом, ручное взаимодействие могло поддержать активацию привычных знаний о размерах у 7- и 12-месячных детей, которые они получили из своего повседневного опыта. Наши результаты показывают, что в первый год жизни на обработку младенцами размера объекта явно влияет знание младенцами знакомого размера предметов и возможность вручную исследовать размер предмета.

        Наши результаты расширяют существующие исследования во многих отношениях. Во-первых, когда было разрешено визуальное и ручное исследование, дети в возрасте 7 и 12 месяцев демонстрировали знакомые знания о размерах по сравнению с только 12-месячными детьми в исследовании Sensoy et al. (2020). Во-вторых, Granrud et al. (1985) не обнаружили разницы в первом приближении к знакомым и новым размерам в их бинокулярном состоянии, тогда как мы обнаружили разницу в продолжительности просмотра и, следовательно, успешное различение между знакомыми и новыми размерами в условиях бинокулярного просмотра.Первое прикосновение может указывать на более спонтанную реакцию, чем поведение взгляда, и может не подходить для измерения различения младенцев между знакомыми и новыми размерами в бинокулярном состоянии, когда младенцы воспринимают, что оба объекта имеют одинаковый размер и находятся на одинаковом расстоянии. Напротив, продолжительность просмотра может указывать на более глубокую обработку и, следовательно, может быть более подходящей для измерения такой дискриминации. Обратите внимание, что между обоими исследованиями были и другие различия, которые также могли повлиять на разные результаты (разные объекты одинакового размера по сравнению с другими.один и тот же объект разных размеров; новые объекты против обычных, испытания заканчиваются после первого контакта против фиксированной продолжительности испытаний). Однако, как и наши результаты, Granrud et al. (1985) обнаружили, что предпочтение отдается новым размерам, когда семимесячные дети рассматривают объекты в монокуляр.

        Можно задаться вопросом, насколько далеко условия наблюдения реальных объектов в монокуляре в исследовании Granrud et al. (1985) также можно сравнить с просмотром изображений в бинокль в нашем исследовании. В исследовании Granrud et al.(1985), 7-месячные дети показали достижимое предпочтение объектам размера романа в монокулярном состоянии, когда все, кроме графических сигналов глубины и трехмерной формы объекта, были устранены. Напротив, в нашем исследовании мы не обнаружили никакой разницы в продолжительности просмотра между изображенными объектами нового и знакомого размера. Просмотр изображений в бинокль, как в нашем исследовании, нелегко сопоставить с просмотром реальных объектов в монокуляр, как в исследовании Гранруда. Несмотря на то, что младенцы смотрели на настоящие объекты в монокуляр, они все еще могут воспринимать глубину и форму трехмерного объекта с помощью графических сигналов, поскольку младенцы могут это делать в возрасте от 5 до 7 месяцев (Kavšek et al., 2012). Младенцы также могли двигать головой, и даже крошечные движения головы могут создавать впечатление глубины. Следовательно, они не воспринимают реальный объект таким плоским, как изображение. Идея исследования Granrud et al. (1985) заключается в том, что младенцы тянутся к объекту, который, по их мнению, находится ближе, однако в нашем исследовании младенцы могут воспринимать, что оба объекта равноудалены, поэтому логика исследования Granrud et al. (1985) не относится к нашему исследованию.

        Следовательно, хотя младенцы обеих возрастных групп больше смотрели на новые размеры, чем на знакомые размеры реальных объектов, такого предпочтения не было обнаружено, когда стимулы были графическими репрезентациями.Обратите внимание, что для изображений, как и для реальных объектов, младенцы имели сопоставимые сигналы расстояния и размера, включая визуальные сигналы (стереопсис и параллакс), проприоцептивные и двигательные сигналы и относительный размер по сравнению с рукой. Таким образом, различия в производительности не могут быть объяснены различиями в доступной информации. Скорее остается несколько интригующих возможностей.

        Во-первых, изображенные объекты не позволяют выполнять действия. Проще говоря, при пальпации младенец может понять, что он не может сосать изображенную соску или пить из изображенной чашки-поилки, даже если эти предметы имеют большие возможности для младенцев, поскольку они удовлетворяют основные потребности, такие как питье и успокаивание.Следовательно, младенцы могут легче распознать знакомый размер и больше интересоваться новыми размерами, когда им будут представлены настоящие поилки и пустышки, которые находятся в пределах досягаемости и с которыми можно действовать, по сравнению с изображениями этих предметов, которые не имеют возможностей и, следовательно, могут быть меньше привлекательный. Таким образом, знакомый размер изображенных объектов может не иметь значения, как это было для 7-месячных детей, когда реальные стимулы были недоступны в исследовании Sensoy et al. (2020). Однако это не объясняет, почему 12-месячные дети, которые раньше могли отличать роман от реальных объектов знакомого размера, даже не имея возможности действовать (Sensoy et al., 2020), здесь этого не произошло, когда объекты были представлены на фотографиях и в пределах досягаемости.

        Кажется вероятным, как уже упоминалось, что даже младенцы старшего возраста должны на своем повседневном опыте усвоить, что конкретные характеристики стимула, относящиеся к реальному объекту, могут не только отличаться от соответствующих характеристик, представленных в виде изображения, но и что такие характеристики могут быть такими же. в реальных объектах и ​​изображениях, например знакомого размера. Таким образом, могло случиться так, что младенцы в нашем исследовании были еще слишком молоды, чтобы понять, что изображенный на картинке размер объекта представляет собой реальный знакомый размер соски или чашки-поильника в реальном мире.В качестве альтернативы может случиться так, что даже несмотря на то, что у нас были сопоставимые признаки расстояния и размера в обоих условиях, информации на изображениях о знакомом размере изображенных объектов могло быть недостаточно, чтобы сделать вывод о реальном размере изображенного объекта. Младенцы знали расстояние от себя до картины; однако у них не было информации о расстоянии до изображенного объекта. Тем не менее, есть признаки того, что к 3 годам представления детских объектов включают информацию о размере объекта, которая автоматически активируется при просмотре изображений объектов (Long et al., 2019). В будущих исследованиях следует изучить младенцев в возрасте от 12 до 36 месяцев, чтобы увидеть, когда младенцы или дети ясельного возраста начинают демонстрировать знания о знакомых размерах предметов, когда им представлены изображения.

        Во-вторых, младенцы могут воспринимать стимулы изображения просто как плоские объекты постоянного размера, а именно размера фона. То есть младенцы могут не полностью осознавать, что физическое изображение не только является объектом, но представляет собой другой объект.В будущих исследованиях было бы интересно посмотреть, влияет ли использование фона для изображений на визуальное различение младенцев разных размеров. Если картинки представлены в виде вырезок без фона, младенцы могут воспринимать их не как картинки, а как реальные объекты, что может помочь им активировать свои привычные знания о размерах объектов. В качестве альтернативы, поскольку даже вырезанные изображения плоские и не обладают полной реалистичностью реальных объектов, младенцы могут оставаться нечувствительными к размеру.

        Еще одна причина преимущества реальных объектов, о которой сообщалось в предыдущих исследованиях, заключается в том, что реальные объекты больше привлекают внимание младенцев, чем изображения (DeLoache et al., 1979; Gerhard et al., 2016). Однако это не похоже на наше исследование. Младенцы обеих возрастных групп проводили одинаковое количество времени, рассматривая реальные предметы знакомого размера и сопоставляя изображения предметов знакомого размера (см. Рис. 4 выше). Следовательно, младенцы, кажется, не меньше интересуются изображениями стаканчиков и пустышек знакомого размера, чем настоящие аналоги знакомых размеров.Скорее, их больше интересуют реальные объекты размера романа, чем изображения предметов размера романа. Младенцы могут выражать свое мнение о том, что они гораздо чаще сталкивались с различиями в размерах объектов на изображениях, чем на реальных объектах. Возможно, привлекающий внимание аспект преимущества реального объекта более актуален, когда реальные объекты и совпадающие изображения представлены рядом, как это было в исследованиях DeLoache et al. (1979) и Герхард и др. (2016). Однако в нашем исследовании младенцы видели либо два реальных объекта разного размера, либо изображения, но никогда не видели пару реального объекта и совпадающего изображения.

        Можно утверждать, что еще одна причина отсутствия распознавания знакомого размера на изображенных объектах заключается в том, что трудно сделать вывод о знакомом размере изображенного объекта, не имея референциального контекста. Однако, поскольку младенцам было разрешено вручную взаимодействовать с объектами, они могли обрабатывать размер объекта по отношению, например, к их собственным рукам. Несмотря на то, что ручное взаимодействие с реальными объектами и их изображениями во многом отличается, некоторые визуальные впечатления похожи.Например, настоящая соска миниатюрного размера и ее изображение-копия могут быть полностью закрыты рукой младенца, тогда как настоящая соска большого размера и ее изображение слишком велики для этого. Тем не менее наличие референциального контекста, такого как рука, тянущаяся к объекту, или младенец, пьющий из чашки-поилки или сосущий соску на самом изображении, может помочь младенцам распознать знакомый размер.

        Таким образом, наши результаты позволяют глубже понять специфические условия, при которых младенцы могут распознавать привычный размер обычных предметов.Наши результаты показывают, что даже младенцы в более молодой возрастной группе, чем было продемонстрировано ранее, в возрасте от 7 до 12 месяцев, могут распознавать привычный размер общеизвестных стимулов, когда они представлены как реальные объекты и находятся на доступном расстоянии, так что младенцы не могут только видеть, но и изучать их вручную. Однако, когда эти стимулы изображаются на картинках, даже когда они находятся в пределах досягаемости, младенцы этого возрастного диапазона больше не распознают знакомый размер. Взятые вместе, эти результаты предполагают, что понимание привычного размера у младенцев зависит как от способности действовать, так и от формата стимула.

        БЛАГОДАРНОСТИ

        Мы выражаем особую благодарность Амели Беннер и Неле Зшерпер за их помощь в наборе участников, а также в сборе данных и кодировании. Мы благодарны всем родителям, любезно согласившимся принять участие в исследовании со своими младенцами.

        Эта работа поддержана Немецким исследовательским фондом, Международной исследовательской учебной группой (IRTG) (1901), «Мозг в действии – BrainAct» и Центром совместных исследований SFB TRR 135 2018/2, «Кардинальные механизмы восприятия», в партнерстве с грант Совета по естественным наукам и инженерным исследованиям Канады (NSERC) для совместной исследовательской и учебной среды (CREATE) (44931–2014).

          Сопутствующие работы: New Photography 2020

          Каждую неделю, с 28 сентября по 16 ноября 2020 года, мы представляем работы нового художника на выставке в Magazine.

          Как фотографии говорят друг с другом? Companion Pieces: New Photography 2020 отслеживает разговоры между изображениями. Некоторые происходят между парными или подвесными изображениями, которые полагаются друг на друга для передачи общего сообщения; другие используют визуальную рифму или отголоски, которые отражаются на нескольких отпечатках или в монтаже; третьи встречаются между отдельными фотографическими сериями, которые, сплетаясь вместе, дают новые или более сложные картины мира.

