Разное

Напечатать холодное сердце: Раскраски из мультфильма Холодное сердце (Frozen)

Раскраски Холодное сердце для детей 9 лет распечатать бесплатно в формате А4

Раскраски Холодное сердце для детей 9 лет можно скачать и распечатать бесплатно в формате А4. Для удобства скачайте сразу несколько раскрасок и рисуйте вместе с ребенком, помогая в выборе красок и техник раскрашивания и показывая пример. Раскраски Холодное сердце для детей 9 лет – это интересное занятие, которое способствует развитию у ребенка этого возраста аккуратности и моторики. В возрасте 9 лет полезно изучать понятие подбора цветов и границ рисунка.

Данные раскраски Холодное сердце пользователи отметили, как подходящие для детей в возрасте 9 лет. Для каждой картинки можно указать согласны вы с этим или нет?

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

  • Раскраска для 9 лет?

    Да Нет

Выберете из всех раскрасок Холодное сердце те, которые подходят для детей 9 лет.

Скачать и распечатать все раскраски для детей 9 лет в формате А4 бесплатно в хорошем качестве и с четкими контурами, которые позволят использовать фломастеры, карандаши и краски. В этом разделе качественные развивающие картинки-раскраски для детей 9 лет. Выберите картинки, которые подходят для девочек, а какие для мальчиков. После того, как скачаете раскраску оцените какому возрасту она больше всего подходит.

Раскраски Холодное сердце по возрасту

2 лет 3 лет 4 лет 5 лет 6 лет 7 лет 8 лет 9 лет 10 лет 11 лет 12 лет 13 лет 14 лет 2-3 лет 3-4 лет 4-5 лет 5-6 лет 6-7 лет 7-8 лет 8-9 лет 9-10 лет 10-11 лет 11-12 лет 12-13 лет 13-14 лет

→ Раскраски Аниме → Раскраски Деревья → Раскраски для девочек → Раскраски для мальчиков → Раскраски для маленьких → Раскраски для взрослых → Раскраски из мультфильмов → Раскраски к праздникам → Раскраски насекомые → Обучающие (развивающие) раскраски → Раскраски овощи и фрукты → Раскраски природа (nature) → Раскраски Птицы → Раскраски Рыбы → Раскраски Сказки → Раскраски Цветы → Раскраски животные (animals) → Разные раскраски

Раскраски для 9 лет

  • Раскраски Граната 9 лет
  • Раскраски Кабриолет 9 лет
  • Раскраски Ленд Крузер 9 лет
  • Раскраски Лего Сити 9 лет
  • Раскраски Кунг 9 лет
  • Раскраски Бутылка 9 лет
  • Раскраски Рафаэль 9 лет
  • Раскраски Весна 9 лет
  • Раскраски Ковбой 9 лет
  • Раскраски Минотавр 9 лет
  • Раскраски Слесарь 9 лет
  • Раскраска Индюк 9 лет
  • Раскраски Огонь 9 лет
  • Раскраски Леон Браво Старс 9 лет
  • Раскраски Звезда 9 лет
  • Раскраски собака Боксер 9 лет
  • Раскраска Гуси 9 лет
  • Раскраски Воздушный змей 9 лет
  • Раскраски танк Тигр 9 лет
  • Раскраска Рак 9 лет

Популярные

  • Раскраски Фиксики
  • Раскраски Гарри Поттер
  • Раскраски из мультфильма Винни Пух
  • Раскраски Соник ИКС (Sonic X)
  • Раскраски Дед мороз
  • Раскраски Куклы ЛОЛ
  • Раскраски Солдаты
  • Раскраски Маша и Медведь
  • Раскраски Бабочек
  • Раскраски Hello Kitty (Хелло Китти)
  • Раскраски Монстер Хай
  • Раскраски Новый год
  • Раскраски Барби
  • Раскраска Марио
  • Раскраски Трактор
  • Раскраски Звездные войны
  • Раскраска Вспыш и чудо машинки
  • Раскраски Леди Баг и Супер кот
  • Раскраска Люди Икс
  • Раскраска Лило и Стич

Анна Снегина — Есенин.

Полный текст стихотворения — Анна Снегина

1

«Село, значит, наше — Радово,
Дворов, почитай, два ста.
Тому, кто его оглядывал,
Приятственны наши места.
Богаты мы лесом и водью,
Есть пастбища, есть поля.
И по всему угодью
Рассажены тополя.

Мы в важные очень не лезем,
Но все же нам счастье дано.
Дворы у нас крыты железом,
У каждого сад и гумно.
У каждого крашены ставни,
По праздникам мясо и квас.
Недаром когда-то исправник
Любил погостить у нас.

Оброки платили мы к сроку,
Но — грозный судья — старшина
Всегда прибавлял к оброку
По мере муки и пшена.
И чтоб избежать напасти,
Излишек нам был без тяго́т.
Раз — власти, на то они власти,
А мы лишь простой народ.

Но люди — все грешные души.
У многих глаза — что клыки.
С соседней деревни Криуши
Косились на нас мужики.
Житье у них было плохое,
Почти вся деревня вскачь
Пахала одной сохою
На паре заезженных кляч.

Каких уж тут ждать обилий, —
Была бы душа жива.
Украдкой они рубили
Из нашего леса дрова.
Однажды мы их застали…
Они в топоры, мы тож.
От звона и скрежета стали
По телу катилась дрожь.

В скандале убийством пахнет.
И в нашу и в их вину
Вдруг кто-то из них как ахнет! —
И сразу убил старшину.

На нашей быдластой сходке
Мы делу условили ширь.
Судили. Забили в колодки
И десять услали в Сибирь.
С тех пор и у нас неуряды.
Скатилась со счастья вожжа.
Почти что три года кряду
У нас то падеж, то пожар».

*

Такие печальные вести
Возница мне пел весь путь.
Я в радовские предместья
Ехал тогда отдохнуть.

Война мне всю душу изъела.
За чей-то чужой интерес
Стрелял я в мне близкое тело
И грудью на брата лез.
Я понял, что я — игрушка,
В тылу же купцы да знать,
И, твердо простившись с пушками,
Решил лишь в стихах воевать.
Я бросил мою винтовку,
Купил себе «липу», и вот
С такою-то подготовкой
Я встретил 17-й год.

Свобода взметнулась неистово.
И в розово-смрадном огне
Тогда над страною калифствовал
Керенский на белом коне.
Война «до конца», «до победы»,
И ту же сермяжную рать
Прохвосты и дармоеды
Сгоняли на фронт умирать.
Но все же не взял я шпагу…
Под грохот и рев мортир
Другую явил я отвагу —
Был первый в стране дезертир.

*

Дорога довольно хорошая,
Приятная хладная звень.
Луна золотою порошею
Осыпала даль деревень.
«Ну, вот оно, наше Радово, —
Промолвил возница, —
Здесь!
Недаром я лошади вкладывал
За норов ее и спесь.
Позволь, гражданин, на чаишко.
Вам к мельнику надо?
Так вон!..

Я требую с вас без излишка
За дальний такой прогон».

Даю сороковку.
«Мало!»
Даю еще двадцать.
«Нет!»
Такой отвратительный малый.
А малому тридцать лет.
«Да что ж ты?
Имеешь ли душу?
За что ты с меня гребешь?»
И мне отвечает туша:
«Сегодня плохая рожь.
Давайте еще незвонких
Десяток иль штучек шесть —
Я выпью в шинке самогонки
За ваше здоровье и честь…»

*

И вот я на мельнице…
Ельник
Осыпан свечьми светляков.
От радости старый мельник
Не может сказать двух слов:
«Голубчик! Да ты ли?
Сергуха!
Озяб, чай? Поди продрог?
Да ставь ты скорее, старуха,
На стол самовар и пирог!»

В апреле прозябнуть трудно,
Особенно так в конце.
Был вечер задумчиво чудный,
Как дружья улыбка в лице.
Объятья мельника круты,
От них заревет и медведь,
Но все же в плохие минуты
Приятно друзей иметь.

«Откуда? Надолго ли?»
«На год».
«Ну, значит, дружище, гуляй!
Сим летом грибов и ягод
У нас хоть в Москву отбавляй.
И дичи здесь, братец, до черта,
Сама так под порох и прет.
Подумай ведь только…
Четвертый
Тебя не видали мы год…»

Беседа окончена…
Чинно
Мы выпили весь самовар.
По-старому с шубой овчинной
Иду я на свой сеновал.

Иду я разросшимся садом,
Лицо задевает сирень.
Так мил моим вспыхнувшим взглядам
Состарившийся плетень.
Когда-то у той вон калитки
Мне было шестнадцать лет,
И девушка в белой накидке
Сказала мне ласково: «Нет!»
Далекие, милые были.
Тот образ во мне не угас…
Мы все в эти годы любили,
Но мало любили нас.