          По самой своей природе фотографические отпечатки являются итеративными: изображение, снятое на одном негативе, может существовать в нескольких печатных формах, масштабах, пробных отпечатках или изданиях. Каждый соответствует другим, которые разделяют его источник, хотя иногда их различия могут быть более очевидными, чем их сходство. Некоторые фотографы организуют отдельные снимки в серии или представляют их в виде книг, позволяя построить последовательность от одной фотографии к другой. В то время как многие из художников, чьи работы представлены в Companion Pieces , являются опытными создателями фотокниг, здесь они исследуют ожидаемую ритмичность книги (и мы тоже читаем их изображения в цифровом виде, а не в физическом виде). книга, которую мы держим в руках).Некоторые добавляют новые элементы, перемежая их для построения слоев; другие представляют собой фрагментированное повествование, составленное из отдельных частей, которые заново сочетаются друг с другом.

          Эта выставка была задумана задолго до того, как пандемия заставила нас войти внутрь, физически изолировав друг от друга, вынуждая соединяться через наши экраны. Мы уже привыкли к тому, что ссылки соединяют одно изображение с другим посредством кликов. Художники отбирают изображения в Интернете, независимо от того, принадлежат ли они прошлым поколениям или были созданы в цифровой форме и созданы самими художниками.Осуществляя эту выставку на moma.org, мы снова переживаем физические произведения искусства – будь то скульптурные объекты или отпечатки в рамке на бумаге – как цифровые свитки изображений. И в нашей нынешней реальности, когда мы часто заглядываем в Интернет, мы очень рады их общению.

          Со времени первой выставки «Новая фотография» в МоМА в 1985 году эта серия представила работы почти 150 художников широкой аудитории. В этом году Companion Pieces объединяет недавние работы восьми художников, работающих в Соединенных Штатах и ​​за рубежом: Дэвида Алекхуоги (американец, 1986 г.р.), Озлем Алтын (турецкий и немец, 1977 г.р.), Марии Антельман (греч. , Иньяки Бонильяс (мексиканец, 1981 г.р.), Сохраб Хура (индеец, 1981 г.р.), Дион Ли (американка, 1988 г.р.), Зора Дж. Мерфф (американка, 1987 г.р.) и Ирина Розовски (американка, родилась в России, 1981).

          Организатор Люси Галлун, младший куратор отдела фотографии.

          10 элементов композиции в фотографии

          Иногда помогает сделать шаг назад от более широких дискуссий о творчестве, чтобы взглянуть на действительно фундаментальные элементы композиции. Хотя в искусстве в целом существует бесчисленное множество элементов композиции, в этой статье рассматриваются десять наиболее важных, характерных для фотографии – важнейшие части почти каждой фотографии, которую вы делаете.Они делятся на две основные категории: объекты и их отношения. Это не что иное, как строительные блоки творчества.

          Прежде чем начать, я хочу упомянуть, что мы только что сняли реальный обзор этих десяти элементов композиции. Настоятельно рекомендуется, если вам нравится смотреть видео с фотографиями!

          Объекты

          Первые шесть элементов композиции – это просто разные типы объектов, которые вы можете найти на фотографии, от простых до сложных.Эти элементы не зависят ни от чего на фотографии, ни от границ самой композиции. Каждый объект на вашей фотографии в определенной степени демонстрирует эти характеристики, иногда явно, а иногда скрытые.

          1. Очки

          Самым простым элементом композиции является точка.

          Очки немного обманчивы; математически они имеют нулевые размеры. С фотографической точки зрения мы более снисходительны. Точка – это небольшая интересующая область на фотографии или пересечение интересующих областей.

          Звезды на небе на фотографии – это «точки», как и расфокусированный свет на заднем плане. То же самое и с местом, где две горы встречаются друг с другом, создавая пересечение, которое притягивает взгляд зрителя.

          Очки важны в фотографии, потому что они являются одним из основных способов привлечь наше внимание – добавить интереса к определенной области.

          Какой элемент на фото ниже привлекает больше всего? Ответ должен быть очевиден сразу:

          NIKON D800E + 70-200 мм f / 4 @ 100 мм, ISO 100, 1/100, f / 8.0

          Это, конечно, пик песчаной дюны – точка. В нем есть серьезность. Наши глаза следят за линиями склона и попадают в одно и то же место.

          Если вы усвоили, что точки могут привлечь внимание зрителя и привлечь внимание, вы, вероятно, хорошо представляете, почему они так важны в фотографии; они помогают придать фото структуру. Но задержите эту мысль на минуту, а затем вернитесь к ней в разделе «Отношения». А пока я расскажу о следующем простом элементе композиции: линиях.

          2. Линии

          В отличие от точек, которые привлекают внимание зрителя, линии больше похожи на путь, по которому зритель должен следовать. Или это граница: например, разделение между небом и землей.

          Как и точки, линии в фотографии не определяются так жестко, как линии в геометрии. С фотографической точки зрения все, что соединяет две части фотографии или тянется по вашей композиции, является линией. Это включает, например, изогнутую дорогу или неровный горный хребет. Даже нечеткий, слегка очерченный край облака обычно представляет собой линию.

          Линии также выполняют важную функцию , соединяя двух разных элементов вашей фотографии. Они могут придать изображению структуру, которая является важной частью создания осознанного и преднамеренного образа. Путь, ведущий от переднего плана к фону, создает ощущение связности изображения.

          Иногда линии на фотографии кажутся воображаемыми, но все же остаются. Представьте себе портрет ребенка, смотрящего на игрушечный грузовик. Пространство между ребенком и грузовиком может быть «пустым», но зритель все равно знает, что это важно.Есть линия – связь между двумя элементами фотографии, которая делает каждый из них более эффектным.

          У линий другой вес, чем у точек. Вместо этого они соединяют точки, или разделяют их, или направляют взгляд зрителя на то, что вам нужно. Это делает их одними из самых важных элементов композиции.

          NIKON D800E + 70-200mm f / 4 @ 70mm, ISO 100, 1/25, f / 11.0
          3. Формы

          Теперь перейдем от простых элементов композиции к сложным. Формы могут быть любыми, от полумесяца до формы улыбающегося лица.Каждая разновидность формы оказывает на фотографию свое эмоциональное воздействие, поэтому обобщение невозможно. Круг может быть умиротворяющим, вызывающим воспоминания о сердце, динамичным треугольником и так далее, но единственное, что можно сказать о каждой форме, – это то, что они обладают способностью привлекать наше внимание.

          Иногда формы – это просто сам объект. Если вы фотографируете солнце, оно имеет круглую форму. В других случаях формы более концептуальны, например, изогнутое облако над изогнутой долиной, что придает всей фотографии круговую композицию.Оба типа форм имеют значение. Первое привлекает внимание; второй придает фотографии ее структуру.

          В фотографии обращайте внимание на формы на фотографии, очевидные или абстрактные. Помните, что они очень сильны в рисовании нашего глаза – особенно простых форм, а также фигур людей и животных. Составьте свои фотографии соответствующим образом.

          NIKON D800E + 20mm f / 1.8 @ 20mm, ISO 100, 1/60, f / 8.0
          4. Текстура

          Текстура объекта играет важную роль в определении его эмоционального воздействия, а также количества внимания к нему. рисует.

          Какое настроение вы передаете, когда фотографируете гладкую гальку и туман с долгой выдержки в море? А как насчет неровных, неровных гор в высококонтрастном свете?

          Иногда сами текстуры могут быть предметом вашей фотографии, например узоры на песке или волны на воде. Однако чаще текстуры – это отдельные элементы большой фотографии, которые либо придают объекту какой-то объем, либо заполняют промежутки между объектами.

          Области с большей текстурой обычно привлекают дополнительное внимание.Иногда слишком много текстуры в «неважных» областях фотографии может отвлекать, делая фотографию в целом слишком сложной. В других случаях текстура придает объекту решающее ощущение размера, например, заполняет форму горного пейзажа.

          NIKON D810 + 70-200 мм f / 2,8 @ 70 мм, ISO 160, 1/500, f / 11,0
          5. Цвет

          Помимо черно-белой фотографии – творческий выбор сам по себе – цвет имеет большое значение для состав фото, а так же настроение.

          Каждый цвет привносит в фотографию свои эмоции, и эта тема могла бы заполнить гораздо больше, чем ограниченное пространство. Тем не менее, самое важное различие, о котором вам нужно знать на данный момент, – это отличие теплых цветов от холодных цветов .

          Теплые цвета – красный, оранжевый и желтый. Они активны, прыгают на передний план изображения и передают больше движения и волнения. Я не имею в виду, что они образно прыгают вперед; Если вы поместите яркую красную точку на ярком синем фоне, многие люди действительно будут воспринимать красную точку как более близкую к зрителю, почти отбрасывая за собой тень.

          Холодные цвета противоположны: зеленый, синий и фиолетовый. Это более спокойные цвета с немного большей мягкостью по своей природе. В частности, синий и зеленый – самые распространенные цвета, встречающиеся в природе; голубое небо или зеленое поле передают обнадеживающее и успокаивающее сообщение. Но холодные цвета также появляются в условиях низкой освещенности, даже тени в солнечный день, поэтому у них действительно есть ощущение темноты – такое, которое может быть особенно сильным на фотографиях шторма, например.

          При компоновке фотографий распознавайте содержащиеся в них цвета и старайтесь использовать их сильные стороны в своих интересах.Часто сочетание теплого и холодного цветов создает интересное ощущение контраста, что приводит к привлекательному изображению. Точно так же фотографии с одним или двумя доминирующими цветами представляют собой очень единое сообщение – сообщение, которое может быть очень успешным, если создано с осторожностью.

          NIKON D7000 + 105mm f / 2.8 @ 105mm, ISO 100, 1/40, f / 6.3
          6. Тон

          Еще одним важным элементом композиции является тон , как для отдельных объектов, так и для фотографии в целом. Хотя тон может относиться к оттенкам и интенсивности цвета, он также относится к яркости и темноте изображения, а также к его контрасту.

          Эту концепцию можно описать несколькими другими словами, но я предпочитаю «тон» из-за его связи с музыкой. Фотографии, в которых удачно используется тон, пронесут взгляд сквозь поток фотографии – почти так же, как музыкальные тона переносят слушателя через взлеты и падения выступления.

          Более яркие участки фотографии привлекают внимание. То же самое и с изображениями с высоким контрастом – как с низким уровнем контрастности (резкости), так и с более широкими сопоставлениями светлого и темного.

          На более общем уровне тона фотографии также изменяют ее общие эмоции.Более темные фотографии обычно затемняют большую часть вашего объекта, придавая ему загадочный, насыщенный и даже изысканный вид. Более яркие фотографии более эфирны и оптимистичны.

          Конечно, вы можете очень легко настроить многие из этих факторов в программном обеспечении для постобработки. Лично я часто затемняю углы изображения, чтобы привлечь внимание к центру. Я также «осветлю и затемню» (осветлю и затемню) отдельные элементы фотографии, которые я хочу подчеркнуть или затемнить. Если на фотографии что-то отвлекает, один из самых простых способов сделать ее менее привлекательной – это немного затемнить ее или снизить контраст.

          Итак, обратите внимание на тона вашей фотографии, как в поле, так и при постобработке. Они контролируют то, как зритель просматривает фотографию, а также эмоции, которые она передает.

          NIKON D7000 + 24mm f / 1.4 @ 24mm, ISO 100, 1 секунда, f / 11.0

          Взаимосвязи

          Другие элементы композиции попадают в другую категорию: взаимосвязи. Все четыре элемента ниже не применяются к отдельным объектам на фотографии, а о том, как взаимодействуют различные части фотографии .

          7. Расстояние

          Самая простая связь между элементами композиции – это расстояние между ними.