2

«Ну что же, вставай, Сергуша!
Еще и заря не текла,
Старуха за милую душу
Оладьев тебе напекла.
Я сам-то сейчас уеду
К помещице Снегиной.
Ей
Вчера настрелял я к обеду
Прекраснейших дупелей».

Привет тебе, жизни денница!
Встаю, одеваюсь, иду.
Дымком отдает росяница
На яблонях белых в саду.

Я думаю:
Как прекрасна
Земля
И на ней человек.
И сколько с войной несчастных
Уродов теперь и калек.
И сколько зарыто в ямах.
И сколько зароют еще.
И чувствую в скулах упрямых
Жестокую судоргу щек.

Нет, нет!
Не пойду навеки!
За то, что какая-то мразь
Бросает солдату-калеке
Пятак или гривенник в грязь.

«Ну, доброе утро, старуха!
Ты что-то немного сдала…»
И слышу сквозь кашель глухо:
«Дела одолели! Дела…
У нас здесь теперь неспокойно.
Испариной все зацвело.
Сплошные мужицкие войны.
Дерутся селом на село.
Сама я своими ушами
Слыхала от прихожан:
То радовцев бьют криушане,
То радовцы бьют криушан.

А все это, значит, безвластье.
Прогнали царя…
Так вот…
Посыпались все напасти
На наш неразумный народ.
Открыли зачем-то остроги,
Злодеев пустили лихих.
Теперь на большой дороге
Покою не знай от них.
Вот тоже, допустим… с Криуши…
Их нужно б в тюрьму за тюрьмой,
Они ж, воровские души,
Вернулись опять домой.
У них там есть Прон Оглоблин,
Булдыжник, драчун, грубиян.
Он вечно на всех озлоблен,
С утра по неделям пьян.
И нагло в третьёвом годе,
Когда объявили войну,
При всем при честно́м народе
Убил топором старшину.
Таких теперь тысячи стало
Творить на свободе гнусь.
Пропала Расея, пропала…
Погибла кормилица Русь!»

Я вспомнил рассказ возницы
И, взяв свою шляпу и трость,
Пошел мужикам поклониться,
Как старый знакомый и гость.
Иду голубою дорожкой
И вижу — навстречу мне
Несется мой мельник на дрожках
По рыхлой еще целине.
«Сергуха! За милую душу!
Постой, я тебе расскажу!
Сейчас! Дай поправить возжу,
Потом и тебя оглоушу.
Чего ж ты мне утром ни слова?
Я Снегиным так и бряк:
Приехал ко мне, мол, веселый
Один молодой чудак.
(Они ко мне очень желанны,
Я знаю их десять лет.)
А дочь их замужняя Анна
Спросила:
— Не тот ли, поэт?
— Ну да, — говорю, — он самый.
— Блондин?
— Ну, конечно, блондин.
— С кудрявыми волосами?
— Забавный такой господин.
— Когда он приехал?
— Недавно.
— Ах, мамочка, это он!
Ты знаешь,
Он был забавно
Когда-то в меня влюблен.

Был скромный такой мальчишка,
А нынче…
Поди ж ты…
Вот…
Писатель…
Известная шишка…
Без просьбы уж к нам не придет».

И мельник, как будто с победы,
Лукаво прищурил глаз:
«Ну, ладно! Прощай до обеда!
Другое сдержу про запас».

Я шел по дороге в Криушу
И тростью сшибал зеленя.
Ничто не пробилось мне в душу,
Ничто не смутило меня.
Струилися запахи сладко,
И в мыслях был пьяный туман…
Теперь бы с красивой солдаткой
Завесть хорошо роман.

*

Но вот и Криуша!
Три года
Не зрел я знакомых крыш.
Сиреневая погода
Сиренью обрызгала тишь.
Не слышно собачьего лая,
Здесь нечего, видно, стеречь —
У каждого хата гнилая,
А в хате ухваты да печь.
Гляжу, на крыльце у Прона
Горластый мужицкий галдеж.
Толкуют о новых законах,
О ценах на скот и рожь.
«Здорово, друзья!»
«Э, охотник!
Здорово, здорово!
Садись.
Послушай-ка ты, беззаботник,
Про нашу крестьянскую жись.
Что нового в Питере слышно?
С министрами, чай, ведь знаком?
Недаром, едрит твою в дышло,
Воспитан ты был кулаком.
Но все ж мы тебя не порочим.
Ты — свойский, мужицкий, наш,
Бахвалишься славой не очень
И сердце свое не продашь.
Бывал ты к нам зорким и рьяным,
Себя вынимал на испод…
Скажи:
Отойдут ли крестьянам
Без выкупа пашни господ?
Кричат нам,
Что землю не троньте,
Еще не настал, мол, миг.
За что же тогда на фронте
Мы губим себя и других?»

И каждый с улыбкой угрюмой
Смотрел мне в лицо и в глаза,
А я, отягченный думой,
Не мог ничего сказать.
Дрожали, качались ступени,
Но помню
Под звон головы:
«Скажи,
Кто такое Ленин?»
Я тихо ответил:
«Он — вы».

3

На корточках ползали слухи,
Судили, решали, шепча.
И я от моей старухи
Достаточно их получал.

Однажды, вернувшись с тяги,
Я лег подремать на диван.
Разносчик болотной влаги,
Меня прознобил туман.
Трясло меня, как в лихорадке,
Бросало то в холод, то в жар.
И в этом проклятом припадке
Четыре я дня пролежал.
Мой мельник с ума, знать, спятил.
Поехал,
Кого-то привез…

Я видел лишь белое платье
Да чей-то привздернутый нос.
Потом, когда стало легче,
Когда прекратилась трясь,
На пятые сутки под вечер
Простуда моя улеглась.
Я встал.
И лишь только пола
Коснулся дрожащей ногой,
Услышал я голос веселый:
«А!
Здравствуйте, мой дорогой!
Давненько я вас не видала…
Теперь из ребяческих лет
Я важная дама стала,
А вы — знаменитый поэт.

Ну, сядем.
Прошла лихорадка?
Какой вы теперь не такой!
Я даже вздохнула украдкой,
Коснувшись до вас рукой.
Да!
Не вернуть, что было.
Все годы бегут в водоем.
Когда-то я очень любила
Сидеть у калитки вдвоем.
Мы вместе мечтали о славе…
И вы угодили в прицел,
Меня же про это заставил
Забыть молодой офицер…»

*

Я слушал ее и невольно
Оглядывал стройный лик.
Хотелось сказать:
«Довольно!
Найдемте другой язык!»

Но почему-то, не знаю,
Смущенно сказал невпопад:
«Да… Да…
Я сейчас вспоминаю…
Садитесь…
Я очень рад…
Я вам прочитаю немного
Стихи
Про кабацкую Русь…
Отделано четко и строго.
По чувству — цыганская грусть».
«Сергей!
Вы такой нехороший.
Мне жалко,
Обидно мне,
Что пьяные ваши дебоши
Известны по всей стране.

Скажите:
Что с вами случилось?»
«Не знаю».
«Кому же знать?»
«Наверно, в осеннюю сырость
Меня родила моя мать».
«Шутник вы…»
«Вы тоже, Анна».
«Кого-нибудь любите?»
«Нет».
«Тогда еще более странно
Губить себя с этих лет:
Пред вами такая дорога…»

Сгущалась, туманилась даль.
Не знаю, зачем я трогал
Перчатки ее и шаль.

Луна хохотала, как клоун.
И в сердце хоть прежнего нет,
По-странному был я полон
Наплывом шестнадцати лет.
Расстались мы с ней на рассвете
С загадкой движений и глаз…

Есть что-то прекрасное в лете,
А с летом прекрасное в нас.

*

Мой мельник…
Ох, этот мельник!
С ума меня сводит он.
Устроил волынку, бездельник,
И бегает, как почтальон.
Сегодня опять с запиской,
Как будто бы кто-то влюблен:
«Придите.
Вы самый близкий.
С любовью
Оглоблин Прон».

Иду.
Прихожу в Криушу.
Оглоблин стоит у ворот
И спьяну в печенки и в душу
Костит обнищалый народ.
«Эй, вы!
Тараканье отродье!
Все к Снегиной…
Р-раз — и квас.
Даешь, мол, твои угодья
Без всякого выкупа с нас!»
И тут же, меня завидя,
Снижая сварливую прыть,
Сказал в неподдельной обиде:
«Крестьян еще нужно варить.»

«Зачем ты позвал меня, Проша?»
«Конечно, ни жать, ни косить.
Сейчас я достану лошадь
И к Снегиной… вместе…
Просить…»
И вот запрягли нам клячу.
В оглоблях мосластая шкеть —
Таких отдают с придачей,
Чтоб только самим не иметь.
Мы ехали мелким шагом,
И путь нас смешил и злил:
В подъемах по всем оврагам
Телегу мы сами везли.