          Расстояние имеет значение по нескольким причинам. Для начала, если некоторые из ваших объектов расположены слишком близко друг к другу – или если один объект пересекает другой – результаты могут отвлекать. Я часто пытаюсь немного переместиться, чтобы у каждой важной части фотографии была своя «передышка».

          Помимо этого, расстояние также применимо к концепции форм , как упоминалось ранее, или, в более широком смысле, структуры.Наиболее распространенные композиционные конструкции – это просто линия (соединяющая две интересующие области) и треугольник (три). Но по мере того, как вы добавляете все больше и больше предметов, а также играете с расстояниями между ними, вы будете создавать композиции со значительно более сложной структурой.

          Композиция на фотографии ниже представляет собой примерно пятиугольник – результат того, что солнце и разные точки на горах находятся на правильном расстоянии друг от друга:

          NIKON D7000 + 17-55mm f / 2.8 @ 34 мм, ISO 100, 1/2500, f / 5,6

          Также помните о расстоянии между объектами и краем кадра. Часто я вижу очень хорошие фотографии, поврежденные чем-то второстепенным, например горной вершиной, которая почти касается верхней части фотографии, отвлекая внимание от остальной части композиции. Следите за краями ваших фотографий в поле; они одни из самых важных частей.

          Хорошая новость заключается в том, что вы почти всегда можете полностью контролировать расстояния между объектами в вашей композиции.Просто двигайся; подойдите ближе к объекту или подальше от него. Приложите усилия, чтобы уловить эмоциональный посыл, который вы имеете в виду, и вы, естественно, добьетесь хороших результатов.

          8. Весы

          Следующим элементом композиции является баланс, тесно связанный с концепцией визуального веса. Визуальный вес не сложен; это просто количество внимания, которое привлекает каждый объект на вашей фотографии. Каждая часть вашей фотографии имеет некоторый визуальный вес.

          Какие элементы привлекают наибольшее внимание? Больше всего на свете – это лица и глаза, особенно людей, но также и животных.Наряду с этим привлекают внимание яркие области, резкие области, области с высокой контрастностью, яркими цветами, необычные объекты и интересные текстуры.

          Весы – это расположение визуального веса на фотографии. Сбалансированная фотография имеет одинаковый визуальный вес между левой и правой половинами; Несбалансированная фотография имеет больший вес с одной или другой стороны.

          Иногда «более легкий» элемент может уравновесить «более тяжелый» элемент, просто находясь дальше от центра фотографии – как уравновешивание ребенка и взрослого на качелях.Чтобы проверить сбалансированность вашей фотографии, представьте, что визуальный вес каждого элемента на вашей фотографии находится на точке опоры. В какую сторону он наклоняется?

          Стоит отметить, что вы не всегда хотите, чтобы ваша фотография была идеально сбалансирована между левой и правой сторонами. Хотя сбалансированные фотографии часто кажутся более естественными и гармоничными, дисбаланс более динамичен, с ощущением напряжения, которое работает на некоторых фотографиях. Итак, когда вы настраиваете свою композицию, сосредоточьтесь на балансе или дисбалансе только в той степени, в которой их эмоции соответствуют вашему предполагаемому настроению.

          NIKON D800E + 20mm f / 1.8 @ 20mm, ISO 800, 1/30, f / 5.6
          Сбалансированная композиция, в которой горы и озеро имеют одинаковый визуальный вес и оба находятся на одинаковом расстоянии от центра изображения
          9. Космос (положительный и отрицательный)

          Острова и вода; облака и небо; чернила и бумага. Положительное и отрицательное пространство.

          Позитивное пространство – это любая часть фотографии, привлекающая внимание. Области со значительным визуальным весом обычно являются положительным пространством. То же самое и с областями с высоким уровнем текстуры.

          Негативное пространство – это «наполнитель» между областями позитивного пространства. Он не обязательно сливается с фоном, как это обычно бывает с холодными цветами, но это не та часть фотографии, которая привлекает наибольшее внимание.

          Фотографии с большим количеством положительного пространства кажутся скученными, а фотографии с большим количеством отрицательного пространства кажутся пустыми. Ни то, ни другое не звучит как особенно хорошая эмоция, но оба могут быть очень сильными на фотографии. Я делал снимки городского пейзажа с чувством необходимости и срочности, потому что в них много позитивного пространства.Я также сделал противоположное – фотографии крошечного объекта в грандиозной сцене, чтобы передать ощущение изолированности и необъятности.

          Положительное и отрицательное пространство в значительной степени зависят от других элементов композиции, таких как визуальный вес и расстояние. Но даже фотография одного объекта – скажем, портрет – может иметь разное соотношение положительного и отрицательного пространства в зависимости от вашей композиции. Просто измените размер вашего объекта в кадре, окруженного большим или меньшим количеством фона.Существенно изменятся эмоции от фото.

          NIKON D800E + 105 мм f / 2,8 @ 105 мм, ISO 250, 1/800, f / 3,5
          10. Узоры

          В фотографии узоры повсюду. Это не просто что-то маленькое, вроде текстуры, повторяющейся на всей фотографии, а на самом деле в любом повторяющемся элементе. Даже отражение горы в бассейне с водой – это узор, который нельзя недооценивать, поскольку он связывает фото воедино.

          Вот что действительно делают паттерны.Они связывают фотографии вместе. Они дают фотографиям причину существования – убедительное заявление о том, почему фотограф сделал именно эту фотографию , а не какую-то другую.

          Узоры, возможно, более очевидны в искусственных сценах, таких как архитектурная фотография. Но даже естественные сцены и живые существа имеют узоры, такие как перья на птицах или волны, пересекающие море.

          Не на каждой фотографии, которую вы делаете, будет очевидный узор, и это не проблема. Но когда вы действительно видите какое-то повторение или взаимосвязь в мире, обратите внимание.Это действительно могло бы сделать очень сильное фото.

          NIKON D810 + 70-200mm f / 4 @ 100mm, ISO 64, 4/10, f / 16.0

          Заключение

          Большинство других техник композиции – от простоты до эмоций – начинаются с элементов композиции, перечисленных выше. Хотя есть более десяти элементов композиции, фотографы должны знать о них больше всего.

          Их также проще всего реализовать в фотографии, поэтому стоит подумать о них во время съемки.

          Перейти к главе 4: Свет

          МЫШЛЕНИЕ В КАРТИНАХ: Аутизм и визуальное мышление

          МЫШЛЕНИЕ В КАРТИНКАХ: Аутизм и визуальное мышление

          ДУМАЯ В КАРТИНАХ


          с обновлениями 2006 г. из расширенного выпуска

          Глава 1: Аутизм и визуальное мышление


          Доктор Темпл Грандин Я ДУМАЮ В КАРТИНКАХ. Слова для меня как второй язык. Я перевожу как устные, так и написанные слова в полноцветные фильмы со звуком, которые звучат в моей голове, как кассета видеомагнитофона.Когда кто-то говорит со мной, его слова мгновенно переводятся в картинки. Мыслителям, владеющим языком, часто трудно понять это явление, но в моей работе в качестве дизайнера оборудования для животноводческой отрасли визуальное мышление является огромным преимуществом.

          Визуальное мышление позволило мне построить целые системы в моем воображении. За свою карьеру я разработал все виды оборудования, от загонов для содержания крупного рогатого скота на ранчо до систем для содержания крупного рогатого скота и свиней во время ветеринарных процедур и убоя.Я работал во многих крупных животноводческих компаниях. Фактически, одна треть скота и свиней в Соединенных Штатах содержится в оборудовании, которое я разработал. Некоторые люди, с которыми я работал, даже не знают, что их системы были разработаны кем-то с аутизмом. Я ценю свою способность мыслить визуально и никогда не хотел бы ее терять.

          Одна из самых глубоких загадок аутизма – это замечательная способность большинства аутичных людей преуспевать в визуальных пространственных навыках, в то же время плохо проявляя вербальные навыки.Когда я был ребенком и подростком, я думал, что все думают картинками. Я понятия не имел, что мои мыслительные процессы были другими. Фактически, я не осознавал всей степени различий до недавнего времени. На собраниях и на работе я начал задавать другим людям подробные вопросы о том, как они получают доступ к информации из своей памяти. Из их ответов я узнал, что мои навыки визуализации намного превосходят навыки большинства других людей.

          Я считаю, что мои способности к визуализации помогли мне понять животных, с которыми я работаю.В начале своей карьеры я использовал камеру, чтобы дать мне возможность увидеть животных, когда они проходили по желобу для их ветеринарного лечения. Я становился на колени и фотографировал через желоб с уровня коровьих глаз. Используя фотографии, я смог выяснить, что пугает скот, например, тени и яркие пятна солнечного света. Тогда я использовал черно-белую пленку, потому что двадцать лет назад ученые считали, что у крупного рогатого скота отсутствует цветовое зрение. Сегодня исследования показали, что крупный рогатый скот может различать цвета, но фотографии дают уникальное преимущество – видеть мир глазами коровы.Они помогли мне понять, почему животные отказывались заходить по одному желобу, а охотно проходили по другому.

          Каждая проблема дизайна, которую я когда-либо решал, начиналась с моей способности визуализировать и видеть мир в картинках. Я начал конструировать вещи в детстве, когда я всегда экспериментировал с новыми видами воздушных змеев и моделями самолетов. В начальной школе я сделал вертолет из сломанного самолетика из бальзового дерева. Когда я завел винт, вертолет взлетел на высоту около ста футов.Еще я сделал бумажных воздушных змеев в форме птиц, на которых запускал свой байк. Воздушных змеев вырезали из цельного листа плотной бумаги для рисования и запускали с помощью ниток. Я экспериментировал с разными способами сгибания крыльев, чтобы улучшить летные качества. Поднятие кончиков крыльев вверх заставляло змей взлетать выше. Тридцать лет спустя такая же конструкция стала появляться на коммерческих самолетах.

          Теперь, в своей работе, прежде чем я попытаюсь построить что-либо, я тестирую оборудование в своем воображении. Я представляю, как мои дизайны используются во всех возможных ситуациях, с разными размерами и породами крупного рогатого скота и в разных погодных условиях.Это позволяет мне исправить ошибки до начала строительства. Сегодня все в восторге от новых компьютерных систем виртуальной реальности, в которых пользователь носит специальные очки и полностью погружается в действие видеоигры. Для меня эти системы похожи на грубые мультфильмы. Мое воображение работает как программы компьютерной графики, которые создали реалистичных динозавров в Парке Юрского периода. Когда я в своем воображении симулирую оборудование или работаю над инженерной проблемой, это все равно, что видеть это на видеокассете в моем сознании.Я могу смотреть на него под любым углом, помещаясь над или под оборудованием и одновременно вращая его. Мне не нужна фантастическая графическая программа, которая может создавать трехмерные дизайнерские симуляции. Я могу делать это лучше и быстрее в своей голове.

          Я все время создаю новые изображения, беря в воображении множество маленьких частей изображений, которые есть в видеотеке, и соединяю их вместе. У меня есть видео воспоминания обо всех предметах, с которыми я когда-либо работал – стальных воротах, заборах, защелках, бетонных стенах и т. Д.Чтобы создать новый дизайн, я извлекаю из своей памяти кусочки и кусочки и объединяю их в новое целое. Мои дизайнерские способности продолжают улучшаться по мере того, как я добавляю больше визуальных изображений в свою библиотеку. Я добавляю видео-подобные изображения либо из реального опыта, либо из перевода письменной информации в картинки. Я могу визуализировать работу таких вещей, как отжимные желоба, рампы для погрузки грузовиков и все различные типы животноводческого оборудования. Чем больше я на самом деле работаю со скотом и работаю с оборудованием, тем сильнее становятся мои зрительные воспоминания.