Приехали.
Дом с мезонином
Немного присел на фасад.
Волнующе пахнет жасмином
Плетнёвый его палисад.
Слезаем.
Подходим к террасе
И, пыль отряхая с плеч,
О чьем-то последнем часе
Из горницы слышим речь:
«Рыдай не рыдай — не помога…
Теперь он холодный труп…
… Там кто-то стучит у порога.
Припудрись…
Пойду отопру…»

Дебелая грустная дама
Откинула добрый засов.
И Прон мой ей брякнул прямо
Про землю,
Без всяких слов.
«Отдай!.. —
Повторял он глухо. —
Не ноги ж тебе целовать!»

Как будто без мысли и слуха
Она принимала слова.
Потом в разговорную очередь
Спросила меня
Сквозь жуть:
«А вы, вероятно, к дочери?
Присядьте…
Сейчас доложу…»

Теперь я отчетливо помню
Тех дней роковое кольцо.
Но было совсем не легко мне
Увидеть ее лицо.
Я понял —
Случилось горе,
И молча хотел помочь.
«Убили… Убили Борю…
Оставьте.
Уйдите прочь.
Вы — жалкий и низкий трусишка!
Он умер…
А вы вот здесь…»

Нет, это уж было слишком.
Не всякий рожден перенесть.
Как язвы, стыдясь оплеухи,
Я Прону ответил так:
«Сегодня они не в духе…
Поедем-ка, Прон, в кабак…»

4

Все лето провел я в охоте.
Забыл ее имя и лик.
Обиду мою
На болоте
Оплакал рыдальщик-кулик.

Бедна наша родина кроткая
В древесную цветень и сочь,
И лето такое короткое,
Как майская теплая ночь.
Заря холодней и багровей.
Туман припадает ниц.
Уже в облетевшей дуброве
Разносится звон синиц.

Мой мельник вовсю улыбается,
Какая-то веселость в нем.
«Теперь мы, Сергуха, по зайцам
За милую душу пальнем!»

Я рад и охоте,
Коль нечем
Развеять тоску и сон.
Сегодня ко мне под вечер,
Как месяц, вкатился Прон.
«Дружище!
С великим счастьем,
Настал ожидаемый час!
Приветствую с новой властью,
Теперь мы всех р-раз — и квас!
Без всякого выкупа с лета
Мы пашни берем и леса.
В России теперь Советы
И Ленин — старшой комиссар.
Дружище!
Вот это номер!
Вот это почин так почин.
Я с радости чуть не помер,
А брат мой в штаны намочил.
Едри ж твою в бабушку плюнуть.
Гляди, голубарь, веселей.
Я первый сейчас же коммуну
Устрою в своем селе!»

У Прона был брат Лабутя,
Мужик — что твой пятый туз:
При всякой опасной минуте
Хвальбишка и дьявольский трус.
Таких вы, конечно, видали.
Их рок болтовней наградил.

Носил он две белых медали
С японской войны на груди.
И голосом хриплым и пьяным
Тянул, заходя в кабак:
«Прославленному под Ляояном
Ссудите на четвертак…»
Потом, насосавшись до дури,
Взволнованно и горячо
О сдавшемся Порт-Артуре
Соседу слезил на плечо.
«Голубчик! —
Кричал он. —
Петя!
Мне больно… Не думай, что пьян.
Отвагу мою на свете
Лишь знает один Ляоян».

Такие всегда на примете.
Живут, не мозоля рук.
И вот он, конечно, в Совете,
Медали запрятал в сундук.
Но с тою же важной осанкой,
Как некий седой ветеран,
Хрипел под сивушной банкой
Про Нерчинск и Турухан:
«Да, братец!
Мы горе видали,
Но нас не запугивал страх…»

Медали, медали, медали
Звенели в его словах.
Он Прону вытягивал нервы,
И Прон материл не судом.
Но все ж тот поехал первый
Описывать снегинский дом.

В захвате всегда есть скорость:
— Даешь! Разберем потом!
Весь хутор забрали в волость
С хозяйками и со скотом.

А мельник…

Мой старый мельник
Хозяек привез к себе,
Заставил меня, бездельник,
В чужой ковыряться судьбе.
И снова нахлынуло что-то,
Когда я всю ночь напролет
Смотрел на скривленный заботой
Красивый и чувственный рот.