          Впервые я использовал свою видеотеку в одном из своих ранних проектов по дизайну домашнего скота, создав ванну для погружения и оборудование для содержания скота для кормового двора Джона Уэйна в Ред-Ривер в Аризоне. Чан для погружения – это длинный, узкий бассейн глубиной семь футов, через который скот движется гуськом. Он наполнен пестицидом, чтобы избавить животных от клещей, вшей и других внешних паразитов. В 1978 году существующие конструкции погружных ванн были очень плохими. Животные часто запаниковали, потому что они были вынуждены соскользнуть в чан по крутому скользкому бетонному склону.Они отказывались прыгать в чан, а иногда переворачивались и тонули. Инженеры, разработавшие горку, никогда не задумывались, почему скот так испугался.

          Первое, что я сделал, когда пришел на откормочную площадку, – это погрузился в головы крупного рогатого скота и посмотрел им глазами. Поскольку их глаза расположены по бокам головы, у крупного рогатого скота широкоугольное зрение, поэтому это было похоже на прогулку по помещению с широкоугольной видеокамерой. Я провел последние шесть лет, изучая, как животные видят свой мир, и наблюдал, как тысячи людей перемещаются по разным объектам по всей Аризоне, и мне сразу стало очевидно, почему они были напуганы.Этот скот, должно быть, чувствовал себя так, как будто его заставляют спрыгнуть с трапа самолета в океан.

          Крупный рогатый скот пугает резкие контрасты света и тьмы, а также внезапно движущиеся люди и предметы. Я видел, как скот, который содержался в двух одинаковых помещениях, легко проходил через одно и спотыкался в другом. Единственная разница между двумя объектами заключалась в их ориентации на солнце. Скот отказывался проходить по желобу, где солнце отбрасывало на него резкие тени.Пока я не сделал это наблюдение, никто в индустрии откормочных площадок не мог объяснить, почему одно ветеринарное учреждение работает лучше, чем другое. Важно было наблюдать за мелкими деталями, которые имели большое значение. Для меня проблема с погружным чаном была еще более очевидной.

          Моим первым шагом в разработке лучшей системы был сбор всей опубликованной информации о существующих погружных чанах. Прежде чем делать что-либо еще, я всегда проверяю, что считается современным, поэтому я не трачу время на изобретение велосипеда.Затем я обратился к публикациям по животноводству, которые обычно содержат очень ограниченную информацию, и к моей библиотеке видеопамяти, все из которых содержат плохой дизайн. Из опыта работы с другим типом оборудования, таким как разгрузочные пандусы для грузовиков, я узнал, что крупный рогатый скот охотно спускается по пандусу, у которого есть шипы для обеспечения надежной и нескользящей опоры. Скольжение заставляет их паниковать и отступать. Задача состояла в том, чтобы спроектировать вход, который побуждал бы скот добровольно войти и окунуться в воду, которая была достаточно глубокой, чтобы полностью погрузить их, чтобы все жуки, включая тех, которые собираются в их ушах, были устранены.

          Я начал в своем воображении запускать трехмерные визуальные симуляции. Я экспериментировал с разными входами и заставлял скот пройти через них в своем воображении. Три изображения слились, чтобы сформировать окончательный дизайн: воспоминание о чане для погружения в Юма, штат Аризона, переносном чане, который я видел в журнале, и входной рампе, которую я видел на удерживающем устройстве на мясокомбинате Swift в Толлесоне. , Аризона. Новая входная рампа для погружной ванны была модифицированной версией рампы, которую я там видел.Мой дизайн содержал три функции, которые никогда не использовались раньше: вход, который не пугал животных, улучшенная система химической фильтрации и использование принципов поведения животных, чтобы не допустить перевозбуждения крупного рогатого скота, когда он покидает чан.

          Первым делом я переоборудовал рампу из стали в бетонную. Окончательный вариант имел бетонный пандус под углом в двадцать пять градусов вниз. Глубокие бороздки в бетоне обеспечивали надежную опору. Пандус, казалось, постепенно входил в воду, но на самом деле он резко уходил под поверхность воды.Животные не могли видеть обрыв, потому что химические вещества для окунания окрашивали воду. Когда они вышли из воды, они тихо упали, потому что их центр тяжести прошел точку невозврата.

          До того, как чан был построен, я много раз пробовал в своем воображении конструкцию входа. Многие ковбои на откормочной площадке были настроены скептически и не верили, что мой проект сработает. После того, как он был построен, они модифицировали его за моей спиной, потому что были уверены, что это неправильно.Металлический лист был установлен поверх нескользящего пандуса, превратив его обратно в старомодный вход с раздвижкой. В первый день, когда они его использовали, два скота утонули, потому что запаниковали и перевернулись назад.

          Когда я увидел металлический лист, я заставил ковбоев вынуть его. Они были ошеломлены, когда увидели, что пандус теперь работает идеально. Каждый теленок переступал крутой обрыв и тихонько шлепнулся в воду. Я с любовью называю этот дизайн «скот, идущий по воде».

          На протяжении многих лет я наблюдал, что многие владельцы ранчо и кормушки думают, что единственный способ заставить животных войти в помещения для разгрузки – это заставить их войти.Владельцы и управляющие откормочных площадок иногда с трудом понимают, что, если такие устройства, как погружные ванны и удерживающие лотки, правильно спроектированы, крупный рогатый скот добровольно попадет в них. Я могу представить себе ощущения, которые испытают животные. Будь у меня тельце и копыта, я бы очень боялся ступить на скользкую металлическую рампу.

          Мне все еще приходилось решать проблемы после того, как животные покинули чан для окунания. Платформа, на которой они выходят, обычно делится на два загона, чтобы скот мог сушиться с одной стороны, пока другая сторона наполняется.Никто не понимал, почему животные, выходящие из ванны для погружения, иногда бывают взволнованными, но я подумал, что это потому, что они хотят следовать за своими более сухими приятелями, в отличие от детей, разлученных со своими одноклассниками на игровой площадке. Я установил прочный забор между двумя загонами, чтобы животные с одной стороны не видели животных с другой стороны. Это было очень простое решение, и меня поразило, что никто никогда не думал о нем раньше.

          Система, которую я разработал для фильтрации и очистки шерсти крупного рогатого скота и другой грязи из ванны для погружения, была основана на системе фильтрации в бассейне.Мое воображение просканировало два конкретных фильтра для бассейнов, которыми я пользовался: один на ранчо моей тети Бречин в Аризоне, а другой у нас дома. Чтобы вода не разбрызгивалась из ванны, я скопировал бетонный выступ, используемый на плавательных бассейнах. Эта идея, как и многие из моих лучших дизайнов, очень четко пришла мне в голову незадолго до того, как я заснул ночью.

          Поскольку я аутист, я не усваиваю информацию, которую большинство людей принимает как должное. Вместо этого я храню информацию в своей голове, как если бы она была на диске CD-ROM.Когда я вспоминаю что-то, что я узнал, я воспроизводю видео в своем воображении. Видеоролики в моей памяти всегда конкретны; например, я помню, как работал со скотом в ветеринарном желобе на откормочной площадке производителя или в McElhaney Cattle Company. Я точно помню, как животные вели себя в той конкретной ситуации и как были построены желоба и другое оборудование. Точная конструкция стальных столбов для забора и перил для труб в каждом случае также является частью моей визуальной памяти. Я могу просматривать эти изображения снова и снова и изучать их, чтобы решать дизайнерские задачи.

          Если я позволю себе отвлечься, видео перескакивает в некую свободную ассоциацию от строительства забора к конкретному сварочному цеху, где я видел, как вырезали столбы и Старик Джон, сварщик, строил ворота. Если я продолжу думать о том, как Старый Джон сваривает ворота, видеоизображение меняется на серию коротких сцен строительства ворот в нескольких проектах, над которыми я работал. Каждая видеопамять запускает другую таким ассоциативным образом, и мои мечты могут уйти далеко от проблемы дизайна. На следующем изображении можно хорошо провести время, слушая, как Джон и строительная бригада рассказывают военные истории, например, когда экскаватор вырыл гнездо гремучих змей, а машина была брошена на две недели, потому что все боялись приближаться к ней.

          Этот процесс ассоциации – хороший пример того, как мой ум может отвлекаться от темы. Людям с более тяжелым аутизмом трудно прекратить бесконечные ассоциации. Я могу остановить их и вернуть свой разум в нужное русло. Когда я обнаруживаю, что мои мысли слишком далеко уходят от дизайнерской проблемы, которую я пытаюсь решить, я просто говорю себе вернуться к проблеме.

          Интервью с аутичными взрослыми, которые обладают хорошей речью и способны сформулировать свои мыслительные процессы, показывают, что большинство из них также думают визуальными образами.Люди с более тяжелыми нарушениями, которые могут говорить, но не могут объяснить, как они думают, имеют сильно ассоциативные модели мышления. Чарльз Харт, автор книги «Без причины», книги о своем аутичном сыне и брате, резюмирует мысли своего сына в одном предложении: «Теда» мыслительные процессы не логичны, они ассоциативны ». Это объясняет высказывание Теда:« Я не боюсь самолетов. Вот почему они летают так высоко ». По его мнению, самолеты летают высоко, потому что он их не боится; он объединяет две части информации, что самолеты летают высоко и что он не боится высоты.

          Еще одним показателем визуального мышления как основного метода обработки информации является замечательная способность многих аутичных людей решать головоломки, ориентироваться в городе или запоминать огромное количество информации с первого взгляда. Мои собственные образы мышления похожи на те, которые описаны А.Р. Луриа в Разум мнемониста . В этой книге описывается человек, который работал газетным репортером и мог совершать удивительные запоминания. Как и я, у мнемониста был визуальный образ всего, что он слышал или читал.Лурия пишет: «Ибо, когда он слышал или читал слово, оно сразу превращалось в визуальный образ, соответствующий объекту, который это слово обозначало для него». Великий изобретатель Никола Тесла также мыслил визуально. Когда он проектировал электрические турбины для выработки электроэнергии, он строил каждую турбину в своей голове. Он управлял им в своем воображении и исправлял ошибки. Он сказал, что не имеет значения, тестировалась ли турбина в его мыслях или в его мастерской; результаты будут такими же.

          В начале карьеры я поссорился с другими инженерами мясокомбинатов.Я не мог представить, что они могут быть настолько глупы, чтобы не видеть ошибок на чертеже до установки оборудования. Теперь я понимаю, что это была не глупость, а отсутствие навыков визуализации. Они буквально не могли видеть. Меня уволили из одной компании, которая производила оборудование для мясокомбинатов, потому что я поссорился с инженерами из-за конструкции, которая в конечном итоге привела к обрушению подвесного пути, по которому туши говядины весом 1200 фунтов сдвигались с конца конвейера. Когда каждая туша сходила с конвейера, она падала примерно на три фута, прежде чем была внезапно остановлена ​​цепью, прикрепленной к тележке на подвесном пути.При первом запуске машины гусеницу вытащили из потолка. Сотрудники закрепили его, более надежно прикрутив болтами и установив дополнительные кронштейны. Это только временно решило проблему, потому что сила туши, дергающая цепи, была очень велика. Укрепление подвесных путей лечило скорее симптом проблемы, чем ее причину. Я пытался их предупредить. Это было все равно, что слишком много раз сгибать канцелярскую скрепку вперед и назад. Через некоторое время ломается.