Я помню —
Она говорила:
«Простите… Была не права…
Я мужа безумно любила.
Как вспомню… болит голова…
Но вас
Оскорбила случайно…
Жестокость была мой суд…

Была в том печальная тайна,
Что страстью преступной зовут.
Конечно,
До этой осени
Я знала б счастливую быль…
Потом бы меня вы бросили,
Как выпитую бутыль…
Поэтому было не надо…
Ни встреч… ни вобще продолжать…
Тем более с старыми взглядами
Могла я обидеть мать».

Но я перевел на другое,
Уставясь в ее глаза.
И тело ее тугое
Немного качнулось назад.
«Скажите,
Вам больно, Анна,
За ваш хуторской разор?»
Но как-то печально и странно
Она опустила свой взор.

«Смотрите…
Уже светает.
Заря как пожар на снегу…
Мне что-то напоминает…
Но что?..
Я понять не могу…
Ах!.. Да…
Это было в детстве…

Другой… Не осенний рассвет…
Мы с вами сидели вместе…
Нам по шестнадцать лет…»

Потом, оглядев меня нежно
И лебедя выгнув рукой,
Сказала как будто небрежно:
«Ну, ладно…
Пора на покой…»

Под вечер они уехали.
Куда?
Я не знаю куда.
В равнине, проложенной вехами,
Дорогу найдешь без труда.

Не помню тогдашних событий,
Не знаю, что сделал Прон.
Я быстро умчался в Питер
Развеять тоску и сон.

5

Суровые, грозные годы!
Ну разве всего описать?
Слыхали дворцовые своды
Солдатскую крепкую «мать».

Эх, удаль!
Цветение в далях!
Недаром чумазый сброд

Играл по дворам на роялях
Коровам тамбовский фокстрот.
За хлеб, за овес, за картошку
Мужик залучил граммофон, —
Слюнявя козлиную ножку,
Танго себе слушает он.
Сжимая от прибыли руки,
Ругаясь на всякий налог,
Он мыслит до дури о штуке,
Катающейся между ног.

Шли годы
Размашисто, пылко.
Удел хлебороба гас.
Немало попрело в бутылках
«Керенок» и «ходей» у нас.
Фефела! Кормилец! Касатик!
Владелец землей и скотом,
За пару измызганных «катек»
Он даст себя выдрать кнутом.

Ну, ладно.
Довольно стонов,
Ненужных насмешек и слов.
Сегодня про участь Прона
Мне мельник прислал письмо:
«Сергуха! За милую душу!
Привет тебе, братец! Привет!
Ты что-то опять в Криушу
Не кажешься целых шесть лет.

Утешь!
Соберись на милость!
Прижваривай по весне!
У нас здесь такое случилось,
Чего не расскажешь в письме.
Теперь стал спокой в народе,
И буря пришла в угомон.
Узнай, что в двадцатом годе
Расстрелян Оглоблин Прон.

Расея!..
Дуро́вая зыкь она.
Хошь верь, хошь не верь ушам —
Однажды отряд Деникина
Нагрянул на криушан.
Вот тут и пошла потеха…
С потехи такой — околеть!
Со скрежетом и со смехом
Гульнула казацкая плеть.
Тогда вот и чикнули Проню…
Лабутя ж в солому залез
И вылез,
Лишь только кони
Казацкие скрылись в лес.
Теперь он по пьяной морде
Еще не устал голосить:
«Мне нужно бы красный орден
За храбрость мою носить…»
Совсем прокатились тучи…
И хоть мы живем не в раю,

Ты все ж приезжай, голубчик,
Утешить судьбину мою…»

*

И вот я опять в дороге.
Ночная июньская хмарь.
Бегут говорливые дроги
Ни шатко ни валко, как встарь.
Дорога довольно хорошая,
Равнинная тихая звень.
Луна золотою порошею
Осыпала даль деревень.
Мелькают часовни, колодцы,
Околицы и плетни.
И сердце по-старому бьется,
Как билось в далекие дни.

Я снова на мельнице…
Ельник
Усыпан свечьми светляков.
По-старому старый мельник
Не может связать двух слов:
«Голубчик! Вот радость! Сергуха?!
Озяб, чай? Поди, продрог?
Да ставь ты скорее, старуха,
На стол самовар и пирог.
Сергунь! Золотой! Послушай!