          Различные способы мышления
          Идея о том, что у людей разные модели мышления, не нова.Фрэнсис Гальтон в книге Inquiries into Human Faculty and Development писал, что, хотя некоторые люди видят яркие мысленные образы, для других «идея не воспринимается как мысленные образы, а скорее как символы фактов. У людей с низким уровнем графической образности они запомнили их стол для завтрака, но не могли его увидеть ”.

          Только когда я поступил в колледж, я понял, что некоторые люди полностью вербальны и думают только на словах. Я впервые заподозрил это, когда прочитал в научном журнале статью о развитии использования инструментов у доисторических людей.Некоторые известные ученые предположили, что людям нужно было разработать язык, прежде чем они смогут разработать инструменты. Я подумал, что это смешно, и эта статья дала мне первое представление о том, что мой мыслительный процесс действительно отличался от такового у многих других людей. Когда я что-то придумываю, я не использую язык. Некоторые люди мыслят ярко детализированными картинками, но большинство думает комбинацией слов и расплывчатых обобщенных картинок.

          Например, многие люди видят обобщенную общую церковь, а не конкретные церкви и шпили, когда они читают или слышат слово «шпиль».«Их образ мышления переходит от общей концепции к конкретным примерам. Раньше я очень расстраивался, когда вербальный мыслитель не мог понять то, что я пытался выразить, потому что он или она не могли видеть кристально ясную для меня картину. , мой разум постоянно пересматривает общие концепции по мере того, как я добавляю новую информацию в свою библиотеку памяти. Это похоже на получение новой версии программного обеспечения для компьютера. Мой разум с готовностью принимает новое «программное обеспечение», хотя я заметил, что некоторые люди часто с трудом принять новую информацию.

          В отличие от большинства людей, мои мысли переходят от видео, подобных, конкретных изображений, к обобщениям и концепциям. Например, мое представление о собаках неразрывно связано с каждой собакой, которую я когда-либо знал. Это как если бы у меня есть карточный каталог собак, которых я видел, с картинками, который постоянно растет по мере того, как я добавляю новые примеры в свою видеотеку. Если я думаю о немецких дога, то первое, что приходит мне в голову, – это Данск, немецкий дог, принадлежащий директору моей средней школы. Следующий немецкий дог, которого я представляю, – это Хельга, которая заменила Данска.Следующая – собака моей тети из Аризоны, и мое последнее изображение взято из рекламы чехлов для сидений Fitwell, в которой была изображена такая собака. Мои воспоминания обычно появляются в моем воображении в строгом хронологическом порядке, а образы, которые я визуализирую, всегда конкретны. Не существует универсального немецкого дога.

          Однако не все люди с аутизмом обладают визуальным мышлением и не все они обрабатывают информацию таким образом. Люди во всем мире обладают целым рядом навыков визуализации, начиная от почти полного отсутствия, до видения расплывчатых обобщенных картинок, до видения полу-специфических картинок, до видения, как в моем случае, очень специфических картинок.

          Я всегда формирую новые визуальные образы, когда придумываю новое оборудование или думаю о чем-то новом и забавном. Я могу делать снимки, которые я видел, переставлять их и создавать новые. Например, я могу представить себе, как будет выглядеть ванна для погружения, смоделированная на основе компьютерной графики, поместив ее в память на экране компьютера друга. Поскольку его компьютер не запрограммирован для создания причудливой трехмерной вращающейся графики, я беру компьютерную графику, которую видел по телевизору или в фильмах, и накладываю ее в свою память.В моем визуальном воображении чаша для погружения появится в виде высококачественной компьютерной графики, показанной в «Звездном пути». Затем я могу взять конкретную ванну для погружения, например, в Ред-Ривер, и мысленно перерисовать ее на экране компьютера. Я даже могу продублировать мультяшное трехмерное изображение скелета на экране компьютера или представить ванну для погружения в виде видеозаписи реальной вещи.

          Точно так же я научился рисовать инженерные проекты, внимательно наблюдая за очень талантливым чертежником, когда мы вместе работали в одной компании по строительству кормовых дворов.Дэвид без труда создавал самые невероятные рисунки. После того, как я ушел из компании, я был вынужден сам заниматься редактированием. Изучая рисунки Дэвида в течение многих часов и фотографируя их в своей памяти, я действительно смог подражать его стилю рисования. Я выложил несколько его рисунков, чтобы посмотреть на них, пока рисовал свой первый дизайн. Затем я нарисовал свой новый план и скопировал его стиль. После того, как я сделал три или четыре рисунка, мне больше не нужно было класть его рисунки на стол. Моя видеопамять была полностью запрограммирована.Копирование рисунков – это одно дело, но после того, как я нарисовал рисунки Ред-Ривер, я не мог поверить, что сделал их. В то время я думал, что это дар от Бога. Еще одним фактором, который помог мне научиться хорошо рисовать, было что-то столь же простое, как использование тех же инструментов, которые использовал Дэвид. Я использовал карандаш той же марки, а линейка и линейка заставили меня замедлиться и проследить визуальные образы в моем воображении.

          Мои артистические способности проявились в первом и втором классе.Я хорошо разбиралась в цвете и рисовала акварельными красками на пляже. Однажды в четвертом классе я лепила из глины симпатичную лошадку. Просто я сделал это спонтанно, хотя не смог воспроизвести. В средней школе и колледже я никогда не пробовал заниматься инженерным рисунком, но я понял, насколько важно замедляться во время рисования на уроках рисования в колледже. Наше задание состояло в том, чтобы потратить два часа на рисование одной из наших туфель. Учитель настоял на том, чтобы все два часа потратить на рисование этой обуви.Я был поражен тем, насколько хорошо получился мой рисунок. Хотя мои первые попытки рисования были ужасными, когда я представлял себя Дэвидом, рисовальщиком, я автоматически замедлялся.

          Обработка невизуальной информации
          У аутистов есть проблемы с обучением тому, о чем нельзя представить в картинках. Для аутичного ребенка проще всего выучить существительные, потому что они имеют прямое отношение к картинкам. Дети-аутисты с высокой вербальностью, такие как я, иногда могут научиться читать с помощью фонетики.Написанные слова были слишком абстрактными, чтобы я мог их запомнить, но я мог усердно запоминать около пятидесяти фонетических звуков и несколько правил. Дети с низким уровнем функционирования часто лучше учатся по ассоциации, с помощью словесных ярлыков, прикрепленных к объектам в их среде. Некоторым детям-аутистам с сильными нарушениями легче учиться, если слова произносятся пластиковыми буквами, которые они могут почувствовать.

          Пространственные слова, такие как «над» и «под», не имели для меня значения, пока у меня не было визуального образа, который мог бы зафиксировать их в моей памяти.Даже сейчас, когда я слышу слово «под» само по себе, я автоматически представляю, как попадаю под столы кафетерия в школе во время учений по воздушному налету, что было обычным явлением на Восточном побережье в начале пятидесятых. Первое воспоминание, которое вызывает каждое отдельное слово, почти всегда детское воспоминание. Я помню, как учитель велел нам вести себя тихо и гуськом вошел в кафетерий, где под каждым столом сгрудилось по шесть или восемь детей. Если я буду продолжать в том же духе, у меня появится все больше и больше ассоциативных воспоминаний о начальной школе.Я помню, как учитель ругал меня после того, как я ударил Альфреда за то, что он запачкал мою обувь. Все эти воспоминания воспроизводятся в моем воображении, как видеокассеты на видеомагнитофоне. Если я позволю своему разуму продолжать ассоциироваться, он ускользнет на миллион миль от слова «под» к подводным лодкам под Антарктикой и песней Beatles «Желтая подводная лодка». Если я позволю себе остановиться на картине желтой подводной лодки, я слышу песню. Когда я начинаю напевать песню и перехожу к рассказу о людях, поднимающихся на борт, моя ассоциация переключается на трап корабля, который я видел в Австралии.

          Я также визуализирую глаголы. Слово «прыжки» вызывает воспоминания о прыжках с препятствиями на имитационных Олимпийских играх, проводимых в моей начальной школе. Наречия часто вызывают неприемлемые образы – «быстро» напоминает мне Quik от Nestle – если они не соединены с глаголом, который изменяет мой визуальный образ. Например, фраза «он быстро бегал» вызывает анимированное изображение Дика из первоклассной книги для чтения, а «он медленно бежал» – замедляется. изображение вниз. В детстве я не учитывала такие слова, как «есть», «то» и «оно», потому что сами по себе они не имели значения.Точно так же слова вроде «из» и «ан» не имели смысла. В конце концов я научился правильно ими пользоваться, потому что мои родители всегда говорили на правильном английском, а я имитировал их манеру речи. По сей день некоторые спряжения глаголов, такие как «быть», для меня абсолютно бессмысленны.

          Когда я читаю, я перевожу написанные слова в цветные фильмы или просто сохраняю фотографию написанной страницы, чтобы потом ее прочитать. Когда я беру материал, я вижу в своем воображении фотокопию страницы. Тогда я могу читать это как телесуфлер.Вероятно, что Раймонд, ученый-аутист, изображенный в фильме « Человек дождя », использовал аналогичную стратегию для запоминания телефонных справочников, карт и другой информации. Он просто скопировал каждую страницу телефонной книги в свою память. Когда он хотел найти определенный номер, он просто просматривал страницы телефонной книги, которые были у него в голове. Чтобы вытащить информацию из моей памяти, мне нужно воспроизвести видео. Быстро собрать факты иногда сложно, потому что мне приходится проигрывать отрывки из разных видео, пока не найду нужную пленку.На это нужно время.

          Когда я не могу преобразовать текст в изображения, это обычно происходит потому, что текст не имеет конкретного значения. Некоторые книги по философии и статьи о фьючерсном рынке крупного рогатого скота просто непонятны. Мне намного легче понять письменный текст, который описывает то, что можно легко перевести в картинки. Следующее предложение из истории, опубликованной 21 февраля 1994 года в номере журнала Time , описывающей чемпионат Зимних Олимпийских игр по фигурному катанию, является хорошим примером: «Все элементы на своих местах – прожекторы, потрясающие вальсы и джазовые мелодии, блестящие духи, поднимающиеся в воздух.«В своем воображении я вижу каток и фигуристов. Однако, если я слишком долго задумываюсь над словом« элементы », я получу неуместную ассоциацию с таблицей Менделеева на стене моего школьного класса химии. “sprite” вызывает изображение банки Sprite в моем холодильнике вместо симпатичной молодой фигуристки.

          Учителя, работающие с аутичными детьми, должны понимать ассоциативные модели мышления. Ребенок, страдающий аутизмом, часто использует неподходящее слово.Иногда эти употребления имеют логическое ассоциативное значение, а иногда нет. Например, аутичный ребенок может сказать слово «собака», когда хочет выйти на улицу. Слово «собака» ассоциируется с выходом на улицу. В моем случае я могу вспомнить как логичное, так и нелогичное использование неуместных слов. Когда мне было шесть лет, я научился говорить «обвинение». Я понятия не имел, что это значит, но когда я это сказал, это прозвучало хорошо, поэтому я использовал это как восклицание каждый раз, когда мой кайт ударялся о землю. Я, должно быть, сбил с толку больше, чем несколько человек, которые слышали, как я воскликнул: «Обвинение!» на мой змей, спускающийся по спирали.

          Обсуждения с другими аутичными людьми показывают похожие визуальные стили мышления о задачах, которые большинство людей выполняет последовательно. Аутичный человек, сочиняющий музыку, сказал мне, что он создает «звуковые картинки», используя небольшие фрагменты другой музыки для создания новых композиций. Программист, страдающий аутизмом, сказал мне, что видит общую схему дерева программ. После того, как он визуализирует скелет программы, он просто пишет код для каждой ветви. Я использую аналогичные методы, когда просматриваю научную литературу и решаю проблемы на мясокомбинатах.Я беру конкретные выводы или наблюдения и комбинирую их, чтобы найти новые базовые принципы и общие концепции.

          Мой образ мышления всегда начинается с конкретики и направлен на обобщение ассоциативным и непоследовательным образом. Как если бы я пытался выяснить, что представляет собой изображение на мозаике, когда завершена только треть головоломки, я могу заполнить недостающие части, сканируя свою видеотеку. Китайские математики, которые умеют производить большие вычисления в уме, работают точно так же.Для начала им понадобятся счеты, китайский калькулятор, который состоит из рядов бусинок на проволоке в рамке. Они производят расчеты, перемещая ряды бусинок. Когда математик становится действительно опытным, он просто визуализирует счеты в своем воображении, и им больше не нужны настоящие. Бусинки движутся по визуализированным счетам видео в его мозгу.

          Абстрактная мысль
          В детстве я научился превращать абстрактные идеи в картинки, чтобы понимать их. Я визуализировал такие понятия, как мир или честность, с помощью символических изображений.Я представлял себе мир как голубя, индийскую трубку мира, теле- или кинохронику о подписании мирного соглашения. Честность была представлена ​​изображением руки на Библии в суде. Новостной репортаж с описанием человека, возвращающего кошелек со всеми деньгами, дает картину честного поведения.

          Молитва «Отче наш» была непонятной, пока я не разбил ее на конкретные визуальные образы. Сила и слава были представлены полукруглой радугой и электрической башней.Эти детские визуальные образы все еще запускаются каждый раз, когда я слышу молитву «Отче наш». Слова «да будет воля твоя» не имели значения, когда я был ребенком, и сегодня значение все еще неясно. Волю сложно представить. Когда я думаю об этом, я представляю, как Бог бросает молнию. Другой взрослый с аутизмом написал, что он визуализировал «Ты на небесах» как Бога с мольбертом над облаками. «Незаконное проникновение» было изображено черно-оранжевыми знаками «НЕ ПРОХОДИТ». Слово «аминь» в конце молитвы было загадкой: мужчина в конце не имело смысла.

          Когда я был подростком и молодым взрослым, мне приходилось использовать конкретные символы для понимания абстрактных концепций, таких как общение с людьми и переход к следующим этапам моей жизни, которые всегда были трудными. Я знал, что не вписываюсь в круг своих одноклассников, и не мог понять, что делаю неправильно. Как я ни старался, надо мной смеялись. Они называли меня «рабочей лошадкой», «магнитофоном» и «косточкой», потому что я был худощавым. В то время я мог понять, почему они называли меня «рабочей лошадкой» и «костями», но «магнитофон» меня озадачил.Теперь я понимаю, что, должно быть, звучал как магнитофон, когда повторял что-то дословно снова и снова. Но тогда я просто не мог понять, почему я такой социальный болван. Я искал убежища в том, что у меня было хорошо получалось, например, работал над ремонтом крыши сарая или практиковался в верховой езде перед конным шоу. Личные отношения не имели для меня никакого смысла, пока я не разработал визуальные символы дверей и окон. Именно тогда я начал понимать такие концепции, как изучение компромиссов в отношениях.Я до сих пор задаюсь вопросом, что бы случилось со мной, если бы я не смог визуализировать свой путь в мире.

          По-настоящему большой проблемой для меня был переход из средней школы в колледж. Людям с аутизмом очень трудно меняться. Чтобы справиться с серьезным изменением, таким как окончание школы, мне нужен был способ его репетировать, разыгрывая каждый этап своей жизни, проходя через настоящую дверь, окно или ворота. Когда я заканчивал школу, я садился на крышу своего общежития, смотрел на звезды и думал о том, как я справлюсь с уходом.Именно там я обнаружил маленькую дверь, которая вела на большую крышу, когда мое общежитие ремонтировалось. Когда я все еще жил в этом старом доме в Новой Англии, над ним строили гораздо большее здание. Однажды плотники оторвали часть крыши рядом с моей комнатой. Когда я вышел, теперь я мог смотреть на частично законченное новое здание. Высоко на одной стороне была небольшая деревянная дверь, которая вела на новую крышу. Здание менялось, и теперь пришло время переодеться и мне.Я мог понять это. Я нашел символический ключ.

          Когда я учился в колледже, я нашел еще одну дверь, символизирующую подготовку к выпуску. Это был небольшой металлический люк, который выходил на плоскую крышу общежития. Мне приходилось практиковаться в прохождении через эту дверь много раз. Когда я наконец окончил школу Франклина Пирса, я прошел через третью, очень важную дверь на крыше библиотеки.

          Я больше не использую настоящие физические двери или ворота, чтобы символизировать каждый переход в моей жизни.Когда я перечитывал многолетние дневниковые записи во время написания этой книги, я обнаружил четкую закономерность. Каждая дверь или ворота позволяли мне переходить на следующий уровень. Моя жизнь была чередой последовательных шагов. Меня часто спрашивают, какой единственный прорыв позволил мне адаптироваться к аутизму. Единого прорыва не было. Это была серия постепенных улучшений. Мои дневниковые записи очень ясно показывают, что я полностью осознавал, что когда я освоил одну дверь, это был только один шаг из целой серии.

          22 апреля 1970 г.

          Сегодня в колледже Франклина Пирса все завершено, и теперь пора пройти через маленькую дверь в библиотеку.Теперь я размышляю о том, что я должен оставить в качестве послания на крыше библиотеки, чтобы его могли найти будущие люди. Я достиг вершины одной ступени и сейчас нахожусь на нижней ступени аспирантуры. Ведь вершина здания – это самая высокая точка кампуса, и я зашел так далеко, насколько смог. Я покорил вершину ФПК. Высшие по-прежнему не оспариваются. – Класс 70

          Сегодня вечером я вошел в маленькую дверь и повесил мемориальную доску на крышу библиотеки. На этот раз я не так нервничал.Раньше я нервничал гораздо больше. Теперь я уже сделал это, и маленькая дверь и гора уже поднялись. Покорение этой горы – только начало следующей горы.

          Слово начало означает начало, а верх библиотеки – начало аспирантуры. Человеческая природа – стремиться, и поэтому люди будут подниматься в горы. Причина в том, что люди стремятся доказать, что они могут это сделать.

          В конце концов, зачем нам отправлять человека на Луну? Единственное реальное оправдание – это то, что человеческая природа – продолжать стремиться к чему-то.Человек никогда не довольствуется одной целью, которую он продолжает достигать. Настоящая причина, по которой я пошел на крышу библиотеки, заключалась в том, чтобы доказать, что я могу это сделать.

          За свою жизнь мне пришлось пройти пять или шесть главных дверей или ворот. В 1970 году я окончил небольшой гуманитарный колледж Франклина Пирса по специальности психология и переехал в Аризону, чтобы получить степень доктора философии. Когда я обнаружил, что все меньше интересуюсь психологией и больше интересуюсь животноводством и зоотехникой, я подготовился к еще одному значительному изменению в моей жизни – переключению с специализации психология на специализацию по зоотехнике.8 мая 1971 года я написал:

          Я чувствую, что меня все больше и больше тянет в сторону фермы. Я прошел через ворота желоба для скота, но все еще крепко держусь за стойку ворот. Ветер дует все сильнее и сильнее, и я чувствую, что отпущу столб ворот и вернусь на ферму; по крайней мере, на некоторое время. Ветер играл важную роль во многих дверях. На крыше дул ветер. Может быть, это символ того, что следующий достигнутый уровень не является окончательным, и что я должен продолжать двигаться дальше.На вечеринке [вечеринке в отделении психологии] я чувствовал себя совершенно не на своем месте, и мне казалось, что ветер заставляет мои руки соскальзывать со столба ворот, чтобы я мог свободно кататься по ветру.

          В то время я все еще боролся на социальной арене, в основном потому, что у меня не было конкретного визуального следствия абстракции, известной как «ладить с людьми». Наконец-то мне представилось изображение, когда я мыл эркер в кафетерии (студенты должны были выполнять работу в столовой).Я понятия не имел, что моя работа будет иметь символическое значение, когда начинала. Эркер состоял из трех стеклянных раздвижных дверей, закрытых штормовыми окнами. Чтобы вымыть эркер изнутри, пришлось пролезть через раздвижную дверь. Дверь заклинило, когда я мыл внутренние стекла, и я был заключен между двумя окнами. Чтобы выбраться, не разбив дверь, мне пришлось очень осторожно открывать ее. Меня поразило, что отношения складываются одинаково. Они также легко ломаются, и к ним нужно подходить осторожно.Затем я сделал еще одну ассоциацию о том, как осторожное открытие дверей в первую очередь связано с установлением отношений. Пока я был зажат между окнами, общаться через стекло было практически невозможно. Быть аутичным – все равно что попасть в такую ​​ловушку. Окна символизировали мое чувство разобщенности с другими людьми и помогали мне справляться с трудностями. изоляция. На протяжении всей моей жизни символы дверей и окон позволяли мне добиваться прогресса и устанавливать связи, о которых не слышали некоторые люди с аутизмом.

          В более тяжелых случаях аутизма символы труднее понять и часто кажутся совершенно не связанными с тем, что они представляют. Д. Парк и П. Юдериан описали использование визуальных символов и чисел Джесси Парк, тогда двенадцатилетней аутичной девушкой, для описания абстрактных понятий, таких как хорошее и плохое. Хорошие вещи, например рок-музыка, были представлены рисунками четырех дверей и без облаков. Джесси оценила большую часть классической музыки как довольно хорошую, нарисовав две двери и два облака.Разговорное слово было оценено как очень плохое, с рейтингом ноль дверей и четыре облака. Она сформировала визуальную рейтинговую систему, используя двери и облака для описания этих абстрактных качеств. У Джесси также была сложная система хороших и плохих чисел, хотя исследователи не смогли полностью расшифровать ее систему.

          Многие люди полностью сбиты с толку аутичными символами, но для аутичного человека они могут обеспечить единственную осязаемую реальность или понимание мира. Например, «французский тост» может означать «счастливый», если ребенок был счастлив, когда его ел.Когда ребенок представляет себе кусок французского тоста, он становится счастливым. Визуальный образ или слово ассоциируются с переживанием. Клара Парк, мать Джесси, описала увлечение своей дочери такими объектами, как электрические одеяла и обогреватели. Она понятия не имела, почему предметы были так важны для Джесси, хотя она заметила, что Джесси была счастливее всего, и ее голос больше не был монотонным, когда она думала о своих особенных вещах. Джесси могла говорить, но не могла рассказать людям, почему ее особые вещи были важны.Возможно, она связала элементы управления электрическими одеялами и обогреватели с теплом и безопасностью. Слово «сверчок» сделало ее счастливой, а «частично услышал песню» означало «не знаю». Аутичный разум работает через эти визуальные ассоциации. В какой-то момент жизни Джесси частично услышанная песня ассоциировалась с незнанием.

          Тед Харт, человек с тяжелым аутизмом, почти не обладает способностью к обобщениям и гибкостью в своем поведении. Его отец Чарльз описал, как однажды Тед положил мокрую одежду в комод после того, как сломалась сушилка.Он просто перешел к следующему этапу стирки одежды, которую выучил наизусть. У него нет здравого смысла. Я бы предположил, что такое жесткое поведение и отсутствие способности к обобщениям может быть частично связано с отсутствием или незначительной способностью изменять или модифицировать визуальные воспоминания. Несмотря на то, что мои воспоминания о вещах хранятся в виде отдельных конкретных воспоминаний, я могу изменять свои мысленные образы. Например, я могу представить церковь, раскрашенную в разные цвета, или поставить шпиль одной церкви на крышу другой; но когда я слышу, как кто-то произносит слово «шпиль», первая церковь, которую я вижу в своем воображении, почти всегда является детским воспоминанием, а не церковным образом, которым я манипулировал.Эта способность изменять образы в моем воображении помогла мне научиться обобщать.

          Сегодня мне больше не нужны дверные символы. За эти годы я накопил достаточно реального опыта и информации из статей и книг, которые я прочитал, чтобы иметь возможность вносить изменения и предпринимать необходимые шаги по мере возникновения новых ситуаций. Кроме того, я всегда был заядлым читателем и стремлюсь получать все больше и больше информации для добавления в свою видеотеку. Программист с тяжелым аутизмом однажды сказал, что чтение – это «получение информации».«Для меня это похоже на программирование компьютера.

          Визуальное мышление и ментальные образы
          Недавние исследования пациентов с повреждением головного мозга и визуализация мозга показывают, что визуальные и вербальные мысли могут работать через разные системы мозга. Записи кровотока в головном мозге показывают, что, когда человек визуализирует что-то вроде прогулки по окрестностям, кровоток резко увеличивается в зрительной коре головного мозга, в тех частях мозга, которые тяжело работают. Исследования пациентов с повреждением головного мозга показывают, что травма левого заднего полушария может остановить формирование визуальных образов из долговременных воспоминаний, в то время как речь и вербальная память не ухудшаются.Это указывает на то, что визуальные образы и вербальные мысли могут зависеть от различных неврологических систем.

          Визуальная система также может содержать отдельные подсистемы для мысленных образов и вращения изображений. Навыки вращения изображения, по-видимому, расположены в правой части мозга, а визуальные образы – в левой задней части мозга. Возможно, при аутизме зрительная система расширилась, чтобы восполнить вербальный дефицит и дефицит последовательности. Нервная система обладает замечательной способностью компенсировать повреждение.Другая деталь может заменить поврежденную деталь.

          Недавнее исследование доктора Паскуаль-Леоне из Национального института здоровья показывает, что развитие визуальных навыков может расширить моторную карту мозга. Исследования с участием музыкантов показывают, что реальная практика игры на пианино и воображение игры на пианино оказывают одинаковое влияние на моторные карты, что подтверждается сканированием мозга. Моторные карты расширяются как во время реальной игры на фортепиано, так и во время мысленных образов; случайное нажатие клавиш не дает никакого эффекта. Спортсмены также обнаружили, что как умственная практика, так и реальная практика могут улучшить двигательные навыки.Исследования пациентов с повреждением гиппокампа показали, что сознательная память о событиях и двигательное обучение – это отдельные неврологические системы. Пациент с повреждением гиппокампа может выучить двигательную задачу и поправиться с практикой, но каждый раз, когда он практикует, у него не будет сознательной памяти о выполнении этой задачи. Двигательные цепи тренируются, но повреждение гиппокампа препятствует формированию новых сознательных воспоминаний. Таким образом, моторные цепи изучают новую задачу, например, решение простой механической головоломки, но человек не помнит, как видел или разгадывал головоломку.Повторяя практику, человек становится все лучше и лучше, но каждый раз, когда ему предлагают головоломку, он говорит, что никогда раньше ее не видел.

          Мне повезло в том, что я могу опираться на свою библиотеку изображений и визуализировать решения, основанные на этих изображениях. Однако большинство людей с аутизмом ведут крайне ограниченный образ жизни, отчасти потому, что они не могут справиться с любыми отклонениями от своего распорядка дня. Для меня каждый опыт основан на визуальных воспоминаниях, которые я храню из предыдущего опыта, и таким образом мой мир продолжает расти.

          Около двух лет назад я совершил личный прорыв, когда меня наняли для реконструкции мясокомбината, на котором применялись очень жестокие методы сдерживания во время кошерного убоя. Перед забоем живой скот подвешивали вверх ногами на цепи, прикрепленной к одной задней ноге. Это было так ужасно, что я не мог смотреть на это. Бешеный рев испуганного скота был слышен как в офисе, так и на парковке. Иногда при подъеме у животного ломалась задняя лапа. Эта ужасная практика полностью противоречила гуманным намерениям кошерного убоя.Моя работа заключалась в том, чтобы вырвать эту жестокую систему и заменить ее желобом, который удерживал бы животное в стоячем положении, пока раввин проводил кошерный забой. При правильном выполнении животное должно оставаться спокойным и не бояться.

          Новый удерживающий желоб представлял собой узкую металлическую стойку, в которой находился один человек. Он был оборудован коромыслом для удержания головы животного, задними воротами-толкателями, чтобы толкать быка вперед в коромысло, и ограничителем живота, который поднимался под живот, как лифт.Чтобы задействовать ограничитель, оператор должен был нажать шесть рычагов гидравлического управления в правильной последовательности для перемещения входных и разгрузочных заслонок, а также устройств позиционирования головы и тела. Базовая конструкция этого желоба существует около тридцати лет, но я добавил устройства для регулирования давления и изменил некоторые критические размеры, чтобы сделать его более удобным для животного и предотвратить чрезмерное давление.

          Перед тем, как эксплуатировать желоб на заводе, я запустил его в механическом цехе перед отгрузкой.Несмотря на отсутствие крупного рогатого скота, я смог запрограммировать свою зрительную и тактильную память с помощью образов работы с желобом. После пяти минут работы по пустому желобу у меня были точные мысленные изображения того, как движутся ворота и другие части устройства. У меня также были тактильные воспоминания о том, как чувствовались рычаги на этом конкретном желобе при нажатии. Гидравлические клапаны подобны музыкальным инструментам; Клапаны разных производителей по-разному ощущаются, как и духовые инструменты разных типов. Управление средствами управления в механическом цехе позволило мне попрактиковаться позже с помощью мысленных образов.Я должен был визуализировать фактические органы управления на желобе и в своем воображении наблюдать, как мои руки нажимают на рычаги. Я чувствовал в уме, сколько силы нужно, чтобы ворота двигались с разной скоростью. Я много раз репетировал в уме эту процедуру с разными видами скота, входящими в желоб.

          В первый день работы на заводе я смог дойти до желоба и почти идеально по нему проехал. Лучше всего это работало, когда я бессознательно управлял гидравлическими рычагами, как при ходьбе ногами.Если подумал о рычагах, то все перепутал и толкнул не в ту сторону. Пришлось заставить себя расслабиться и позволить ограничителю стать частью моего тела, при этом совершенно забыв о рычагах. Когда каждое животное входило, я концентрировался на медленном и осторожном перемещении устройства, чтобы не напугать его. Я наблюдал за его реакцией, так что я приложил столько давления, чтобы крепко его обнять. Чрезмерное давление вызовет дискомфорт. Если его уши были прижаты к голове или он сопротивлялся, я знал, что сжимал его слишком сильно.Животные очень чувствительны к гидравлическому оборудованию. Они чувствуют малейшее движение рычагов управления.

          Через машину я протянул руку и взял животное. Когда я держал его голову коромыслом, я представлял, как кладу руки ему на лоб и под подбородок и осторожно усаживаю его в нужное положение. Казалось, что границы тела исчезли, и я не осознавал, что нажимаю на рычаги. Задний толкатель ворот и коромысло стали продолжением моих рук.

          У людей с аутизмом иногда возникают проблемы с границами тела.Они не могут судить по ощущениям, где заканчивается их тело и начинается стул, на котором они сидят, или объект, который они держат в руках, что очень похоже на то, что происходит, когда человек теряет конечность, но все еще испытывает ощущение присутствия конечности. В этом случае части аппарата, удерживавшие животное, ощущались, как будто они были продолжением моего собственного тела, подобно эффекту фантомной конечности. Если бы я просто сосредоточился на том, чтобы осторожно удерживать животное и сохранять его спокойствие, я мог бы очень умело управлять удерживающим желобом.

          В течение этого периода интенсивной концентрации я больше не слышал шума от машинного оборудования. Я не чувствовал изнуряющей летней жары Алабамы, и все казалось тихим и безмятежным. Это был почти религиозный опыт. Моя работа заключалась в том, чтобы осторожно держать животное, а работа раввина заключалась в том, чтобы совершить последнее действие. Я мог смотреть на каждое животное, нежно обнимать его и делать его максимально комфортным в последние моменты его жизни. Я участвовал в древнем ритуале бойни, как и предполагалось.Была открыта новая дверь. Было такое ощущение, что я иду по воде.

          2006 Обновление главы 1
          С тех пор, как я написал «Мыслить картинками», исследования с помощью визуализации мозга позволили лучше понять, как мозг человека с аутизмом / спектром Аспергера обрабатывает информацию. Нэнси Миншью из Университета Карнеги-Меллона в Питтсбурге обнаружила, что нормальный мозг склонен игнорировать детали, в то время как люди с аутизмом склонны сосредотачиваться на деталях, а не на более крупных концепциях. Чтобы увидеть это явление, она попросила нормальных людей, людей с синдромом Аспергера и аутичных людей читать предложения, пока они находились в сканере.Мозг аутистов был наиболее активен в той части мозга, которая обрабатывает отдельные слова, в то время как нормальный мозг был наиболее активен в той части, которая анализирует все предложение. Мозг Аспергера был активен в обеих областях. Эрик Курчесн из Калифорнийского университета в Сан-Диего утверждает, что аутизм может быть нарушением разрыва цепей мозга. Это повлияет на способность интегрировать подробную информацию из нижних частей мозга, где хранятся сенсорные воспоминания, с обработкой информации более высокого уровня в лобной коре.Системы обработки нижнего уровня могут быть сохранены или, возможно, улучшены. Он обнаружил у аутичного человека, что единственными нормальными частями мозга являются зрительная кора и области в задней части мозга, хранящие воспоминания. Это открытие помогает объяснить мое визуальное мышление. Сканирование мозга аутистов показало, что белое вещество в лобной коре чрезмерно заросло и имеет аномалии. Доктор Курчесн объясняет, что белое вещество – это «компьютерные кабели» мозга, соединяющие различные части мозга, в то время как серое вещество формирует цепи обработки информации.Вместо того, чтобы нормально расти и соединять различные части мозга вместе, аутичная лобная кора имеет чрезмерный разрастание, похожее на заросли запутанных компьютерных кабелей. В нормальном мозге чтение и произнесение слова обрабатываются в разных частях мозга. Соединение цепей между этими двумя областями позволяет одновременно обрабатывать информацию от обоих из них. И Курчесн, и Миншью согласны с тем, что основная проблема как в мозге аутистов, так и в мозге Аспергера – это неспособность «компьютерных кабелей» полностью соединить вместе множество различных локализованных систем мозга.Локальные системы могут иметь нормальные или улучшенные внутренние соединения, но соединения на большом расстоянии между различными локальными системами могут быть плохими.

          Теперь я собираюсь использовать то, что я называю визуальными образами символов, чтобы помочь вам понять, как различные части нормального мозга взаимодействуют друг с другом. Думайте о нормальном мозге как о большом корпоративном офисном здании. Все различные отделы, такие как юридический, бухгалтерский, рекламный, торговый и офис генерального директора, связаны между собой множеством систем связи, таких как электронная почта, телефоны, факсы и электронные сообщения.Мозг аутиста / Аспергера похож на офисное здание, в котором не подключены некоторые межведомственные системы связи. Миншью называет это недостаточной связью в мозгу. В мозгу Аспергера будет подключено больше систем, чем в мозге человека с низким уровнем функционирования. Большая вариативность симптомов аутизма / Аспергера, вероятно, зависит от того, какие «кабели» подключаются, а какие «кабели» не подключаются. Плохая коммуникация между отделами мозга, вероятно, является причиной неравных навыков.Люди с аутизмом часто хороши в одном, а плохо в другом. Если использовать аналогию с компьютерным кабелем, ограниченное количество хороших кабелей может соединять одну область и оставлять другие области с плохими соединениями.

          Развивайте таланты специализированного мозга
          Когда я писал «Мыслить картинками», я думал, что большинство людей с аутизмом – такие же визуальные мыслители, как я. Поговорив с сотнями семей и людей с аутизмом или синдромом Аспергера, я заметил, что на самом деле существуют разные типы специализированного мозга.Все люди в спектре аутизма мыслят в деталях, но есть три основные категории специализированного мозга. Некоторые люди могут быть комбинациями этих категорий.
          1. Визуальные мыслители, как я, мыслят определенными фотографическими образами. Есть степени специфичности визуального мышления. Я могу протестировать машину в своей голове с полным движением. Интервью с неаутичными визуальными мыслителями показали, что они могут визуализировать только неподвижные изображения. Эти изображения могут варьироваться от изображений конкретных мест до более расплывчатых концептуальных изображений.Изучение алгебры было невозможным, а иностранный язык – трудным. Специалистам по визуальному мышлению следует отказаться от алгебры и изучать более наглядные формы математики, такие как тригонометрия или геометрия. Дети, обладающие визуальным мышлением, часто хорошо умеют рисовать, рисовать и строить вещи с помощью строительных игрушек, таких как Lego. Многим детям с визуальным мышлением нравятся карты, флаги и фотографии. Визуальные мыслители хорошо подходят для работы в области рисования, графического дизайна, дрессировки животных, автомехаников, изготовления ювелирных изделий, строительства и автоматизации производства.
          2. Музыкальные и математические мыслители мыслят шаблонами. Эти люди часто преуспевают в математике, шахматах и ​​компьютерном программировании. Некоторые из этих людей объяснили мне, что они видят закономерности и отношения между узорами и числами вместо фотографических изображений. В детстве они могут играть на слух и интересоваться музыкой. Музыкальные и математические умы часто карьера в области компьютерного программирования, химии, статистики, инженерии, музыки и физики. Письменный язык не требуется для шаблонного мышления.Дообразованные инки использовали сложные связки узловатых шнуров, чтобы отслеживать налоги, труд и торговлю среди тысячи человек.
          3. Мыслители словесной логики мыслят в деталях. Они часто любят историю, иностранные языки, статистику погоды и отчеты о фондовых рынках. В детстве они часто хорошо знали результаты спортивных соревнований. Они не мыслят визуально и часто плохо рисуют. Дети с задержкой речи с большей вероятностью станут мыслителями визуального или музыкального или математического характера. У многих из этих людей не было задержки речи, и они стали специалистами по словам.Эти люди сделали успешную карьеру в области языкового перевода, журналистики, бухгалтерского учета, логопеда, специального образования, библиотечной работы или финансового анализа.

          Поскольку мозг в аутическом спектре специализирован, необходимо уделять больше внимания воспитанию на наращивании их сильных сторон, а не только на работе над их недостатками. Обучать меня алгебре было бесполезно, потому что мне нечего было визуализировать. Если у меня нет изображения, я не думаю. К сожалению, у меня не было возможности попробовать тригонометрию или геометрию.Учителям и родителям необходимо развивать таланты ребенка в навыки, которые в конечном итоге могут превратиться в полезную работу или хобби.

          Формирование концепции
          Все люди в спектре аутизма / Аспергера испытывают трудности с формированием концепций. Проблемы с концептуальным мышлением возникают во всех специализированных типах мозга. Концептуальное мышление происходит во фронтальной коре. Фронтальная кора аналогична офису генерального директора в корпорации. Исследователи называют дефицит лобной коры проблемами с исполнительной функцией.В нормальном мозге «компьютерные кабели» от всех частей мозга сходятся во фронтальной коре. Фронтальная кора головного мозга объединяет информацию из мыслящих, эмоциональных и сенсорных частей мозга. Степень сложности в формировании концепций, вероятно, связана с количеством и типом «11 компьютерных кабелей», которые не подключены. Поскольку в офисе моего генерального директора плохие «компьютерные» связи, мне пришлось использовать «графических дизайнеров» в своей «рекламе». отдел », чтобы формировать концепции, объединяя визуальные детали в категории.Научные исследования подтверждают мою идею. Подробные визуальные и музыкальные воспоминания находятся в нижней первичной зрительной и слуховой коре, а более концептуальное мышление – в ассоциативных областях, где объединяются входные данные из разных частей мозга.

          Категории – это начало формирования концепции. Нэнси Миншью обнаружила, что люди с аутизмом могут легко сортировать объекты по таким категориям, как красный или синий, но им трудно придумать новые категории для групп общих объектов. Если я положу на стол множество обычных вещей, таких как степлеры, карандаши, книги, конверт, часы, шляпы, мячи для гольфа и теннисную ракетку, и попросю человека с аутизмом выбрать предметы, содержащие бумагу, они смогут сделай это.Однако у них часто возникают трудности, когда их просят составить чаевые в новых категориях. Учителя должны работать над обучением гибкости мышления, играя в игру, в которой аутичного человека просят составить новые категории для таких предметов, как предметы, содержащие металл, или предметы, используемые в спорте. Затем учитель должен заставить человека объяснить причину помещения объекта в определенную категорию.

          Когда я был ребенком, я изначально разделял собак и кошек по размеру. Это перестало работать, когда у наших соседей появилась маленькая такса.Мне пришлось научиться классифицировать маленьких собак и кошек, обнаружив визуальную особенность, которая есть у всех собак и ни у одной из кошек. У всех собак, какими бы маленькими они ни были, нос одинаковый. Это сенсорное мышление, а не языковое. Животные также могут быть разделены на категории по звуку, лаю и мяуканию. Менее функциональный человек может классифицировать их по запаху или осязанию, потому что эти чувства предоставляют более точную информацию. Разделение информации на отдельные категории – фундаментальное свойство нервной системы.Исследования на пчелах, крысах и обезьянах показывают, что информация разделена на категории с четкими границами. Французские ученые записывали сигналы от лобной коры головного мозга обезьяны, когда она просматривала сгенерированные компьютером изображения собак, которые постепенно превращались в кошек. Когда категория переключилась на кошку, произошли отчетливые изменения в мозговом сигнале. Во фронтальной коре изображение животного было либо собакой, либо кошкой. Когда разделение кошек и собак по размеру больше не работало для меня, мне пришлось сформировать новую категорию типа носа.Исследование Ицахака Фрида из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе показало, что отдельные нейроны учатся реагировать на определенные категории. Записи, сделанные у пациентов, перенесших операцию на головном мозге, показали, что один нейрон может реагировать только на изображения еды, а другой нейрон может реагировать только на изображения животных. Этот нейрон не будет реагировать на изображения людей или предметов. У другого пациента нейрон в гиппокампе реагировал на изображения киноактрисы как в костюме, так и без него, но не реагировал на изображения других женщин.Гиппокамп подобен поисковому устройству мозга для поиска информации в хранимой памяти.

          Становление более нормальным
          Больше знаний заставляет меня вести себя более нормально. Многие люди говорили мне, что сейчас я веду себя гораздо менее аутичным, чем десять лет назад. Человек, присутствовавший на одном из моих выступлений в 2005 году, написал о моей оценке: «Я видел Темпл в 1996 году, было забавно видеть, какое равновесие и манеру подачи она приобрела за эти годы». Мой разум работает Точно так же, как поисковая машина в Интернете, настроенная на доступ только к изображениям.Чем больше картинок я храню в Интернете в моем мозгу, тем больше у меня шаблонов того, как действовать в новой ситуации. Все больше и больше информации можно размещать во все большем количестве категорий. Категории могут быть размещены в деревьях основных категорий с множеством подкатегорий. Например, есть шутки, которые заставляют людей смеяться, и шутки, которые не работают.

          Существует подкатегория шуток, которые можно рассказывать только близким друзьям. Когда я был подростком, меня называли «магнитофоном», потому что я использовал строчки из сценария.По мере того, как я набирался опыта, мой разговор становился менее запрограммированным, потому что я мог комбинировать новую информацию по-новому. Чтобы лучше понять мозг аутистов, я рекомендую учителям и родителям поиграть с поисковой системой в Интернете, такой как Google, в поисках изображений. Это даст людям, склонным к вербальному мышлению, понимание того, как работает визуальное ассоциативное мышление. У людей с музыкальным и математическим складом ума есть поисковая машина, которая находит ассоциации между образцами и числами.

          Человек Аспергера, который мыслит вербальной логикой, использует вербальные категории.Например, у доктора Миншью был пациент с синдромом Аспергера, у которого наблюдались тяжелые побочные эффекты от приема лекарств. Объяснять науке, почему он должен попробовать другое лекарство, было бесполезно. Однако он захотел попробовать новое лекарство после того, как ему просто сказали, что от розовых таблеток вас тошнит, и я хочу, чтобы вы попробовали синие таблетки. Он согласился попробовать синие таблетки.

          Чем больше я узнаю, тем больше понимаю, что мои мысли и чувства отличаются. Мое мышление отличается от мышления нормального человека, но оно также сильно отличается от вербальной логики невизуального человека с синдромом Аспергера.Они создают категории слов вместо категорий изображений. Общий знаменатель всего аутичного мышления и мышления Аспергера состоит в том, что детали объединены в категории, чтобы сформировать концепцию. Детали собираются в концепции, как сборка пазла. Картинку на пазле можно увидеть, когда сложено только 20 процентов пазла, образуя большую картину.


          Существует два издания Thinking in Pictures :
          Оригинальное издание Vintage Press 1996 года:
          ISBN 0-679-77289-8
          Расширенное издание Vintage Press 2006 года с обновлениями в конце каждой главы:
          ISBN 10: 0-307-27565-5
          ISBN 13: 978-0-307-275565-3

          Щелкните здесь, чтобы увидеть мои рисованные рисунки и статью об обучении рисованию.

          Щелкните здесь, чтобы купить «Мыслить картинками» на Amazon.com.

          Щелкните здесь, чтобы вернуться на главную страницу для получения дополнительной информации о поведении, благополучии и уходе за животными.

        Добавить комментарий

        Ваш адрес email не будет опубликован.