И ты уж старик по годам…
Сейчас я за милую душу
Подарок тебе передам».
«Подарок?»
«Нет…
Просто письмишко…
Да ты не спеши, голубок!
Почти что два месяца с лишком
Я с почты его приволок».

Вскрываю… читаю… Конечно!..
Откуда же больше и ждать?
И почерк такой беспечный,
И лондонская печать.

«Вы живы?.. Я очень рада…
Я тоже, как вы, жива.
Так часто мне снится ограда,
Калитка и ваши слова.
Теперь я от вас далеко…
В России теперь апрель.
И синею заволокой
Покрыта береза и ель.
Сейчас вот, когда бумаге
Вверяю я грусть моих слов,
Вы с мельником, может, на тяге
Подслушиваете тетеревов.
Я часто хожу на пристань
И, то ли на радость, то ль в страх,
Гляжу средь судов все пристальней
На красный советский флаг.

Теперь там достигли силы.
Дорога моя ясна…
Но вы мне по-прежнему милы,
Как родина и как весна»…

Письмо как письмо.
Беспричинно.
Я в жисть бы таких не писал…

По-прежнему с шубой овчинной
Иду я на свой сеновал.
Иду я разросшимся садом,
Лицо задевает сирень.
Так мил моим вспыхнувшим взглядам
Погорбившийся плетень.
Когда-то у той вон калитки
Мне было шестнадцать лет.
И девушка в белой накидке
Сказала мне ласково: «Нет!»

Далекие милые были!..
Тот образ во мне не угас.

Мы все в эти годы любили,
Но, значит,
Любили и нас.

1925 г.

Картина на холсте «Холодное сердце» Керстин Джедвилл

  • Без бирки

Выберите тип продукта

  • Холст
  • Холст в рамке
  • icanvas.com/canvas-print/cold-heart-kjd4″ data-anchor-group-default=”1PFA-24×16-FM01″ data-anchor-group-advanced=”1PFA-24×16-FM01″ data-group-default=”active” data-group-advanced=”active”> Печать в рамке

Выберите формат

  • 1 кусок

Выберите размер (дюймы)

  • MINI
    8×12

  • МАЛЕНЬКИЙ
    12×18

  • СРЕДНЯЯ
    16×24

  • СРЕДНИЙ
    18×26

некоторых размеров временно нет в наличии

Выберите толщину

  • СТАНДАРТ [1,5 ДЮЙМА ТОЛЩИНОЙ]
  • ТОНКИЙ [. 75″ ТОЛЩИНА]
  • 1 дюйм

Выберите толщину рамы

  • Белая матовая плавающая рамка
    [толщина 2 дюйма]

  • Пятнистая золотая плавающая рамка
    [толщина 2 дюйма]

  • Стандартная плавающая рама для шампанского
    [толщина 2 дюйма]

  • Классическая плавающая рама из темного дерева
    [толщина 2 дюйма]

  • Проблемная белая плавающая рамка
    [толщина 2 дюйма]

  • Состаренная черная плавающая рама
    [толщина 2 дюйма]

  • Плавающая рама из темного деревенского дерева
    [толщина 2 дюйма]

  • Пятнистая серебряная плавающая рамка
    [толщина 2 дюйма]

  • Черная матовая плавающая рамка
    [толщина 2 дюйма]

  • Холст с галерейной обмоткой (без рамки)

  • Тонкий черный матовый
    [0,75″ ШИРИНА]

  • Роскошный черный
    [ШИРИНА 1,5″]

  • Классическая рамка из темного дерева
    [ШИРИНА 1,25″]

  • Каркас из натурального дерева
    [ШИРИНА 1,25″]

  • Пятнистая золотая рамка
    [ШИРИНА 1,25″]

  • Белая матовая рамка
    [ШИРИНА 1,25″]

  • Черная матовая рамка
    [ШИРИНА 1,25″]

  • Изысканное золото
    [ШИРИНА 2 ДЮЙМА]

Выберите цвет рамы

Выберите рамку

  • Черный матовый
    ШИРИНА 1,25″

  • Черный матовый

  • Белый матовый

  • Тонкий черный матовый
    ШИРИНА 0,75 ДЮЙМА

  • НОВИНКА

    Роскошный черный
    ШИРИНА 1,5 ДЮЙМА

  • Пятнистое золото

  • Пятнистое серебро

  • Белый матовый
    ШИРИНА 1,25″

  • Темное дерево

  • Пятнистое золото
    ШИРИНА 1,25″

  • Черный состаренный

  • НОВИНКА

    Изысканное золото
    ШИРИНА 2 ДЮЙМА

  • Белый состаренный

  • Натуральное дерево
    ШИРИНА 1,25″

  • Классическое дерево
    ШИРИНА 1,25″

  • Классическое дерево

  • Шампанское

REG

СКИДКА 10% —

БЕСПЛАТНАЯ ДОСТАВКА

В настоящее время недоступен

9Картина на холсте 0042 «Холодное сердце» от Керстин Джедвилл поставляется готовой к подвешиванию, с включенными подвесными аксессуарами и без дополнительного обрамления. Каждый отпечаток на холсте изготавливается вручную в США, изготавливается по запросу в iCanvas и профессионально растягивается на подрамники из 100% североамериканской сосны. Мы используем только лучшие в отрасли архивные чернила UltraChrome® Giclée для получения максимально ярких отпечатков с высоким разрешением.

загрузок нот на Musicnotes.com

загрузок нот на Musicnotes.com
  • Лучшие песни Лучшие песни
  • Новые песни Новые песни
  • Избранное за все время

    Избранное за все время

Вернитесь к музыке быстрее с Musicnotes! Просто выберите ноты из нашего каталога, содержащего более 400 000 высококачественных аранжировок для любого инструмента, уровня мастерства и партитуры. Затем мгновенно оформите заказ и распечатайте в любом доступном ключе. Кроме того, вы можете получить доступ к своей библиотеке нот в любом месте с помощью наших бесплатных приложений для iOS, Mac, Android и ПК!

Найди свою песню

Найдите нужные ноты — от новичка до профессионала, от Баха до принца, от банджо до фортепиано — в любой тональности.

Мгновенная печать

Оформляйте заказ и мгновенно печатайте со своего рабочего стола или мобильного устройства благодаря нашему быстрому и простому процессу покупки.

Access Anywhere

Воспроизводите, транспонируйте и размечайте свои ноты в любом месте с помощью наших бесплатных интерактивных приложений для iOS, Android, Mac и ПК.

Разница музыкальных нот

Особенность Ноты В другом месте
Найти и купить ноты в Интернете
Библиотека из более чем 400 000 аранжировок
Печать в первоначально опубликованном ключе
Мгновенная печать любым доступным ключом
Аранжировки, транспонированные и проверенные музыкантами
Будет показан полный предварительный просмотр первой страницы
Доступ к нотам в iOS, Android, Windows, Mac и веб-приложениях
Воспроизведение, цикл и разметка в приложении
интеграция forScore
Служба поддержки клиентов в чате
Полный доступ к искусству написания песен

Song Spotlight — это ваш полный доступ к искусству написания песен. Мы приносим интимные живые выступления и захватывающее музыкальное понимание прямо от артиста к вам, от музыканта к музыканту.

Смотреть больше прожекторов песен

Что говорят наши клиенты

ª Я артист Steinway and Sons, продал миллионы записей. и дал более 30 выступлений в Белом доме. Запросы были сделаны на вечеринке в Белом доме для некоторых Стиви Уандер подпевает, поэтому я тут же вытащил свой iPad, вызвал Musicnotes и купил ноты для «Вне себя от радости» и «Ленты в небе». Благодаря вашей компании я отлично выгляжу во многих спектаклях. Спасибо за этот сказочный подарок нотным исполнителям.

– Дэвид Осборн, художник Steinway и «пианист для президентов»

ª Я пою некоторые из самых популярных песен благодаря Musicnotes. Я не знаю, как бы я смог найти такие качественные фортепианные пьесы. и такая доступная цена нигде. Мне нравится, что я могу найти практически любую песню, какую захочу, среди вашего разнообразия музыки. Я также рад, что вы даете предварительный просмотр песни, чтобы я мог послушать ее, прежде чем купить. Этот сайт очень помогает моим исполнительским способностям и это ЕДИНСТВЕННЫЙ сайт, на котором я покупаю ноты.

– З. Шаффер, старшеклассник

ª Как исполнитель в пиано-баре, я должен стараться исполнять все просьбы. Ноты нужны мне сейчас, сегодня, пока жарко и можно заработать чаевые. У меня нет времени, чтобы найти его в сборнике или что-то, содержащее песни У меня уже есть, или ждать, пока почта доставит его мне. С Musicnotes я могу заказать, оплатить и получить за считанные минуты.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *