Разное

Рассказы и стихи о природе: “Рассказы и стихи о природе” Твардовский, Бианки, Маршак: рецензии и отзывы на книгу | ISBN 978-5-17-094535-1

Содержание

Стихи о природе

Рассвет
Александр Блок

Я встал и трижды поднял руки.
Ко мне по воздуху неслись
Зари торжественные звуки,
Багрянцем одевая высь.

Казалось, женщина вставала,
Молилась, отходя во храм,
И розовой рукой бросала
Зерно послушным голубям.

Они белели где-то выше,
Белея, вытянулись в нить
И скоро пасмурные крыши
Крылами стали золотить.

Над позолотой их заемной,
Высоко стоя на окне,
Я вдруг увидел шар огромный,
Плывущий в красной тишине.


Поле
Иван Никитин

Раскинулось поле волнистою тканью
И с небом слилось темно-синею гранью,
И в небе прозрачном щитом золотым
Блестящее солнце сияет над ним;
Как по морю, ветер по нивам гуляет
И белым туманом холмы одевает,
О чем-то украдкой с травой говорит
И смело во ржи золотистой шумит.
Один я... И сердцу и думам свобода...
Здесь мать моя, друг и наставник - природа.

И кажется жизнь мне светлей впереди,
Когда к своей мощной, широкой груди
Она, как младенца, меня допускает
И часть своей силы мне в душу вливает.


Люблю людей, люблю природу
Владислав Ходасевич

Люблю людей, люблю природу,
Но не люблю ходить гулять,
И твердо знаю, что народу
Моих творений не понять.

Довольный малым, созерцаю
То, что дает нещедрый рок:
Вяз, прислонившийся к сараю,
Покрытый лесом бугорок...

Ни грубой славы, ни гонений
От современников не жду,
Но сам стригу кусты сирени
Вокруг террасы и в саду.


Иматра
Валерий Брюсов

Кипит, шумит. Она - все та же,
Ее не изменился дух!
Гранитам, дремлющим на страже,
Она ревет проклятья вслух.

И, глыбы вод своих бросая
Во глубь, бела и вспенена,
От края камней и до края,
Одно стремление она.

Что здесь? драконов древних гривы?
Бизонов бешеных стада?
Твой грозный гул, твои извивы

Летят, все те же, сквозь года.

Неукротимость, неизменность,
Желанье сокрушить свой плен
Горят сквозь зыбкую мгновенность,
Венчанных радугам пен!

Кипи, шуми, стремись мятежней,
Гуди, седой водоворот,
Дай верить, что я тоже прежний
Стою над распрей прежних вод!


О том, как хороша природа
Самуил Маршак

О том, как хороша природа,
Не часто говорит народ
Под этой синью небосвода,
Над этой бледной синью вод.

Не о закате, не о зыби,
Что серебрится вдалеке,-
Народ беседует о рыбе,
О сплаве леса по реке.

Но, глядя с берега крутого
На розовеющую гладь,
Порой одно он скажет слово,
И это слово - "Благодать!".


Русская природа
Всеволод Рождественский

Ты у моей стояла колыбели,
Твои я песни слышал в полусне,
Ты ласточек дарила мне в апреле,
Свозь дождик солнцем улыбалась мне.

Когда порою изменяли силы
И обжигала сердце горечь слез,

Со мною, как сестра, ты говорила
Неторопливым шелестом берез.

Не ты ль под бурями беды наносной
Меня учила (помнишь те года?)
Врастать в родную землю, словно сосны,
Стоять и не сгибаться никогда?

В тебе величье моего народа,
Его души бескрайные поля,
Задумчивая русская природа,
Достойная красавица моя!

Гляжусь в твое лицо — и все былое,
Все будущее вижу наяву,
Тебя в нежданной буре и в покое,
Как сердце материнское, зову.

И знаю — в этой колосистой шири,
В лесных просторах и разливах рек —
Источник сил и все, что в этом мире
Еще свершит мой вдохновенный век!


Опять в природе перемена
Белла Ахмадулина

Опять в природе перемена,
окраска зелени груба,
и высится высокомерно
фигура белого гриба.

И этот сад собой являет
все небеса и все леса,
и выбор мой благословляет
лишь три любимые лица.

При свете лампы умирает

слепое тело мотылька
и пальцы золотом марает,
и этим брезгает рука.

Ах, Господи, как в это лето
покой в душе моей велик.
Так радуге избыток цвета
желать иного не велит.

Так завершенная окружность
сама в себе заключена
и лишнего штриха ненужность
ей незавидна и смешна.


Плыли горы в лиловом тумане
Рюрик Ивнев

Плыли горы в лиловом тумане,
Мы в Коджорах встречали зарю.
Вы сказали: я из Гурджани
И по-русски не говорю.

Разве нужен язык аромату?
Разве нужен язык цветку?
И, внезапным волненьем объятый,
Я кивал головой ветерку.

Плыли горы в лиловом тумане,
Мы в Коджорах встречали зарю.
Вы сказали: я из Гурджани
И по-русски не говорю.


Я не ищу гармонии в природе
Николай Заболоцкий

Я не ищу гармонии в природе.
Разумной соразмерности начал
Ни в недрах скал, ни в ясном небосводе
Я до сих пор, увы, не различал.

Как своенравен мир ее дремучий!
В ожесточенном пении ветров
Не слышит сердце правильных созвучий,
Душа не чует стройных голосов.

Но в тихий час осеннего заката,
Когда умолкнет ветер вдалеке.
Когда, сияньем немощным объята,
Слепая ночь опустится к реке,

Когда, устав от буйного движенья,
От бесполезно тяжкого труда,
В тревожном полусне изнеможенья
Затихнет потемневшая вода,

Когда огромный мир противоречий
Насытится бесплодною игрой,—
Как бы прообраз боли человечьей
Из бездны вод встает передо мной.

И в этот час печальная природа
Лежит вокруг, вздыхая тяжело,
И не мила ей дикая свобода,
Где от добра неотделимо зло.

И снится ей блестящий вал турбины,
И мерный звук разумного труда,
И пенье труб, и зарево плотины,
И налитые током провода.

Так, засыпая на своей кровати,
Безумная, но любящая мать
Таит в себе высокий мир дитяти,
Чтоб вместе с сыном солнце увидать.


Природа с красоты своей
Владимир Соловьёв

Природа с красоты своей
Покрова снять не позволяет,
И ты машинами не вынудишь у ней,
Чего твой дух не угадает.

Скребицкий. Рассказы о природе для детей

Георгий Скребицкий. Рассказы о природе для детей

 

Георгий Алексеевич Скребицкий - писатель, который был влюблён в родные поля, леса, горы. Его рассказы повествуют о путешествиях в прекрасный мир природы. Удивительно точным, сочным и образным языком этот мастер-натуралист передавал красоту средней полосы России, повадки самых разнообразных жителей леса, обычаи русского народа. В свои произведения он вкладывал необыкновенную человечность, гуманность, опыт, своеобразные художественные приёмы и средства. Его рассказы похожи на сказки.

Содержание

Пушок

Лесное эхо

Сиротка

Кот Иваныч

День рождения

Воришка

Дружба

Чир Чирыч

Джек

Ушан

Барсучонок

Заботливая мамаша

Аистята

Белая шубка

Лесной голосок

Редкая гостья

Лесной прадедушка

Тетерюк

Смышлёные птицы

Маленький лесовод

Товарищи по охоте

В зимнюю стужу

Следопыты

Срочный пакет

Друг сердечный

Пропавший медведь

Зайчишке повезло

Митины друзья

На озере

За лисой

За селезнями

Неожиданное знакомство

Замечательный сторож

Старый блиндаж

Чудо техники

В зелёной корзиночке

Редкий снимок

Длинноносые рыболовы

Куйка

Голубой дворец

Трудное задание

Нежданный помощник

«Передышка»

Лесные переселенцы

Джек и Фрина

Носатик

Водяной

Смышлёный зверек

Лесной разбойник

Сластёна

Добро пожаловать!

Кошка Машка

Звериная хитрость

Мать

Крылатый охотник

Медвежонок

Весна-художник

Счастливый Жучок

На пороге весны

Сказка о Весне

Зимой в колхозе

Загадочная находка

Длиннохвостые разбойники

Пороша

Речной волк

Тетеревиная косточка

Приворотное зелье

Дворняжка

Будь здоров!

Курочка камышница

На разливе

Подарок

Чему научила сказка

Синичка

Догадливая пичужка

Первый трофей

Скрипун-невидимка

Луговой петушок

Замечательный снимок

На гумне

Сорока

Соловьиная дудочка

Четыре художника

Резвый

Любитель песни

Домик на берёзе

Самый упрямый

Синица и соловей

Наседка

Лебеди

Бобки

Белочка-хлопотунья

Грач

Снеговик

Скворушка

Загадка

Приемыш

Воронуша

Весенняя песня

Галка

Белый кораблик

Здравствуй, весна!

На тетеревей

Колючая семейка

Страшная охота

Филюша

Домик в лесу

За волками

 

Иван Бунин // Стихи и рассказы о любви и природе

Мы читаем Ивана Бунина, чтобы научиться любить, чтобы научиться чувствовать, чтобы – видеть! Видеть окружающую нас действительность не только собственными глазами, но и сквозь призму литературного таланта одного из величайших русских писателей, великолепного стилиста и рассказчика, «чувствователя» человеческой души и мастера пейзажного описания – Ивана Алексеевича Бунина.

Иван Алексеевич Бунин родился 22 октября 1870 года в Воронеже. И отец писателя, и мать происходили из знатных, но обедневших семей, однако смогли обеспечить своим детям достойный уровень жизни и хорошее образование. Когда Ивану Бунину было четыре года, семья переехала в родовое поместье в Елецком уезде. Там и прошло детство писателя. Там и зародилась величайшая любовь его к природе, фольклору, а затем и к искусству. Кстати, в этом отношении основную роль сыграл гувернер маленького Вани – Николай Осипович Ромашков. Именно он, отмечая развитое воображение и впечатлительность своего подопечного, познакомил его с лучшими образцами русской словесности и, научив читать, вызвал тягу к сочинительству. А вот любовь к фольклору Бунину досталась от крестьян, вместе с которыми он целыми днями работал в поле, а затем оставался, чтобы послушать сказки и народные предания.

Жизнь ли в российской провинции сделала тему природы основной в творчестве Ивана Алексеевича? Мог ли он там, на бескрайних ржаных полях, в густых лесах, у живописных водоемов «надышаться» природой с головы до ног так, что и по сей день мы чувствуем запахи, слышим звуки и читаем, читаем, читаем Бунина взахлеб?
Никто не знает. Но вот оно – детство писателя!

Детство

Чем жарче день, тем сладостней в бору
Дышать сухим смолистым ароматом,
И весело мне было поутру
Бродить по этим солнечным палатам!

Повсюду блеск, повсюду яркий свет,
Песок – как шелк… Прильну к сосне корявой
И чувствую: мне только десять лет,
А ствол – гигант, тяжелый, величавый.

Кора груба, морщиниста, красна,
Но так тепла, так солнцем вся прогрета!
И кажется, что пахнет не сосна,
А зной и сухость солнечного света.

И вот он – вечер. Вечер – и одолевающие Бунина мысли о природе счастья.

Иван Шишкин «Вечер» // Формаслов
Вечер

О счастье мы всегда лишь вспоминаем.
А счастье всюду. Может быть, оно —
Вот этот сад осенний за сараем
И чистый воздух, льющийся в окно.

В бездонном небе легким белым краем
Встает, сияет облако. Давно
Слежу за ним… Мы мало видим, знаем,
А счастье только знающим дано.

Окно открыто. Пискнула и села
На подоконник птичка. И от книг
Усталый взгляд я отвожу на миг.

День вечереет, небо опустело.
Гул молотилки слышен на гумне…
Я вижу, слышу, счастлив. Все во мне.

Владимир Фефелов «Яблочный спас» // Формаслов

Проза Ивана Бунина также пропитана любовью к природе и не менее живописна. Так, например, начинается один из самых знаменитых рассказов Ивана Алексеевича Бунина «Антоновские яблоки»: «Помню раннее, свежее, тихое утро… Помню большой, весь золотой, подсохший и поредевший сад, помню кленовые аллеи, тонкий аромат опавшей листвы и – запах антоновских яблок, запах меда и осенней свежести…»

Три строчки – и мы уже забыли о том, что за окном серый, будто нарисованный простым карандашом, город. Мы там, в саду, который так любил Бунин. И нет, нигде про эту любовь не сказано, но без нее ТАК не напишешь, правда?

Исаак Левитан «Золотая осень» // Формаслов

Интересно, что в прозе писателя есть два вида природы – это пейзажи, зарисованные автором, так сказать, «на живую», и пейзажи, прошедшие «обработку» через чувства героя. Каждый рассказ содержит в себе природу как средство для жизни и любви. Говорят же, что жить следует ради чего-то, так почему бы и не ради природы? Думается, что возвращение к теме природы в рассказах Бунина – это способ укрыться в ней, бегство от действительности к красоте.

В 1881 году семья Ивана Алексеевича переехала в усадьбу Озерки, и в том же году мальчик поступил в гимназию, которую, к сожалению, оставил через четыре года, потому что родителям нечем было платить за обучение. Образование для него продолжилась дома под надзором старшего брата Юлия, который, кстати, уделял больше внимания гуманитарным наукам, заметив нелюбовь Ивана к математике.

Донник

Брат, в запыленных сапогах,
Швырнул ко мне на подоконник
Цветок, растущий на парах,
Цветок засухи – желтый донник.

Я встал от книг и в степь пошел…
Ну да, все поле – золотое,
И отовсюду точки пчел
Плывут в сухом вечернем зное.

Толчется сеткой мошкара,
Шафранный свет над полем реет –
И, значит, завтра вновь жара
И вновь сухмень. А хлеб уж зреет.

Да, зреет и грозит нуждой,
Быть может, голодом… И все же
Мне этот донник золотой
На миг всего, всего дороже!

В 1887 году состоялась первая поэтическая публикация Ивана Бунина в петербургском журнале «Родина». Первые прозаические публикации – рассказы “Два странника” и “Нефедка” – появились в том же издании и в том же году.

А где же обещанная в заголовке любовь? Ведь мы совершенно точно подходим к самому чувственному возрасту писателя. Не мог же он любить одну лишь природу!

Иван Бунин и Варвара Пащенко // Формаслов

Тогда переходим к следующему опыту писателя, а заодно и переезжаем вместе с ним. В 1889 году Ивану предложили место помощника редактора в газете «Орловский вестник», но согласился он там работать почти через год. Переехал в Орел, предварительно пожив в Харькове, Севастополе и Ялте, поступил на службу в «Орловский вестник» и… влюбился. К несчастью, любовью эта принесла ему много боли. Отец Варвары Пащенко – той самой возлюбленной, которую еще называют «невенчанной женой Бунина» – был против жениха столь небогатого и столь увлеченного литературой.

Несчастливая любовь и многие испытания, выпавшие на долю автора, не могли не отразиться в его произведениях. Не зря исследователи называют сборник рассказов «Темные аллеи» энциклопедией любви, а сам Бунин называл этот цикл итогом своей жизни. В рассказах Бунина любви много, но зачастую несчастной, горькой, искаженной страданиями до того, что чистота и искренность это чувства становится никому не нужна. Герои живут в надежде, в переосмыслении, в воспоминаниях, но моментов по-настоящему светлых мало. Впрочем, именно эти моменты наиболее ценны. Ради таких проблеском (благодаря Ивану Алексеевичу, понимаем и мы) стоит жить.

В подтверждение моим словам можно привести новеллу «Чистый понедельник». Перед нами до боли соверешенная история невозможной любви. Не возможной то ли по отношению к человеку, то ли – к Богу.

«Я осторожно оделся, робко поцеловал ее волосы и на цыпочках вышел на лестницу, уже светлеющую бледным цветом. Шел пешком по молодому липкому снегу, – метели уже не было, все было спокойно и уже далеко видно вдоль улиц. Пахло и снегом и из пекарен. Дошел до Иверской, внутренность которой горячо пылала и сияла кострами свечей, стал на колени, снял шапку… Кто-то потрогал меня за плечо – я посмотрел: какая-то несчастнейшая старушонка глядела на меня, морщась от жалостных слез: “Ох! Не убивайся, не убивайся так! Грех, грех!”»

Анна Цакни // Формаслов

Приведенная цитата уже предвещает конец любовной истории и уход героини в монастырь. Иван Бунин, легко и незаметно управляя символическим инструментарием, вводит в повествование запахи, звуки и образ несчастнейшей старушки – несчастнейшей любви. Сморщенной, пережившей многое за небольшой промежуток времени. Любви, которая предшествовала отказу героини от мирского – ибо «грех, грех!». Мы читаем и понимаем, что любовь повсюду. В запахах, звуках. И в старушке. Во всем.

Сам рассказ, давший название всему циклу, «Темные аллеи» – об аллеях светлых – аллеях любви, по которым удалось-таки пройти героям. И хоть всю жизнь они прожили в аллеях темных, у них оставались воспоминания, полные счастья и боли.  

Иван Бунин впервые женился в 1899 году на Анне Цакни, но семейная жизнь разрушилась уже через год. Иван ушел от Анны, а их совместный ребенок умер в раннем детстве. Детей у Ивана Алексеевича больше не было.  

Второй и последней женой Бунина стала Вера Муромцева, с которой они поженились в 1922 году в Париже после 15 лет совместной жизни.

Именно во второй половине двадцатых годов Иван Бунин по-настоящему буйствует в своем творчестве, соединяя любовь и страдания, жизнь и смерть, преодоление и смирение.
«Дело корнета Елагина», как и повесть «Митина любовь», и роман «Жизнь Арсеньева», и рассказ «Сны Чанга» – это великолепные образчики прозы, в которой запечатлено сокрушительное и беспощадное чувство. 

И снова мы возвращаемся к природе. Природе женской красоты, природе собственных терзаний. Иван Бунин не писал о длящемся счастье, скорее, о «зарницах счастья», потому что настоящую радость можно испытать только после пережитых испытаний.

Да, каждое произведение Бунина – это «грамматика любви».

Одиночество

И ветер, и дождик, и мгла
Над холодной пустыней воды.
Здесь жизнь до весны умерла,
До весны опустели сады.
Я на даче один. Мне темно
За мольбертом, и дует в окно.

Вчера ты была у меня,
Но тебе уж тоскливо со мной.
Под вечер ненастного дня
Ты мне стала казаться женой…
Что ж, прощай! Как-нибудь до весны
Проживу и один – без жены…

Сегодня идут без конца
Те же тучи – гряда за грядой.
Твой след под дождем у крыльца
Расплылся, налился водой.
И мне больно глядеть одному
В предвечернюю серую тьму.

Мне крикнуть хотелось вослед:
«Воротись, я сроднился с тобой!»
Но для женщины прошлого нет:
Разлюбила – и стал ей чужой.
Что ж! Камин затоплю, буду пить…
Хорошо бы собаку купить.

Белорусские стихи и рассказы о природе в воспитании дошкольников

Стихи белорусских поэтов, как классиков (Я. Коласа, Я. Купалы, М. Богдановича и многих других), так и современников, позволяют открыть перед детьми прекрасный мир родной природы, дать дошкольникам представление о временах года, погодных явлениях, животных и птицах.

Основная задача использования стихотворных произведений белорусских поэтов в работе с дошкольниками – это формирование ценностного отношения к природе. Стихи пробуждают эстетические и нравственные чувства, акцентируют впечатление, которое пережил автор при соприкосновении с природой. Стихи дают ощущение сопричастности – это очень важно при работе с маленькими детьми. Именно поэтому стихотворения сопровождают все формы воспитательной работы в детском саду – прогулки, мероприятия и занятия.

Стихотворения Я. Коласа «О, край родны, край прыгожы» показывает красоту родного края, позволяет воспитать у ребенка любовь к родной природе, воспринимать окружающую красоту, способствовать ее сохранению и приумножению. Многие стихи белорусского классика в ярких и доступных образах описывают картины природы, свойственные тому или иному сезону, природному явлению или ареалу. Очень эффективными при знакомстве с временами года могут оказаться стихи Коласа. В живых и близких детскому сердцу образах он описывает явления природы. Например, из стихотворения «Песня аб вясне»:

А ён, гучны і смяшлівы,

Так і ходзіць аж дрыжыць,

I другі сябрук шчаслівы

Насустрэч яму бяжыць.

Это описание весеннего ручейка, образовавшегося от таяния снега, очень близко и доступно детям.

Внимание!

Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.

А вот совсем другая картина – живое описание зимнего дня из стихотворения «Зіма»:

Белым снегам замятае

Вецер чорныя палі,

Нібы вопратку ўздзявае

Шыр прасторная зямлі.

Мяккі снег лятае пухам,

I канца яму няма,

I нясе сярдзітым духам,

Дзікім сіверам зіма.

Явления природы описаны во многих стихотворениях Я. Коласа: «Дзед-госць», «Вясна», «Восень», «Канец лета», «На лузе», «На рэчцы зімой», «Першы гром», «Раніца вясною», «У полі».

В произведениях белорусского поэта Я. Купала так же ярко, эмоционально описаны явления природы, животные и птицы, и человек в окружении этой красоты. Вот как Я. Купала описывает приход весны:

Рэчкі бурлівыя, ўчора санлівыя,

Сёння усталі, плывуць і бурляць;

Рыбкі шмыглівыя скачуць, купаюцца,

К небу прыветна з вадзіцы глядзяць.

Пушчы паважныя, зімку праспаўшыя,

Радасна песні зайгралі свае;

Лісці зашасталі, птушкі зачыркалі,

Свішча салоўка, і дзяцел клюе.

Эмоциональный заряд, вложенный в эти стихи, производит сильное впечатление на детей. Радость поэта передается маленьким слушателям:

Грай, грай, жалеечка! Грай, грай, вясёлая!

Выйграй з вясною і долечку мне;

З пушчаю, з птушкамі, з вольнымі ветрамі

Грай мне аб шчасці, грай аб вясне!

В детском саду можно использовать отрывки или целые стихотворения Я. Купалы: «Вясна», «Хохлік», «Дуб», «Мароз», «Лістапад».

Веселые и поучительные истории в стихах рассказывает маленьким слушателям М. Танк в своих стихотворениях «Светлячок», «Галінка і верабей», «Жук і слімак». Его герои очеловечены, и разговаривают друг с другом, а стихотворения выполняют не только обучающую, но и воспитательную задачу, как, например, в стихотворении «Жук і слімак»:

Забыўся пра нягоды

І не на ўме жуку,

Што абяцаў паднесці

Ён хату слімаку.

Большое значение детской природоведческой литературе придавал Максим Багданович. Его произведения красочно описывают природу и несомненно должны использоваться в работе с дошкольниками по ознакомлению их с природой: «Над возерам», «Просценькі вершык», «Завіруха», «Зімовая дарога», «Зімой».

Много поэтических произведений, которые знакомят ребят с миром животных, живой и не живой природы есть у Васіля Віткі: «Дожджык, дожджык, секані!» описывается весенний дождь, то, как он набирает силу, как освежает землю; «Бусел», «Жауна», «Ваверчына гора» знакомят ребят с миром лесных жителей.

Особо хочется отметить стихотворение П. Панчанко «Месяцы года». Оно знакомит дошкольников с особенностями каждого месяца в природе, говорится о том, что каждый месяц с собой несет. В простом стизотворении передается самая суть каждого месяца:

Студзень - з казкамі снежных аблокаў, 

Люты - шчодры на сіні мароз, 

Сакавік - з сакатаннем і сокам 

Беларускіх вясновых бяроз, 

Красавік - час маланак і ліўняў, 

Травень - з першым мурогам, сяўбой, 

Чэрвень - з ягаднаю зарой, 

Ліпень - з мёдам, 

З пшаніцаю - жнівень, 

Спелы яблычны верасень, 

Багаты кастрычнік, 

У празрыстасці чыстай, крынічнай, 

Лістапад - залаты лістапад, 

Снежань - першы густы снегапад. 

В работе с дошкольниками так же можно использовать стихи А.Дзяружынского «Васілек», «Крапіва», «Сняжынкі»; З. Бядули «Вясной»; Р.Барадулина «Коцікі», «Загадкі на градках»; П. Броўкі «Надыход восені», «Ляцяць і ляцяць сняжынкі»; А. Астрэйкі «Прызімкам»; І. Муравейкі «Адмарозіў лапкі», « Як лістапад снежнем зрабіўся»; Алеся Якімовіча «Звяры нашых лясоў» З. Вераса «Чароўны край», «Сонейка гэе», В. Вярбы «Дарагія бясконца мясціны», «Пралеска»; П. Глебкі «Наш лес», «Лось»; Л. Дайнекі «У вясновым лесе»; Пятра Прыходзькі «Ручай», «Лясны манцер» и многие другие.

Современные белорусские поэты также много внимания уделяют описаниям природы, явлений, событий, наблюдений, а также поведения животных и особенностей растительного мира. Многие произведения по выразительности, по близости детям могут соперничать с произведениями классиков. Хотелось бы привести отрывок из одного современного стихотворения (автор Лилея Кастян). В ее стихотворении образ осени – яркой, современной дамы, пронизан любовью к природе и к родной земле:

Маладзіцай на кірмаш прыбралася восень,

З залатых лясоў сукенка, хуста - неба просінь.

Журавіны-завушніцы па балотах раскідала,

Ды чырвоныя рабіны як каралі нанізала.

Такой образ будет близок и понятен детям. Одушевление природы и времени года придадут ему должную эмоциональную окраску.

 

Поможем написать любую работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Узнать стоимость

М пришвин стихи о природе

Он был человеком необыкновенной фантазии, его детские рассказы являются поистине кладезем доброты и любви. М. Пришвин как и его сказки уже долгое время остается недосягаемым автором для многих современных писателей, так как в детских рассказах у него практически нет равных.

Натуралистом, знатоком леса, замечательным наблюдателем жизни природы является русский писатель Михаил Михайлович Пришвин (1873 – 1954). Его повести и рассказы, даже самые маленькие, просты и сразу понятны. Мастерство автора, его способность передать всю необъятность окружающей природы поистине восхищают! Благодаря рассказам о природе Пришвина дети проникаются к ней искренним интересом, воспитывая в себе уважение к ней и её жителям.

Маленькие, но наполненные необыкновенными красками рассказы Михаила Пришвина замечательно передают нам то, с чем мы так редко встречаемся в наше время. Красота природы, глухие забытые места – всё это сегодня настолько далеко от пыльных мегаполисов. Вполне возможно многие из нас и рады прямо сейчас отправиться в поход по лесу, но не у всех получится. В этом случае откроем книгу любимых рассказов Пришвина и перенесёмся в красивые, далёкие и родные сердцу места.

Рассказы М. Пришвина предназначены для чтения как детьми так и взрослыми. Огромное количество сказок, повестей и рассказов можно смело начинать читать даже дошкольникам. Другие рассказы Пришвина читать можно, начиная уже со школьной скамьи. И даже для самых взрослых Михаил Пришвин оставил своё наследство: его мемуары отличаются очень скрупулезным повествованием и описанием окружающей атмосферы в необыкновенно сложные двадцатые и тридцатые годы. Они будут интересны учителями любителям воспоминаний, историкам и даже охотникам. На нашем интернет сайте вы можете посмотреть онлайн список рассказов Пришвина, и наслаждаться их чтением абсолютно бесплатно.

Короткие рассказы о природе осеннего времени года Пришвина Михаила Михайловича в форме заметок передают то трогательное настроение романтики и приятной грусти, которое витает в природе осенью. Первые желтые листочки, прекрасное время золотой осени и наступление холодов, события, через которые проходит осенняя природа, с любовью описанная в строках писателем русской природы.

Начало осени

Сегодня на рассвете одна пышная береза выступила из леса на поляну, как в кринолине, и другая, робкая, худенькая, роняла лист за листком на темную елку. Вслед за этим, пока рассветало больше и больше, разные деревья мне стали показываться по-разному. Это всегда бывает в начале осени, когда после пышного и общего всем лета начинается большая перемена и деревья все по-разному начинают переживать листопад.

Я оглянулся вокруг себя. Вот кочка, расчесанная лапками тетеревей. Раньше, бывало, непременно в ямке такой кочки находишь перышко тетерева или глухаря, и если оно рябое, то знаешь, что копалась самка, если черное — петух. Теперь в ямках расчесанных кочек лежат не перышки птиц, а опавшие желтые листики. А то вот старая-престарая сыроежка, огромная , как тарелка, вся красная, и края от старости завернулись вверх, и в блюде плавает желтый листик березы.

Осинкам холодно

В солнечный день осенью на опушке елового леса собрались молодые разноцветные осинки, густо одна к другой, как будто им там, в еловом лесу, стало холодно и они вышли погреться на опушку, как у нас в деревнях люди выходят на солнышко и сидят на завалинках.

Осеннаяя роска

Заосеняло. Мухи стучат в потолок. Воробьи табунятся. Грачи – на убранных полях. Сороки семьями пасутся на дорогах. Роски холодные, серые. Иная росинка в пазухе листа весь день просверкает.

Ветреный день

Этот свежий ветер умеет нежно разговаривать с охотником, как сами охотники часто болтают между собой от избытка радостных ожиданий. Можно говорить и можно молчать: разговор и молчанье легкие у охотника. Бывает, охотник оживленно что-то рассказывает, но вдруг мелькнуло что-нибудь в воздухе, охотник посмотрел туда и потом: «А о чем я рассказывал?» Не вспомнилось, и – ничего: можно что-нибудь другое начать. Так и ветер охотничий осенью постоянно шепчет о чем-то и, не досказав одно, переходит к другому; вот донеслось бормотанье молодого тетерева и перестало, кричат журавли.

Роса

С полей, с лугов, с вод поднялись туманы и растаяли в небесной лазури, но в лесу туманы застряли надолго. Солнце поднимается выше, лучи сквозь лесной туман проникают в глубину чащи, и на них там, в чаще, можно смотреть прямо.

Зеленые дорожки в лесу все будто курятся, туман везде поднимается, вода пузырьками садится на листья, на хвоинки елок, на паутинные сети, на телеграфную проволоку. И, по мере того как поднимается солнце и разогревается воздух, капли на телеграфной проволоке начинают сливаться одна с другой и редеть. Наверное, то же самое делается и на деревьях: там тоже сливаются капли.

И когда, наконец, солнце стало порядочно греть на телеграфной проволоке, большие радужные капли начали падать на землю. И то же самое в лесу хвойном и лиственном — не дождь пошел, а как будто пролились радостные слезы. В особенности трепетно-радостна была осина, когда упавшая сверху одна капля приводила в движенье чуткий лист, и так все ниже, все сильнее вся осина, в полном безветрии сверкая, дрожала от падающей капели.

В это время и некоторые высоконастороженные сети пауков пообсохли, и пауки стали подтягивать свои сигнальные нити. Застучал дятел по елке, заклевал дрозд на рябине.

Листопад

Вот из густых елок вышел под березу заяц и остановился, увидя большую поляну. Не посмел прямо идти на ту сторону и пошел кругом всей поляны от березки к березке. Вот он остановился, прислушался. Кто боится чего-то в лесу, то лучше не ходи, пока падают листья и шепчутся. Слушает заяц: все ему кажется, будто кто-то шепчется сзади и крадется. Можно, конечно, и трусливому зайцу набраться храбрости и не оглядываться, но тут бывает другое: ты не побоялся, не поддался обману падающих листьев, а как раз вот тут кто-то воспользовался и тебя сзади под шумок схватил в зубы.

Рябина краснеет

Утро малоросистое. Вовсе нет паутин на вырубках. Очень тихо. Слышно желну, сойку, дрозда. Рябина очень краснеет, березки начинают желтеть. Над скошенной травой изредка перелетают белые, чуть побольше моли, бабочки.

Заводь

Среди обгорелых от лесного пожара в прошлом году деревьев сохранилась одна небольшая осинка на самом краю высокого яра, против нашей Казенной заводи. Возле этой осинки летом стог поставили, и теперь осенью от времени он стал желтым, а осинка ярко-красной, пылающей. Далеко видишь этот стог и осинку и узнаешь нашу заводь, где сомов столько же, сколько в большом городе жителей, где по утрам шелеспер, страшный хищник, выбрасывается на стаю рыбок и так хлещет хвостом по воде, что рыбки перевертываются вверх брюхом, и хищник их поедает.

Мелкой рыбицы (мальков) так много в воде, что от удара весла впереди часто выскакивает наверх стайка, будто кто-то ее вверх подбросил. На удочку рыба уже плохо берется, а сомы по ночам идут на лягушку, только лягушек в этом году по случаю сухмени очень мало, так же мало и пауков, и этими красными осенними днями в лесу вовсе нет паутины.

Несмотря на морозы, на Кубре еще встречаются цветущие лилии, а маленьких мелких цветочков, похожих на землянику, на воде целые поляны, как белые скатерти.

Лилии белые лежали на блюдцах зеленых, и грациозные ножки их в чистой воде так глубоко виднелись, что если достать их, смериться, то, пожалуй, нас и двух на них не хватило бы.

Иван-да-Марья

Поздней осенью бывает иногда совсем как ранней весной там белый снег, там черная земля. Только весной из проталин пахнет землей, а осенью снегом. Так непременно бывает: мы привыкаем к снегу зимой, и весной нам пахнет земля, а летом принюхаемся к земле, и поздней осенью пахнет нам снегом.

Редко бывает, проглянет солнце на какой-нибудь час, но зато какая же это радость! Тогда большое удовольствие доставляет нам какой-нибудь десяток уже замерзших, но уцелевших от бурь листьев на иве или очень маленький голубой цветок под ногой.

Наклоняюсь к голубому цветку и с удивлением узнаю в нем Ивана: это один Иван остался от прежнего двойного цветка, всем известного Ивана-да-Марьи.

По правде говоря, Иван не настоящий цветок. Он сложен из очень мелких кудрявых листиков, и только цвет его фиолетовый, за то его и называют цветком. Настоящий цветок с пестиками и тычинками только желтая Марья. Это от Марьи упали на эту осеннюю землю семена, чтобы в новом году опять покрыть землю Иванами и Марьями. Дело Марьи много труднее, вот, верно, потому она и опала раньше Ивана.

Но мне нравится, что Иван перенес морозы и даже заголубел. Провожая глазами голубой цветок поздней осени, я говорю потихоньку:

– Иван, Иван, где теперь твоя Марья?

Осенние листики

Перед самым восходом солнца на поляну ложится первый мороз. Притаиться, подождать у края, – что там только делается, на лесной поляне! В полумраке рассвета приходят невидимые лесные существа и потом начинают по всей поляне расстилать белые холсты. Первые же лучи солнца убирают холсты, и остается на белом зеленое место. Мало-помалу белое все исчезает, и только в тени деревьев и кочек долго еще сохраняются беленькие клинушки.

На голубом небе между золотыми деревьями не поймешь, что творится. Уносит ветер листы или стайками собрались мелкие птички и несутся в теплые далекие края.

Ветер – заботливый хозяин. За лето везде побывает, и у него даже в самых густых местах не остается ни одного незнакомого листика. А вот осень пришла – и заботливый хозяин убирает свой урожай.

Листья, падая, шепчутся, прощаясь навек. У них ведь так всегда: раз ты оторвался от родимого царства, то и прощайся, погиб.

Последние цветы

Опять морозная ночь. Утром на поле увидел группу уцелевших голубых колокольчиков, – на одном из них сидел шмель. Я сорвал колокольчик, шмель не слетел, стряхнул шмеля, он упал. Я положил его под горячий луч, он ожил, оправился и полетел. А на раковой шейке точно так же за ночь оцепенела красная стрекоза и на моих глазах оправилась под горячим лучом и полетела. И кузнечики в огромном числе стали сыпаться из-под ног, а среди них были трескунки, взлетавшие с треском вверх, голубые и ярко-красные.

М. Пришвин «Времена года»

Пришвин Михаил Михайлович

Деревья в плену

Дерево верхней своей мутовкой, как ладонью, забирало падающий снег, и такой от этого вырос ком, что вершина березы стала гнуться. И случилось, в оттепель падал опять снег и прилипал к тому кому, и ветка верхняя с комом согнула аркой все дерево, пока, наконец, вершина с тем огромным комом не погрузилась в снег на земле и этим не была закреплена до самой весны. Под этой аркой всю зиму проходили звери и люди изредка на лыжах. Рядом гордые ели смотрели сверху на согнутую березу, как смотрят люди, рожденные повелевать, на своих подчиненных.

Весной береза возвратилась к тем елям, и если бы в эту особенно снежную зиму она не согнулась, то потом и зимой и летом она оставалась бы среди елей, но раз уж согнулась, то теперь при самом малом снеге она наклонялась и в конце концов непременно каждый год аркой склонялась над тропинкой.

Страшно бывает в снежную зиму войти в молодой лес: да ведь и невозможно войти. Там, где летом шел по широкой дорожке, теперь через эту дорожку лежат согнутые деревья, и так низко, что только зайцу под ними и пробежать…

Голубые тени

Возобновилась тишина, морозная и светлая. Вчерашняя пороша лежит по насту, как пудра со сверкающими блестками. Наст нигде не проваливается и на поле, на солнце, держит еще лучше, чем в тени. Каждый кустик старого полынка, репейника, былинки, травинки, как в зеркале, глядится в эту сверкающую порошу и видит себя голубым и прекрасным.

Тихий снег

Говорят о тишине: «Тише воды, ниже травы…» Но что может быть тише падающего снега! Вчера весь день падал снег, и как будто это он с небес принес тишину… И всякий звук только усиливал ее: петух заорал, ворона звала, дятел барабанил, сойка пела всеми голосами, но тишина от всего этого росла. Какая тишина, какая благодать.

Прозрачный лед

Хорошо смотреть на тот прозрачный лед, где мороз не наделал цветов и не закрыл ими воду. Видно, как ручей под этим тончайшим льдом гонит огромное стадо пузырей, и выгоняет их из-под льда на открытую воду, и мчит их с большой быстротой, как будто они где-то ему очень нужны и надо успеть их всех согнать в одно место.

Смотрите также: «Белолобый» А.П. Чехов

Читайте также:

  • Стихи жизнь игра

    Вы когда-нибудь жульничали в игре, не важно будь то детские прятки, когда ты подсматриваешь куда…

  • Паустовский стихи для детей

    Приветствую всех авторов на конкурсе детских стихов "МышьЛяльки" С вами ведущая Светлана Коробко.Сегодня речь пойдёт…

  • Стихи о пещерах

    Загадки для детей 8 лет с ответами могут стать отличной гимнастикой для мозга младших школьников.…

Блаженство видеть природу. Зеленые страницы. Рассказы для детей о природе.


Посмотреть на обложку

Сентябрь 2011 года

Закрыть окно

К 270-летию со дня рождения Петра Палласа

(Продолжение. Начало см. в «Костре» № 8, 2011)

Еще в гимназии Петр Паллас увлекся естественной историей, особенно изучением насекомых и птиц. В университете он, будучи студентом-медиком, продолжил свои любимые занятия, уделяя особое внимание лекциям по анатомии, ботанике, зоологии. Конечно, отец хотел видеть в сыне продолжателя своего дела, он надеялся, что сын станет медиком. Но тяга к изучению живой природы не давала Петру Палласу покоя, и он упросил отца отпустить его в Голландию, где в то время были сосредоточены основные зоологические и ботанические коллекции, собранные в заморских странах.

В Гааге появилось первое крупное сочинение Палласа «Картина животнорастений», где он окончательно утвердил, что губки и кораллы вовсе не растения, а настоящие животные. Затем Паллас занялся другими животными, в том числе и млекопитающими, описав значительное число новых видов. Кстати говоря, Паллас выделил морских свинок из рода мышей в отдельную группу грызунов и дал им современное научное название.

Конечно, любознательность ученого не давала покоя Палласу, ему мало было изучать собранные путешественниками материалы, хотелось самому видеть животных в природе. И он засобирался в путешествие в Индию. Но отец воспротивился этому, и об Индии пришлось забыть.

Как раз в это время Палласу пришло приглашение из Петербурга стать профессором естественной истории при Императорской Академии наук и отправиться в путешествие по Сибири. От такого приглашения отказаться было невозможно.

В апреле 1767 года Паллас принял приглашение Российской Академии. Уже через год, в июне 1768 года, Паллас отправился в первое длительное путешествие.

Маршрут экспедиции проходил через Москву, Владимир, Арзамас, Пензу, Симбирск и далее по реке Урал к Каспийскому морю и на Урал и в Западную Сибирь. В 1772 году путешественники достигли Забайкалья. Обратный путь в Петербург лежал через Кавказ.

Экспедиция длилась шесть лет и проходила в тяжелейших условиях: бездорожье, неудобные повозки, грязные холодные избушки на ночевках, отсутствие нормальной еды. Был случай, когда Паллас, переправляясь через реку, провалился под лед и сильно простудился. Простуда эта давала себя знать до конца жизни.

Из экспедиции Паллас вернулся седым и больным, но не переставал говорить: «Блаженство видеть природу в самом ее бытии, где человек очень мало отошел от нее, и ей учиться — служило для меня за утраченную молодость и здоровье лучшей наградой, которой от меня никакая болезнь не отнимет».

После возвращения из сибирской экспедиции Паллас провел в Петербурге около 20 лет, обрабатывая собранные материалы. В этот период вышло из печати многотомное «Путешествие по разным провинциям Российской империи» и множество отдельных статей о животных, растениях, минералах и народах, встреченных во время путешествия. Дальнейшее — в следующем номере журнала.



Рассказы о природе стали для Паустовского "внутренней эмиграцией" / Авторские материалы / Радиостанция "Вести FM" Прямой эфир/Слушать онлайн

В четверг исполняется 120 лет со дня рождения писателя Константина Георгиевича Паустовского. Воспевший природу Мещерского края, писатель, тем не менее, дорог нам сегодня не только любовью к русской природе, считает культурный обозреватель "Вестей ФМ" Григорий Заславский.

Во многих домах, где еще сохранились домашние библиотеки, среди других сохранился, наверное, и коричневый шеститомник Паустовского, где во всех подробностях, во всей своей красоте воспета природа Мещерского края, не только она, но больше всего Паустовский написал, конечно, про Мещерские земли, про Тарусу. Вероятно, для очень многих сегодня знакомство с Паустовским начинается и оканчивается в средней школе: в обилии примеров разных предложений, прилагательных, для изложений и диктантов примеры из Паустовского встречаются часто - он удобен, политики никакой, а любовь к родной земле воспитывать нужно в любые времена, вне зависимости от того, какая партия руководящая.

Кстати, жизнь в Тарусе, тогда, в 50-60-е, ставшей этаким форпостом интеллигентского вольнодумства, тратилась Паустовским не на одни только походы на природу и письма о ней. Он стал инициатором и издателем сборника "Тарусские страницы", и в этом сборнике, напечатанном на желтой газетной бумаге в Калужском издательстве, впервые после лет забвения появились стихи Цветаевой, там же был опубликован Наум Коржавин, впервые после ссылки, там же стихи Слуцкого, повесть Окуджавы "Будь здоров, школяр!"

В выходных данных сборника тираж обозначен - семь тысяч, а вышла из печати только половина, больше не дали... Обсуждали "Тарусские страницы" в ЦК КПСС, назвали идеологической ошибкой. Паустовский потом, уже в 1966, как будто неясно было, к чему все идет, подписал письмо деятелей науки и культуры Брежневу против реабилитации Сталина, "Тарусские страницы", именно потому, что в сборнике было много репрессированных и реабилитированных, был конечно, оттепельной книжкой. Один из немногих печатных документов оттепели.

А как он защищал Дудинцева: "Это - последствия культа личности, причем этот термин я считаю деликатным. Это темная опара, на которой взошли эти люди, начиная с 1937 года. Обстановка приучила их смотреть на народ, как на навоз. Они дожили до наших дней, как это ни странно на первый взгляд. Они воспитывались на потворстве самым низким инстинктам, их оружие - клевета, интрига, моральное убийство и просто убийство. И если бы не было Дроздовых, то в нашей стране были бы такие великие талантливые люди, как Мейерхольд, Бабель, Артем Веселый, многие, многие другие".

Он не был антисоветчиком, в 20-е работал в "Окнах РОСТА", ездил и писал репортажи со строек социализма. Но и тогда и потом лучше всего писал о природе, которую любил и когда солнце, и когда дождь и слякоть. Ну, как Россию, независимо от погоды, во всех смыслах. Рассказы о природе, кто-то верно заметил, для Паустовского - своего рода внутренняя писательская эмиграция. Спасшая его в том числе и от сталинских репрессий. Все это, наверное, будет интересно узнать тем, кто сегодня живет где-нибудь в Ясеневе и каждый день проезжает или проходит по улице Паустовского.

33 стихотворения о природе, почитающих мир природы

Стихи о природе: в разгар сезона комаров они являются нашим связующим звеном с природой, единственным способом насладиться прекрасным зеленым миром. (Нет? Только я? Хорошо.) Взгляд поэтов, их наблюдение, проницательность и игра слов могут привлечь к нам окружающую среду способами, о которых мы не думали, способами, о которых мы, возможно, не знали, как смотреть. Хорошее стихотворение о природе тормозит. Это напоминает нам о грязи, по которой мы ходим, о деревьях, мимо которых мы проходим, о птицах над головой, о руках, которые обрабатывали и сажали, о выживании семян - животных и людей - несмотря ни на что.И в этом видении, в этом воспоминании мы чтим красоту и жестокость мира природы. С этой целью вот 33 стихотворения поэтов, которые не обязательно могут считаться «поэтами о природе», но чьи стихотворения о природе актуальны.

А теперь обо всем по порядку: мне нужно, чтобы вы знали, что я могу заполнить целый пост стихами Мэри Оливер о природе. На самом деле, я рекомендую вам ознакомиться с сообщениями других участников бунтарей: 5 цитат из стихов Мэри Оливер, которые могут спасти человечество; Благодарность Мэри Оливер в день ее рождения; и «Покупай, занимай, обходи: призыв к языку» (или «Мэри Оливер»).Мой лучший совет - просто прочти всю Мэри Оливер. Ваша душа будет вам благодарна.

То же самое можно сказать и о Венделле Берри, который одновременно является поэтом и борцом за охрану природы и опубликовал много стихов и документальной литературы на эту тему. И я бы посоветовал вам ознакомиться с публикацией Валери Майкл «100 книг о природе, которые необходимо прочитать» (включая Берри). Хотя это и не поэзия, но обязательно, это отличный список книг, которые помогут вам соприкоснуться с вышеупомянутой красотой и жестокостью.

И послушайте, Уильяму Вордсворту и Джону Китсу моя помощь не нужна. Но черт возьми, они много писали о природе. Так что переходите по этим ссылкам, если хотите познакомиться с романтиками.

Без лишних слов, перейдем к стихам о природе.

Информационный бюллетень «Проверьте свою полку»

Подпишитесь, чтобы получать новости, списки книг и многое другое от Библиотекаря "Проверьте свою полку".

Спасибо за регистрацию! Следите за своим почтовым ящиком.

Регистрируясь, вы соглашаетесь с нашими условиями использования

«Дикие анютины глазки» Лизы Беллами

В качестве семени меня выстрелили из задней части синей сойки

когда, беспечно, она перелетела через луг.
Она проглотила меня на моей родине, когда шпионила за мной
спокойно лежать под солнцем - кратко, я назвал ее Мать
прежде, чем я прошел через ее глотку, как призрак.
В мгновение ока я стал сиротой. Я дрожал
где я упал, один в грязи. Та первая ночь
была долгая ночь, начало мая и холодно, и я помню
дождь наполнил мою борозду. Я взывал о пощаде -
только росомаха прошла мимо. Я проклял свою удачу,
Я проклял случайность этого мира, я почувствовал запах
его горячая вонь, но он глубоко вонзил меня в грязь -
это был дар безвестности.Я проросла, спрятана
от гигантов земли толкающихся стеблей,
различные шумные цветы, и это было моим спасением.
Через семь дней и ночей я протолкнулся -
да. Вот я, целоваться: твое крошечное пурпурное изобилие.

(Слушайте аудио!)

«Посев семян» Роберт Фрост

Вы пришли забрать меня с работы сегодня вечером.
Когда ужин будет на столе, и мы увидим
Если я могу перестать закапывать белые
Мягкие лепестки, упавшие с яблони.
(Мягкие лепестки, да, но не совсем бесплодные,
Смешанные с этими гладкими бобами и морщинистым горошком;)
И уходи вместе с тобой, пока не потеряешь из виду
К чему ты пришел и стал, как я,
Рабом весенняя страсть к земле.
Как Любовь прожигает Посадку в семя
Наблюдение за тем ранним рождением
Когда, как почва тускнеет от сорняков,
Появляется крепкий саженец с изогнутым телом
Пробираясь плечом и сбрасывая земные крошки.

«юг» наташа трэвей

Homo sapiens - единственный вид
, подвергшийся психологическому изгнанию.
—E. О. Уилсон

Я вернулся в сосновую рощу,

фаланга тонкая как кость

по обочине дороги, клубок

недоверия - диалектика тьмы

и свет - и цветущие магнолии

как запоздалая мысль: каждый цветок

капитуляция, белые флаги задрапированы

среди филиалов.Вернул

до конца суши, полоса побережья

сплошные и закопанные в песок:

мангровые заросли, живой дуб, морской луг

снесены и заменены тонкими ладонями -

пальметты - символы победы

или вызов, снова и снова

, отмечая эту побежденную землю. Вернул

на поле хлопчатобумажное, священная земля - ​​

, как гласит легенда о рабах - каждая коробочка

хранит призраков поколений:

измеривших свои дни

по весу мешков и по длине

рядов, пот которых покрыл хлопчатобумажные растения

все еще вшиты в нашу одежду.

Я вернулся на поле битвы за деревню

, где цветные войска сражались и умирали -

Порт-Гудзон, где опухли их тела

и почерневший под солнцем - непогребенный

, пока зеленый лист земли не накрыл их,

без надгробий.

Где дороги, здания и памятники

названы в честь Конфедерации,

там, где еще висит старый флаг, я возвращаю

в штат Миссисипи, заявить о совершении преступления

меня - мулат, метис - коренной

на моей родине, здесь меня похоронят.

«Что я бы хотела вырастить в своем саду» Кэтрин Ригель

Пионы, тяжелые и розовые, как платья подружек невесты 80-х.
, и ароматные точно так же. Душистый горошек,
, потому что мне нравятся противоречивые запахи, и автомобиль
, на котором я ездил в колледже, был назван так: горохово-зеленый Datsun
со способностью давать обратный эффект.

Сахарный горошек, который я мог бы также назвать
укусом памяти из-за того, какой он на вкус, как будто
в четырнадцать лет и все еще оплакивает коневодческую ферму
, с которой меня вырвали в десять.
Также: шалфей, мята и тимьян - часы
лета - арбуз и голубая лобелия.

Лаванда для пчел и потому, что я ненавижу
, все запахи фальшивой лаванды. Помидоры нарезать
и выложить на гренки для BLT, с или без
, b и l . Я бы тоже хотел посадить
сладкий алиссум, пахнущий медом и покоем,
, и чтобы он цвел даже в жаркую погоду,

, а также лилии, так что у меня есть что-то
, чтобы посмотреть, когда появятся кролики.
Они всегда приходят. Они
всегда голодны. И я думаю, что закончил
, защищая одну сладкую вещь от другой.

«летний хайбун» Эйми Нежукумататхил

Ко всему, есть сезон попугаев. Вместо перьев в последнюю ночь мы искали в небе метеоры. Саламандры используют звезды, чтобы найти дорогу домой. Кто знал, что они могут видеть так далеко, фиксировать крошечные бусинки своих глаз на далеких огнях, чтобы вернуться в мокрые и дикие гнезда? Наши головы наклоняются вверх и вверх, и мы стараемся никогда не смотреть друг на друга.Вы родились в день, когда персики раскалываются из-за такого сильного дождя, и скользкий запах свежей смолы и асфальта разносится по потрескавшейся парковке. Вы были достаточно сильны - даже в детстве - чтобы сжимать горсть чертополоха, и само солнце гордо освещало ваши зубы, когда они впервые опухли и вышли из ваших десен. И вот чем я всегда буду помнить тебя, когда мы снова будем прикрыты: по бледным слюдяным пятнам на твоих плечах. Некоторые брошены туда из-за твоей собственной улыбки. Некоторые из моих собственных зубов. Не хватит банок с вареньем, чтобы запастись этим летним небом ночью.Этой зимой я хочу выложить эти маленькие метеориты на кусок еще теплого хлеба. Любой след, оставшийся на ноже, сделает кухонную раковину такой же, как вечерний воздух

прохладная ночь перед
звездными дождями: такая липкая, такая
теплая, такая полная света

«Эрмитаж» Джозефа Фазано

Правда, были времена, когда было слишком много
, и я ускользал при первых лучах света или его последний час
и ехал по извилистой дороге долины

и поплыл к тем руинам на острове.
Черные дрозды были единственной музыкой в ​​елях,
и звезды, когда они погасли, предложили мне себя

, как стаканы с водой звенят у пустого постельного белья мертвых.
Когда Далила смотрела, как падают темные волосы ее любовника
, она не раскололась. Когда Авраам

уступил, он не уступил.
Тем не менее, я бы сказал вам о смирении и пробуждении.
Я бы сказал вам о безумных часах капитуляции,

, когда река обдирала
камней бухты с краю, и черные дрозды построили
свои строгие песни на высоте

сосны, когда огромные гнезда раскачивали решетку
ветвей, грубая музыка луны
касалась их огнем.

А ты там, чужой во власти
его, что бы ты сделал
там, в развалинах, когда они поднялись

от вас, когда поднялись горящие крылья
, когда старые призраки
сотрясли музыку с ваших ветвей и великую ложь

вашей сладкой жизни было поднято?

«Огонь» Кэти Форд

Когда человека спрашивают о конкретном пожаре,
она подходит близко:
значит слишком жарко,
поэтому она поворачивает лицо -

, и тогда появляется лес ее сносной жизни,
всегда по ту сторону огня.Огонь
, о котором ее попросили рассказать,
, ей нужно отвернуться от него, поэтому история, которую вы слышите
, - это история сосен и подергивающихся листьев
и то, что ее тело не похоже ни на то, ни на другое -

все это время есть огонь
за ее спиной
, который она ощущает в мельчайших деталях,
как если бы пламя было дремелем
, а ее спина - его травильным стеклом.

Вы не узнаете всего о пожаре
просто потому, что спросили.
Когда она говорит о лесу
это то, чему она вас учит,

вы, которые думали, что вы ее хозяин.

«Кардиналу, атакующему свое отражение в окне» Лии Наоми Грин

«Это ты сам», - говорю я ему.
Он никогда меня не видел.

Его быстрое дыхание исчезает на стекле по мере его образования: воздух
, который питает его кости своей долей

охотно так как кормит мой. Он проводит здесь,
осажденных унылыми птицами, которые собирают

и которого он не может коснуться, его собственные перья
красные, как кровь.

Дорогая птица,
сколько «я» ты должен победить?

По утрам его крылья подсвечиваются.Они бьются,
тонкие, крестообразные, пустотелое перо, полая кость.

В метель его фурор - единственный цвет,
- единственная форма. Он ждет

, чтобы трус вышел. За всю зиму он не копил ничего, чтобы поесть.

Я видел женщину за день до его исчезновения.
Ее клюв такой же оранжевый, ее спокойное тело смотрело на него.

Я озвучивал для нее: вариации на тему гордости
и терпение женщин, которых я знал

, чьи мужья совершали настойчивые, сильные,
и странные поступки.Может, она знала, что сейчас весна. Я этого не сделал.

На следующий день он пришел однажды
, чтобы бросить яркую монету своей жизни в окруженный стеной мир,

, как будто для того, чтобы убедиться, что
его ранило не перо против перья.

«Колибри» Робина Беккера

Я люблю жужжание существа, пришедшего
, чтобы навестить розовые
цветов в подвесной корзине, как и она

большинства августовских утра,
часов до голода, чтобы накопить
энергии, достаточной для того, чтобы выжить в течение ночи.

Ацтеки видели в преломлении
падающего света на крыльях
как воскрешение павших воинов.

Осенью, когда световой день уменьшается на
, они удваивают свой вес, чтобы пережить
перелет через Мексиканский залив.

На практически ничего не моя мама
летала 85 лет; после ее смерти в
году она парила, птица из костей и воздуха.

«пляж милосердия», автор - камила аиша мун

Каменистые тропы неровной красоты поднимаются вверх
, как растяжки, пересекающие песчаные бедра.
Все, что принесла нам Земля, нас обманывает.
И изувеченные тела строят наши акры.

Младенцы, спящие в колыбелях из тесаного камня
учатся переносить приближающуюся твердость.
Жесткая грация, выкованная в нежных костях -
пусть это послужит им и благословит их.

Они вырастают и разбивают горе на острова
из обожженного на солнце камня, погруженного в соль
поцелуев, измученных пылом океана
неумолимым, как любая сильная любовь.

Пусть они найдут ласки, устраняющие боль.
Подобно Земле, они размахивают золотыми ранами!

«закат» Ари Баниас

Я смотрю, как женщина делает фото
цветущего дерева на свой телефон.
Будущее, на которое никто не взглянет,
вечная дрожь, которой не было
и нет. Я сфотографировал закат.
Лично, «вау», «красиво»
, но изображение может быть только
таким же интересным, как слово, повторяющееся до тех пор, пока оно не опустеет.
Думаю, я верю в это.
«Закат» - слово вмещает больше, чем фотография.
Так как он объявляет солнце, то убирает его.
Мы пошли в маковый заповедник
, где маков было немного, но щедрые комки
из них росли прямо за забором
, как немного жестокий урок.
Я смотрел на твое лицо, вне досягаемости.
Цветки уменьшены линзой.
Женщина пытается и пытается сделать это правильно
согнув колени, запрокинувшись назад.
Я фотографирую закат со вспышкой.
Я думаю, что у меня есть чему-то
, чему можно научиться из всего, чему не научился из уличного фонаря
, который неприятно светит в мою спальню.
Это моя фотография цветущего дерева.
Мысль,
проносящаяся по чьему-то лицу.

«Ария природы» И Лея

переведено Трейси К. Смит и Чангтай Би

Осенний ветер гонится в
Со всех сторон
И тысяча целомудренных листьев
Дай дорогу.

Разбей во мне семена
Из тысячи саженцев.
Пусть вырастут травянистые небеса.
На моем лбу: солнце.
Это блаженство твое, Жизнь в мире
, и одному оно длится.
Музыка в полночь.
Молодое вино.
Влюбленные рука об руку
При дневном свете, при лунном свете.
Живой мир, держи меня
Во рту,

Надень свои легкомысленные туфли
И танцуй со мной. Моя душа
Это дикая виноградная лоза
Кто один ухватился за нее,
Кто видел ужасный заговор,
Кто придет вовремя, чтобы победить
Река уже тяжела в цветах,
Луна проливает свет на стаи
Людей. Что печальнее бестолковых
Волков, ветра без границ,
Безнациональных птиц, маленьких подарков
Насыщенных любовными намерениями?

Пригоршни дождя падают, наполняют
Мое сердце грязью.Старый ветер
Может еще погоняться.
Воскресенский огонь. А я здесь
Смеющийся, как облако в штанах,
Умоляющий землю похоронить меня.

«Серая цапля» Голуэя Киннелла

Он неподвижно держал голову
, в то время как его тело и зеленые ноги
качались широкими дугами
из стороны в сторону. Когда
он скрылся из виду,
я пошел за ним, но все
я смог найти там, где я был
ожидал увидеть птицу
была трехфутовой ящерицей
с неподходящей кожей
и с линейным ртом
выразительный уравновешенный характер
минерального царства.
Он остановился и наклонил свою голову,
, который был очень похож на
, полевой камень с глазком
, который наблюдал за мной
, чтобы увидеть, пойду ли я на
или переоденусь во что-то другое.

«брак» Николь Каллихан

и последнее, я могу сказать только
, что из-за дождя рогозы выросли настолько высоко
, что тоска почти утихла
сегодня утром Я весь самогон на сугробе
по часовой стрелке назад к лучшему Я
нежная маргаритка, хотя вчера я была
тропа войны и мечты о животных под ногами
о мой рыболовный крючок в овчине Я хочу, чтобы
вышел в открытый космос вовремя с вами чайная ложка
сахара в рот, чтобы вычистить конские волосы
из-под ваших ногтей медовый месяц
из длинного дома Я встречу вас на shadyside
известняка в течение многих лет я был теплым
с болью в спине, но теперь я сиг
и ежевика Я терпеливый и слабый
пахта и материнство водонепроницаемая громовая птица
прости мне мое уничтожение моего тупика и прежде всего
прости мне мой масляный комок мой отжатую мочалку из
луга кладбища Я почти не узнал
то, чем я почти стал яичной скорлупой акварель
осушенная слизь для трубки dbye o, мое вечное постельное белье
твое - умывальник
, теплый для тела, в который я погружаюсь ночь за ночью, и часы из кизила
тикают по чашке жевательной резинки от боли в ушах у наших девочек
ты моя длина волны мой копчик лимонно-известковое желе
короткое замыкание на спине пляжник Я делаю Я делаю

«Веселая осень» Пол Лоуренс Данбар

Это все фарс, - эти сказки рассказывают

О вздохе ветерка,

И стонет над полем и лощиной,

Потому что год умирает.

Такие принципы самые абсурдные, -

Меня не волнует, кто их первым научил;

Ни о зверях, ни о птицах ничего не известно

Сделать осень торжественной.

В торжественные времена, когда господствует горе

С огорчением,

Обратите внимание на больше черного и серого

Затем будет использован при перевязке.

Теперь повсюду пурпурные оттенки;

Небо голубое и нежное;

И трава переворачивает землю

От скромного зеленого до желтого.

Семена жгут со смехом

По перистому и дурманскому;

И листья, которые должны быть одеты в черное

Все облачены в малиновый цвет.

Мимо пролетает бабочка;

Пение птицы идет вслед;

И природа, все от земли до неба,

Клокочет смехом.

Рябь на ручьях,

Как сверкающие маленькие девчонки;

Солнечный свет бежит по холмам,

И смеется среди травы.

Земля полна веселья

Он действительно не может этого вместить;

И потоки веселья так свободно текут

Небеса, кажется, проливают дождь.

Не рассказывай мне о торжественных днях

В пору пышности осени,

Поскольку солнце светит меньше лучей,

И они становятся наклонными и стройными.

Ну, это кульминация года, -

Самая высокая продолжительность жизни! -

До тех пор, пока не разразится его взрывное настроение

Просто тает в благодарении.

«встряхнул фольгой» Кваме Дауэс

Я

Вся земля наполнена любовью к Богу.
В глуши зеленый свет
поражает распустившимися белыми лепестками,
мягкими дорожками для молящейся птицы
, ныряющей в нектар, устремляющейся в старт
среди путаницы кустов и деревьев.
Моя головокружительная прогулка по этому пестрому гроту
опьяняется медленной душной
басовой партии регги, находя ее мелодию
в мягком дыхании земли.
Я нахожу узкий ручей, как нюхает собака,
и окунаю свои потные ноги в прохладу.
Сидя в этом лоне космоса
салат-романтик во мне сочиняет стихотворение. Это все, что я,
, могу собрать
до того, как шум школьников
ищет изгибы ветвей гуавы
, всех напугает своими ругательствами и завываниями;
- плачущий ребенок с сопливым лицом, вечно плачущий -
- с ритуальными паузами для дыхания и жалости.
Вслед за ними я нахожу серебряные внутренности выброшенных
коробок из-под сигарет, анемичный бледный блеск брошенных презервативов
, разбитый коричневый блеск бутылок Red Stripe
, смесь костей и гниющих фруктов,
там во внезапно появившемся белом свете полудня. .

II

Как быстро величие растворяется в стихотворении,
как легко рушится все задумчивое.
Иду от ручья. За секунды
пот пропитал мою шею и спину; камни забивают мою обувь,
мух колют мое пылающее лицо и уши,
ежевика рисуют тонкие линии крови на моих руках.
Здесь скрывается избыток любви;
По крайней мере, так вера утверждает себя.
Я выхожу из долины противоречий,
мое сердце бьется от усилий, и стою, глядя на
над берегом, далеко в Кингстон-Харбор
и сине-серое Карибское море.
Я задумываюсь об этом путешествии
и с удивительной уютностью он подходит;
- это звук регги: мягкий блюзовый
прогулки по мягкой плодородной земле, борьба с трещиной
поперечной палки; скрип гитары,
электронное управление цифровым звуком,
и жалобный вой скрипящего голоса.
С закрытыми глазами я опьянен нежным,
плаванием, плаванием среди зелени лучших дней;
, и я поднимаюсь из лужи звука, скользкого с
, теплой цепляющейся музыкой на моей коже,
и выхожу на более сухую затхлую дорогу
, которая ведет в ожидающий город флуоресцентных огней.

«лягушки едят бабочек. змеи едят лягушек. свиньи едят змей. мужчины едят свиней ». по Уоллес Стивенс

Это правда, что реки текли, как свиньи,
Тянули берега, пока не казались
Мягкими брюшными звуками в сонных желобах,

Что воздух был тяжел от дыхания этих свиней,
Дыхание жаркого лета, и
Тяжелого от гремящего грома,

Что человек, который построил эту хижину, посадил
Это поле и некоторое время ухаживал за ним,
Не знал причуд образов,

Что часы его праздных, засушливых дней,
Гротеск с этим носом в банках,
Это сонливость и раттапалакс,

Казалось, кормили себя его засушливым существом,
Как свиноподобные реки кормили себя грудью
Пока они уходили к морю к морским устьям.

«как был создан млечный путь» натали диаз

Моя река когда-то была неразделенной. Был Колорадо. Красный -
быстрый флуд. Можно взять

все, что можно намочить - в дикой спешке -

до Мексики.

Теперь он разрушен пятнадцатью плотинами
на протяжении тысячи четырехсот пятидесяти миль,

трубы и насосы для заполнения
бассейнов и оросителей

в Лос-Анджелесе и Лас-Вегасе.

Чтобы спасти наших рыб, мы подняли их с наших каркасных русел рек,
выпустили их в наши небеса, установили их звездой -

‘Achii‘ ahan, Лосось Мохаве,

Колорадский судак -

Там они скользят, усыпанные звездами.
Вы видите их сейчас -

большой, золотисто-зеленые стороны,

лунно-белые живот и грудь -

пробиваются на большой скорости в самые темные часы,
переливают сапфировую небесную воду по галактической дороге.

Размытый след, который они тащат, пробивая путь
по ночному небу, называется

.

‘Achii‘ ahan nyuunye -

наши слова для Млечный Путь .

Койот тоже там, скрюченный на луне,
после неудачной попытки перепрыгнуть его, промокшая рыболовная сеть

и пустой, за спиной -

заключенный синий и мечтающий

расстегивания молнии с шелковой шкуры лосося зубами.
О, слабость любого рта

, отдавая себя вселенной

молочного тела.

Как мои собственные уста мечтают жаждать
долгих путей желаний, дорог в сто тысяч световых лет

горла и бедер.

«Тутовые поля» Люсиль Клифтон

они думали, что поле тратится зря

и так они собрали маркерные камни и камни и

сложил их в сарай, говорят, что камни имели форму

на некоторых из них нацарапаны треугольники и другие формы

, должно быть, пытался изобрести новый язык, как они говорят

скалы пошли на строительство той стены, охраняющей поместье, и

некоторые были использованы для государственного дома

урожая отказались выращивать

Я говорю, что камни отметили старый язык, и он назывался вечностью

и указал на реку, я говорю, что после того сбора

без подушки в большом доме приснилось я говорю что где-то под

здесь формирует одну по имени Алиса, правнук которой сейчас старый

тоже и отказывается говорить о рабстве, я говорю, что на

Masters table только одна тарелка для ужина я говорю нет семян

может процветать на этой земле, будучи посаженным, а затем оставленным диким

ягоды согревают поле костей

цветение, как я должен сказать

«Невероятно красиво, как небо цветет темно-коричневой в конце дня сквозь навес» Габриэль Кальвокоресси

Саммерс тренировался в квартире
подъезд: рука на перилах, одна ступня за
, другая.Я когда-нибудь говорил вам, что не могу ходить

, пока мне не исполнилось три года, а потом я как бы таскал
вверх и вниз, пока мне не исполнилось семь.
или восемь? Этот бордовый ковер.

Я останавливался, чтобы дышать, и смотрел в окно,
над кирпичными многоквартирными домами, в сторону здания Капитолия
. Дубовые листья полны позднего лета

солнышко даже подумал «Непристойно» и стоял ошеломленный
на мгновение. Мой Бог. Желание отдохнуть, как птицы,
на телефонных проводах, болтать, как адвокаты

в конце дня.Я бесполезный
Ambassador с третьего этажа. Я был последним,
, так что дверь осталась открытой. Я все еще вижу его зияющую

с двух этажей вниз. Иногда играла музыка.
Иногда я чувствую запах ужина. Соседи перестали
поздороваться. Ужасно красиво как небо

выглядел так, как я стоял после их ухода. Приятнее как-то
посередине. Все деревья заправляют дроздов
в свою темноту. Это действительно заняло так много времени.

«300 коз» наоми шихаб нье

В ледяных полях.

В баке течет вода?

Будут ли они сбиваться в кучу, прижимаясь теплыми телами?

(Год козы или овцы?

Ученые обсуждают китайский зодиак,

последователь или лидер.)

O отвести их в теплый угол,

малышей в сторону больших тел.

Подведите их к кустам, рассекающим ледяной ветер.

Еще одна холодная ночь, спускающаяся вниз -

Вы не беспокоитесь о них? Прошу друга,

, которая живет одна на козьем ранчо,

далеко отсюда, недалеко от города Озона.

Она пожимает плечами: «Не совсем,

.

они знают, что делать. Это козла ».

«Молитвенное дерево» Мелинды Паласио

Десять лет езды по одному и тому же шоссе, мимо того же дерева, изображение
, наконец, завершено. Эвкалиптовое дерево и узкие птицы над стальным морем
года, благословенное стальным морем
года, без мыслей о вчерашнем, сегодняшнем или завтрашнем дне.

Черные бакланы на голых ветвях расправляют крылья, словно в молитве
.
Солнечный день в Саммерленде и дерево, видимое только с шоссе
,
скрывает свою кающуюся жердь от мчащегося слишком быстро машин.

Четыре колеса поворачивают, чтобы избежать отвесного обрыва, двигаясь на юг по шоссе 101.
Толстое солнце скользит своим желтком в стеклянный океан. Притормози, посмотрите
- пустое гнездо из плетеных круглых прутьев на молитвенном дереве.

Птицы купаются в лучах, не опасаясь меланомы или прощения природы.
. Гладкие недостатки, мокрые крылья
открываются и закрываются азбукой Морзе на прощание.

Лэнгстон Хьюз «негр говорит о реках».

Я знал реки:
Я знал реки древнее, чем мир, и старше
потоков человеческой крови в человеческих жилах.

Моя душа стала глубокой, как реки.

Я купался в Евфрате, когда были молодые рассветы.
Я построил свою хижину недалеко от Конго, и она убаюкивала меня.
Я посмотрел на Нил и поднял пирамиды над ним.
Я слышал пение Миссисипи, когда Эйб Линкольн
спускался в Новый Орлеан, и видел, как его грязная грудь
становилась золотой на закате.

Я знал реки:
Древние, мрачные реки.

Моя душа стала глубокой, как реки.

«на поляне» Патрисия Хупер

После вчерашнего дождя лес
пахнет чувственно - смесью листьев и мускуса.
Сморчки исчезли, и скоро я найду
тех желтых лисичек, которые продают
в городе на фермерском рынке. Однажды я увидел
шведскую женщину, которая сама выращивает пищу,
собирает для них еду, двух белокурых мальчиков
, ссорящихся возле пикапа, а на следующее утро
они продавали их со своего стенда у дороги.

Здесь, среди прошлогодних мертвых
листьев с торчащими из них новыми побегами елей
, я пришел туда, где свет
освещает поляну папоротников и бревно, которое здесь поставил кто-то другой
- резное «BW» - где я иногда сижу
, чтобы послушать птиц. Сегодня солнце пробивает
мокрых ветвей, открывая чистое небо,
ярких, лазурных оттенков. И вдруг плот несущихся облаков

обещает больше дождя. Если он придет, я буду читать весь день -
Генри Джеймса или, может быть, Юдоры Велти
Delta Wedding , где столько персонажей
борются за внимание, что я никогда не смогу их удержать.
Здесь больше никого нет, не с кем переживать из-за
, спорить или любить. Может быть, земля
предназначалась только для этого: маленькие приходы и уходы
на лесной подстилке, подлесок astir
со своей тайной жизнью. Если я сижу достаточно неподвижно
среди сырых деревьев, иногда я вижу мир
без себя, и - это всегда меня удивляет -
вообще ничего не теряется.

«мир» Дженнифер Чанг

Однажды зимой я жил на севере один

и без усилий, мечтаю о себе

в прошлое.Возможно, подумал я,

слов могут пополнить конфиденциальность.

Снаружи замерз красный велосипед

в форму, сделал мир фальшивым

в белом строгом стиле. Так много

происходит после урожая: луна

исполнительская новинка: убой,

снега. Один час тот же

как следующий, держал за руки

или проходил снег. Я был как скульптура,

забывая или, возможно, вспоминая

все.Красные крылья в снегу,

красные мысли пылают на войне

Я снова был наедине с собой.

Все, что я ненавижу в мире

Я ненавижу себя, даже сейчас

писать, как если бы это был закон

природы. Скажем, были олени

флот в снегу, выходит

холод и еще гинкго

голый в роще нищего. Скажите

Я был не единственным, кто видел

или слышал деревья, их неуверенность

больше, чем мой шум.Возможно

будущее - крошечное пламя

Я сниму от свечи. Во-первых, я горю.

Тогда онемение. Почему надо каждую зиму

становятся холоднее и увереннее?

«У окна» д.х. Лоуренс

Сосны наклоняются, чтобы послушать бормочущий осенний ветер.
Нечто, от чего трясутся от истерического смеха черные тополя;
В то время как дом дня медленно закрывает свои восточные ставни.

Дальше по долине скопившиеся надгробия отступают,
Вьются в своей тусклости серые тени тумана, после
Уличные фонари в темноте внезапно начали кровоточить.

Листья летают над окном и проносятся мимо, произнося слово.
К лицу, которое склоняется из темноты, пристальное, с двумя темными глазами.
Эти часы навеки серьезно из-за оконного стекла.

«Сонет» Алисы Данбар-Нельсон

Я не думал о фиалках в последнее время,
Дикие, застенчивые, что весной под ногами
В тоскливые апрельские дни, когда влюбленные спариваются
И бродят по полям в сладком восторге.
Мысль о фиалках означала цветочные магазины,
И банты, и булавки, и ароматную бумагу в порядке;
И яркие огни, и мясные щенки,
И кабаре, и песни, и мертвое вино.
Я так далек от сладких вещей, о которых я думал,
Я забыл о широких полях и чистых коричневых ручьях;
Совершенная красота, сотворенная Богом, -
Дикие фиалки застенчивы и возносятся в небеса сны.
А теперь - невольно ты заставил меня мечтать
О фиалках и забытом свете моей души.


Попадите в комментарии: какие стихи о природе вам нравятся больше всего?

стихотворений о природе | Академия американских поэтов

Поэтов уже давно вдохновляют настраивать свои тексты на вариации ландшафта, смену времени года и природные явления вокруг них.Греческий поэт Феокрит начал писать идиллий в III веке до н. Э. прославить и почтить простоту сельской жизни - создать таких хорошо известных персонажей, как Ликида, который вдохновил десятки стихотворений как архетипический пастырь, в том числе знаменитую поэму «Ликида» Джона Мильтона. Изначально идиллия была короткой мирной пасторальной лирикой, но теперь она включает в себя поэмы об эпических приключениях, действие которых происходит в идеализированном прошлом, в том числе интерпретация лорда Альфреда Теннисона легенды о короле Артуре, Идиллии короля .Библейская песня Песнь также считается идиллией, поскольку она рассказывает свою историю любви и страсти, постоянно вызывая образы из мира природы.

Более знакомая форма сохранившейся пасторальной поэзии, сохранившая свою целостность, - это эклог , стихотворение, адаптированное к миру природы и временам года, расположенное в приятном, безмятежном и сельском месте, в котором пастухи часто беседуют. Первый эклог был написан Вергилием в 37 г. до н. Э. Эклог также процветал в эпоху итальянского Возрождения, наиболее известными его авторами были Данте и Петрарка.Это стало чем-то вроде требования для молодых поэтов, формой, которую они должны были освоить, прежде чем приступить к великой оригинальной работе. Календарь сэра Филипа Сидни Arcadia и Эдмунда Спенсера Календарь Shephearde’s - это английские триумфы формы, последний полагается на месяцы года, чтобы проследить изменения в жизни пастуха. В «Январе» Спенсер сравнивает непоколебимую привязанность пастуха с «морозной землей», «замороженными деревьями» и «его собственными побитыми зимами стадами». В «Апреле» он пишет: «Как апрельские дожди, так струятся текущие слезы.

Это была традиция естественной поэзии, которую имел в виду Уильям Вордсворт, когда он предположил, что поэзия «берет свое начало из эмоций, вспоминаемых в спокойствии». Это спокойное состояние легче всего было бы вдохновить, если бы поэт вышел на природу мир вокруг него, и преобразовать эти эмоции и наблюдения в стихи. (Позднее трансценденталисты, такие как Генри Дэвид Торо, сделали именно это.) В своем стихотворении «Ода намекам на бессмертие из воспоминаний раннего детства» Вордсворт пишет:

Было время, когда луг, роща и ручей,
Земля и все обычные виды
Мне действительно казались
Одеты в небесный свет

Современные поэты одинаково вдохновлены японскими традициями хайку и ренга.Первоначально задуманное как короткая ассоциативная медитация на мир природы, традиционное хайку использует слово или фразу для обозначения времени года, как в этом примере великим мастером хайку Басё:

говорит
Мои губы холодные
осенью wind

Многие современные поэты умеют смешивать восточные и западные традиции природной поэзии. Среди многих известных поэтов, основавших свое творчество на этих традициях, есть Роберт Хасс, Гэри Снайдер, Мэри Оливер и Луиза Глюк.Снайдер начинает «Четыре стихотворения для Робина» с медитации, подобной хайку:

Я спал под рододендроном
Всю ночь упали цветы

Начало лирики Глюка «Поддельный апельсин»:

Я говорю вам, что это не луна.
Именно эти цветы
освещают двор.

подробнее о стихах о природе


Тысячи стихов о природе и пейзажах, которые можно прочесть через смену времен года; вот лишь небольшая выборка:

«Февраль: Мальчик Брейгель» Нормана Даби
«Песня природы» Ральфа Уолдо Эмерсона
«Березы» Роберта Фроста
«Якобы апельсин» Луизы Глюк
«Октябрь» Луизы Глюк
«Темный дрозд» Томаса Харди
«Поздняя весна» Роберта Хасса
«Размышления в Лагунитасе» Роберта Хасса
«Ночь на Великой реке» Мэн Хао-джан
«Лицидас» Джона Милтона
«Дикие гуси» »Мэри Оливер
« Жена речного торговца »Эзры Паунда
« Перекрестки »Рави Шанкара
Аркадия сэра Филипа Сидни
Календарь Пастухи Эдмунда Спенсера
« Четыре стихотворения для Робина »Гэри Снайдера
« Гарантия » »Уильяма Стаффорда
« Эклог »Дерека Уолкотта
« Пейзаж с падением Икара »Уильяма Карлоса Уильямса
« Наттинг »Уильяма Вордсворта
« Ода о намеках на бессмертие из воспоминаний раннего детства »Уильяма Вордсворта
» Wilde Swans at Coole »У.Б. Йейтс

подробнее стихи о природе

Лучшие стихи о природе

Весна

Пружина

Звук на флейте!

Теперь он без звука.

Радость птиц

День и ночь;

Соловей

В долине

Жаворонок в небе,

Весело,

Весело, весело встречать Год.

Маленький мальчик,

Полный радости;

Маленькая девочка,

Милый и маленький;

Петух кукарекает,

Вы тоже;

Веселый голос,

Младенческий шум,

Весело, весело встречать Год.

Ягненок,

Вот я;

прийти и лизнуть

Моя белая шея;

Дай потянуть

Твоя мягкая шерсть;

Позволь мне поцеловать

Твое мягкое лицо:

Весело, Весело приветствуем в Году.

Уильям Блейк


Там будут мягкие дожди

Пойдут мягкие дожди и запах

земля,

И ласточки кружат своим мерцающим звуком;

И лягушки в бассейнах, поющие ночью,

И дикие сливы трепетно-белого цвета,

Малиновки будут носить свой пернатый огонь,

Насвистывая свои прихоти на невысокой проволоке;

И никто не узнает о войне, ни один

Наконец-то позаботится, когда это будет сделано.

Никто не возражает, ни птица, ни дерево,

Если человечество погибнет окончательно;

И сама Весна, когда она проснулась на рассвете,

Едва ли узнает, что мы ушли.

Сара Тисдейл


К нарциссам

Яркие нарциссы, мы плачем при виде

Ты так скоро убежишь;

Еще рано восходящее солнце

Еще не наступил полдень.

Остаться, остаться,

До скорого дня

Бежал

Но к вечеру;

И, помолившись вместе, мы

Пойдем с тобой.

У нас короткое время, чтобы остаться, как и у вас,

У нас короткая пружина;

Стремительный рост к упадку,

Как ты, ни чего.

Мы умираем,

Как ваши часы делают, и сушат

П2,

Как летний дождь;

Или как жемчужины утренней росы,

Больше не найти.

Роберт Херрик

В весеннем переулке

Переулок - рядом протекает ручей,

И блестки на солнышке, а рыбы

стремительно скользят мимо;

И живые изгороди, покрытые зеленью весны;

Из зелени летят старые птицы,

И щебечут и свистят на утреннем солнце;

Сучок блестит под бледно-голубым небом,

У малиновки началось гнездо

Травянисто-зеленые линнеты вокруг кустов летают.

Какая мягкая весна! бутоны ромашки

Поднимите к небу свои золотые цветы.

Как прекрасны пинглы и лес!

Вот жук бежит - а там муха

Держится на листе арума бутылочно-зеленого цвета,

И вся весна в этом сладком переулке видна.

Джон Клэр

Лето

The Throstle

«Приближается лето, приближается лето.

Я знаю это, я знаю это, я это знаю.

Снова свет, снова лист, снова жизнь, снова любовь »

Да, мой маленький дикий Поэт.

Пойте новый год под синим цветом.

В прошлом году пели с таким же удовольствием.

«Новое, новое, новое, новое»! Неужели он такой новый

Что тебе надо так безумно колядовать?

«Снова любовь, снова песня, снова гнездо, снова молодое»,

Никогда еще пророк не был таким сумасшедшим!

И еще не ромашка, дружище,

Видите, ромашки не бывает.

«И снова, здесь, здесь, здесь, счастливого года»!

О трель непрошеная, непрошенная!

Скоро лето, скоро, моя родная

И все зимы скрыты.

Альфред, лорд Теннисон

Деревья

Я думаю, что никогда не увижу

Стихотворение, прекрасное, как дерево.

Дерево с голодной пастью

Против сладкой струящейся груди земли;

Дерево, которое смотрит на Бога весь день,

И поднимает свои зеленые руки, чтобы помолиться;

Дерево, которое летом может одеваться

Гнездо малиновок в волосах ее;

На чьей груди лежал снег;

Кто интимно живет с дождем.

Стихи сочиняют такие дураки, как я

Но только Бог может создать дерево.

Джойс Килмер


К бабочке

Я наблюдаю за вами уже полчаса,

Самостоятельно восседает на желтом цветке;

И, бабочка! Действительно

Я не знаю, спите вы или кормите.

Как неподвижно! - незамерзшие моря

Еще неподвижно! А потом

Какая радость ждет тебя, когда ветерок

Нашел тебя среди деревьев,

И снова зовет!

Этот участок фруктового сада - наш;

Мои деревья, цветы моей сестры.

Здесь отдыхают ваши крылья, когда они устанут;

Здесь поселок как в святилище!

Приходи к нам почаще, не бойся плохого;

Садись рядом с нами на сук!

Поговорим о солнечном свете и песне,

И летние дни, когда мы были молоды;

Сладкие детские дни, которые были такими же длинными

Как сейчас двадцать дней.

Уильям Вордсворт

Улетай, улетай над морем

Улетай, улетай над морем,

Ласточка солнечная, на лето готово;

Вернись, вернись, вернись ко мне,

Принося лето и принося солнце

Кристина Россетти

Осень

Осенний дождь

Самолет вылетает

осень черный и мокрый

на лужайке;

снопы облаков

в небесных полях набор

свисают и рисуются

в падающих семенах дождя;

семя небес

на моем лице

падает - снова слышу

как отголоски даже

, который мягко шагает

пол небесный глухой,

ветры, которые ступают

из всего зерна

слез, магазин

собрано

в снопах боли

на высоте:

снопы мертвых

человек убито

теперь просеянная мягкая

на небесном полу;

манна невидимая

всей боли

здесь нам дали;

мелко делимый

падает как дождь.

Д. Х. Лоуренс

Осенние огни

В других садах

И все до долины,

От осенних костров

Смотри на след дыма!

Приятное лето над

И все летние цветы,

Красный огонь пылает,

Серые дымовые башни.

Спой песню времен года!

Что-то яркое во всем!

Цветы летом,

Пожары осенью!

Роберт Льюис Стивенсон

Копание

Сегодня думаю

Только с ароматами, - ароматизаторы урожая мертвых листьев,

И папоротник, и семена дикой моркови,

И квадратное горчичное поле;

Возникающие запахи

Когда лопата ранит корни дерева,

Роза, смородина, малина или подаграник,

Ревень или сельдерей;

И запах дыма,

Истекающий из костра

Мертвые, отходы, опасные,

И все до сладости превращается.

Достаточно

Понюхать, крошить темную землю,

Пока малиновка снова поет

Печальные песни Осеннего веселья.
Эдвард Томас

Осенние птицы

Дикая утка вздрагивает, как внезапная мысль,

И цапля замедляется, как будто ее хотят поймать;

Шлепающие вороны на утомленных крыльях проходят мимо,

И седобородые галки, шумящие на лету;

Толпы скворцов спешат к

И потемнеет, как облако, вечернее небо;

Жаворонки, подобные грому, поднимаются и разносятся вокруг

Тогда брось и гнездись в стерне;

Дикий лебедь высоко спешит и громко шумит,

С белой шеей, всматривающейся в вечернее облако.

Утомленные грачи в дальний лес ушли;

Длина хвоста сорока веет на

К соседнему дереву и уходит далекая ворона,

Пока маленькие птички приживаются к живой изгороди внизу.

Джон Клэр

Зима

Маленький Робин Редбрейст

Маленький Робин Редбрейст

Сел на дереве,

Пел весело,

Как можно веселее.

Он кивнул головой,

И хвостом вилял он,

Как маленький Робин Redbreast

Сел на дерево.

Аноним

Зачарованный

Ночь темнеет вокруг меня,

Холодно дуют дикие ветры;

Но чары тирана сковали меня

И я не могу, не могу пойти.

Гигантские деревья гнутся

Их голые сучья весят снегом.

И буря быстро спускается,

И все же я не могу пойти.

Облака за облаками надо мной,

Отходы помимо отходов ниже;

Но ничто не может меня трогать;

Не пойду, не пойду.

Эмили Бронте

Утром рано

Колд обвиняет ветер с востока на запад,

Дрифт едет аккуратно;

Sae громко и пронзительно, я слышу взрыв,

Я уверен, что сейчас довольно зима.

ПРИПЕВ: Утром нет для меня,

Вставать рано утром;

Когда холмы покрыты веткой,

Я уверен, что сейчас довольно зима.

Птицы щебечут в шипах,

В день они проезжают, но скупо;

И ночь до утра,

Я уверен, что сейчас довольно зима.

ПРИПЕВ: Утром нет для меня,

Вставать рано утром;

Когда холмы покрыты веткой,

Я уверен, что сейчас довольно зима

Роберт Бернс

Дарклинг дрозд

Я прислонился к порослым воротам

Когда Мороз был призрачно-серым,

И опустошенные зимние отбросы

Ослабляющее око дня.

Запутанные стебли побили небо

Как струны сломанных лир,

И все человечество, обитающее около

Искали домашние костры.

Острые черты земли казались

Уход за трупом Века,

Его склеп облачный навес,

Ветер его предсмертный плач.

Древний пульс зародыша и рождения

Сжатый и сухой,

И каждый дух на земле

Я казался безжалостным.

Тут же раздался голос среди

Хлебные веточки накладные

В добрый вечер

Безграничной радости;

Старый дрозд, хилый, изможденный и маленький,

В взорванном шлейфе,

Так выбрал бросить душу

На сгущающуюся тьму.

Томас Харди

Стихи о природе

Разное

Купить книгуАмазонкаКнижное хранилище БлэквеллаКнижный магазин.orgWaterstonesWH SmithWorderyFoyles

Эта коллекция является частью библиотеки коллекционеров Macmillan и делится на весеннюю, летнюю, осеннюю и зимнюю. От У. Б. Йейтса до Эндрю Марвелла природа вдохновила на создание некоторых из самых прекрасных стихов, когда-либо написанных.

Купить книгуAmazonКнижное хранилище Блэквелла Bookshop.org WaterstonesWH SmithWorderyFoyles

Стихи, прославляющие природу - Прочтите стихотворение

Недавно я побывал в Чиангмае, естественной гавани в горных районах северного Таиланда.Я был там на 10-дневном ретрите в изысканном, живописном отеле, расположенном на вершине холма. С безмятежной рекой, протекающей рядом с моей комнатой, и пышными зелеными деревьями, покрывающими весь кампус, это место не могло быть более красивым.

Для меня чем ближе я к зелени и причудливым горам, тем больше я чувствую связь с поэзией. Одним из лучших моментов моего отдыха в Чиангмае было то, что там было так много удивительных мест, где я мог сидеть, расслабляться и наслаждаться поэзией. Иногда я сидел на кофейном столике у окна в своей комнате, иногда на берегу реки, а иногда в тени зеленых деревьев.Это было идеально. Вид, поэзия и утешение были сюрреалистичными, что вдохновило меня поделиться отрывками из моих любимых стихотворений, прославляющих природу:

«Птица спустилась с прогулки» Эмили Дикинсон

Птица, спустилась по Тропе -
Он не знал, что я видел -
Укусил Углового червя пополам
И съел парня, сырого,

А потом выпил росы
Из удобной травы -
А потом попрыгнул боком к стене
Чтобы пропустить жука -

Взглянул быстрыми глазами,
Которые все за границу торопились -
Они были похожи на испуганные Бусы, подумал я,
Он пошевелил Бархатной Головой.-

Как один в опасности, Осторожный,
Я предложил ему Крошку,
И он развернул свои перья,
И погреб его помягче.

Чем Весла разделяют Океан,
Слишком серебристо для шва,
Или Бабочки у берегов полудня,
Прыгайте, плывя по воде.

Стихи Эмили Дикинсон - мои любимые, потому что они являются яркими иллюстрациями ее повседневных наблюдений.Тот факт, что она написала стихотворение о птице, описывая ее эмоции, действия и реакции, заставляет меня задуматься об отношениях Дикинсона с природой. Она напоминает нам, что можно ощутить первозданную красоту природы в самые незначительные моменты. Когда я читал это стихотворение, сидя на берегу реки, мне напомнили, что я могу делать то же самое.

«Путь через лес» Редьярда Киплинга

Они перекрыли дорогу через лес
Семьдесят лет назад.
Погода и дождь снова разрушили его,
И теперь вы никогда не узнаете
Когда-то была дорога через лес
До того, как они сажали деревья.
Под порослью и пустошью
И тонкие анемоны.
Только смотритель видит
То, где гнездятся кольчатые голуби,
А барсуки катаются непринужденно,
Была когда-то дорога через лес.

Больше всего мне нравится в этом произведении таинственности, которую Киплинг добавляет в мир природы. Меня очаровывает идея несуществующей тропы, за которой лежит мир леса и дикой природы. Я помню, как читал этот отрывок в своей комнате у окна и задавался вопросом, а что, если существовала тайная мистическая страна, где природа беспрепятственно процветала, и человечество не могло ее контролировать. Насколько красивым был бы этот мир? Строка «только хранитель видит» дразнит мое воображение и переносит меня в этот секретный мир, где я являюсь хранителем бесконечной естественной гавани.

«Маленькая птичка» - стихотворение Роберта Фроста

Я хотел, чтобы птица улетела,
И не пела у моего дома весь день;

Хлопали ему в ладоши от двери
Когда казалось, что я больше не могу терпеть.

Должно быть, частично виноват я.
Птица не виновата в его ключе.

И, конечно же, должно быть что-то не так
В желании заглушить любую песню.

Я лично чувствую, что каждый из нас может найти часть себя в рассказчике «Незначительной птицы». Мы все настолько заняты своей цифровой жизнью, что едва ли успеваем взглянуть на мир вокруг нас. Говорят, что для подавленного ума даже мелодичная песня соловья может раздражать. Строки «И конечно. . . замолчать любую песню »находит отклик во мне на многих уровнях. Прочитав это произведение гениального Фроста, я пошла погулять в лес просто послушать пение птиц.

«Помни» Джой Харджо

Помните небо, под которым вы родились,
знайте каждую из звездных историй.
Вспомни луну, узнай, кто она.
Вспомните рождение солнца на рассвете, это самая сильная точка времени
. Вспомните закат
и раздачу сегодня вечером.
Вспомните свое рождение, как ваша мать пыталась
придать вам форму и дыхание.Вы являетесь свидетельством
ее жизни, ее матери и ее жизни.
Вспомни своего отца. Он тоже твоя жизнь.
Помните землю, чьей кожей вы являетесь:
красная земля, черная земля, желтая земля, белая земля
коричневая земля, мы земля.
Вспомните растения, деревья, животных, у которых есть свои
племена, их семьи, их истории тоже. Поговори с ними,
послушай их.Это живые стихи.

Джой Харджо напоминает нам о наших буквальных и переносных корнях в этом стихотворении. Она напоминает нам, что мы произошли от земли, мы земля. Она также просит нас вспомнить людей, которые сделали наше существование возможным. Это стихотворение - мое самое любимое стихотворение, и чтение его, греясь на природе, приблизило меня к его сути.

Думаю, этот пост - просто напоминание для всех нас о том, что природа прямо здесь, прямо сейчас. Нам не обязательно быть в экзотическом отпуске, чтобы насладиться и исследовать божественную красоту природы.Независимо от того, где мы находимся и как выглядит наш день, если мы отвлечемся от повседневной рутины и оценим красоту природы, это поможет нам проявить нашу творческую сущность. А когда мы забываем, поэзия всегда может вернуть нас к воспеванию природы и жизни.

Все, кто любит природу, должны прочитать эти 11 стихотворений

Поразитесь волшебству нашей вселенной, заключенной в этих коротких шедеврах.

Некоторые вещи могут говорить с нами, не говоря ни слова, и вызывать чувства, недоступные человеческому языку.Если вы когда-нибудь наблюдали восход солнца в горах, ощущали дрожь земли после грома или усыпляете беззвучным вальсом пяти тысяч мерцающих звезд, вы знаете, что наш мир полон чудес, которые благодаря их способности фундаментальная красота навсегда ускользнет от любой попытки мужчины воздать им должное с помощью чернил.

И все же пробуем. Стихи, романы, песни, картины и даже религии восхваляют природу с того дня, как мы научились выражать свои мысли и эмоции, и сегодня мы продолжаем наши усилия с помощью фотоаппаратов, записывающих устройств и дронов.Хотя зайти в Instagram, купить экземпляр National Geographic или включить Discovery Channel и насладиться великолепными фотографиями и потрясающими кадрами нашей планеты несложно, письменное слово наполняет наши сердца этой причудливой романтикой давно минувших времен и чувство связи со многими поколениями, которые не знали другого способа выразить свои страсти.

Ниже приведен краткий список моих любимых стихов и отрывков, которые могут взволновать вашу душу, когда страна далеко, а ваше настроение падает.Читайте, учитесь, наслаждайтесь и делитесь с друзьями и семьей в следующий раз, когда вы не будете дома!

Фото: Остин Джексон

Жалобы на бесполезные звезды

Я вижу высоко Млечный Путь,

Но вот более грубая дорога.

Светящаяся подставка «Священные Быки»;

Они не тянут наш груз.

Сито сверкает на юге,

Но добро и зло проходят.

Ковш широко раскрывает пасть,

И ничего для тебя не выливает.

На рассвете спят Сестры Плетения,

В сумерках они снова встают;

Но хотя их Сияющий Челнок летает,

Они не ткут одежды для мужчин.

- Жак Бономм (перевод с китайского)

Трава

«Трава так мало должна делать, -

Простая зеленая сфера,

Только бабочки, чтобы выводить,

И пчелы, чтобы развлекать,

И даже когда он умирает, пройти

В запахах так божественно,

Как сон,

Или амулеты из сосны.

А потом жить в суверенных амбарах,

И мечтать о днях далеко, -

Трава так мало нужно делать,

Хотел бы я быть сеном ! »

- Эмили Диксон


Фото: Якуб Конечинский

Море тумана на горе 9104

Темные, нетронутые вершины побережья,

Где бродит голос, в крайних каньонах,

Из полуночных вод ярких и глубоких.

Высоко на каждом гранитном алтаре умирает звук,

Глубоко, как топтание бронированного воинства,

Одинокий, как плач призрака,

Печальный, как диапазон утопленников.

Гора больше не кажется бездушной,

Но, скорее, как форма древнего страха,

В темноте и ветрах Хаоса рождается

Среди бездушных небес 'thundering–

Присутствие пригнувшееся, огромное и суровое,

Перед чьими ногами плачут могучие воды.

- Джордж Стерлинг

Я блуждал одиноким облаком

Я блуждал одиноким облаком

Это плывет над 9000 долинами и холмами3 Когда я вдруг увидел толпу,

Множество золотых нарциссов;

Рядом с озером, под деревьями,

Порхает и танцует на ветру.

Непрерывные, как звезды, сияющие

И мерцающие на Млечном Пути,

Они тянулись бесконечной линией

Вдоль края 41

:

02 Десять тысяч увидели I с первого взгляда,

Качая головами в бодром танце.

Волны возле них плясали; но они

Превзошли искрящиеся волны в ликовании;

Поэт не мог не быть геем,

В такой веселой компании;

Я смотрел - и смотрел - но мало думал

Какое богатство принесло мне шоу:

Иногда, когда я лежу на диване

На пустом месте в задумчивом настроении,

Они вспыхивают этим внутренним глазом

Когда блаженство одиночества;

И тогда мое сердце наполняется удовольствием,

И танцует с нарциссами.

- Уильям Вордсворт

Earth Voices (отрывок)

"Я слышал шепот весеннего ветра

9102

«Мир сотворен навсегда»

Из транспорта и желаний.

«Я дыхание бытия,

Первобытное побуждение вещей;

Я - водоворот звездной пыли,

Я - подъем крыльев.

«Я - великолепный импульс

То, что предшествует мысли,

Радость и возвышение

Где жизнь поймана 003
1

03 «По спящим бороздам

Я вызываю закопанное семя,

И лезвие, и бутон, и цветение

Просыпаюсь по моей нужде.

«В умирающем пепле

Я зажгу священную искру,

И заставляю сердца влюбленных

Прыгать во тьму».

- Bliss Carman

Фото: Якуб Конечинский

Heart of the Hills

для момента плавал в ауре пламени;

Я уловил восхитительный секрет того, что меня облачили в Невыразимое Имя.

И наказанный изумлением и укрепленный, чтобы встретить изнурительные невзгоды жизни

Я пошел, как освобожденный раб, из сердца холмов.

- Клинтон Сколлард

Облако

Я приношу свежий душ для жаждущих цветов,

Из морей и ручьев

Я несу легкую тень для листьев, когда они заложены

В их полуденных мечтах.

От моих крыльев трясутся росы, пробуждающие

Сладкие бутоны каждый,

Когда покоится на груди матери,

Когда она танцует вокруг солнца.

Я держу цепом хлестающего града,

И белею зеленые равнины под ним,

И снова растворяю его под дождем,

И смеюсь, когда я прохожу в грозу.

- Перси Биши Шелли

To The Rainbow

TRIUMPHANT arch! наполняющих небо

Когда бури готовятся к разлуке,

Я прошу не гордиться философией

Чтобы научить меня, что ты есть: взгляд моего детства,

Промежуточная остановка дана,

Чтобы счастливые духи сели

Между землей и небом.

Может ли разворачиваться все, чему учит оптика

Твоя форма так радует меня,

Как когда я мечтал о драгоценных камнях и золоте

В твоем сияющем луке?

Когда наука с лица творения

Завеса чар снимается,

Какие прекрасные видения уступают место

Законам холодного материала!

И все же, поклон! не сказочные сны,

Но слова Всевышнего,

Сказали, почему первая твоя одежда из лучей

была соткана в небе.

- Джоанна Бейли

Фото: Якуб Конечинский


403 9102 9102 9102

И искал в открытом море,

Ибо я думал в его серых просторах

Мой мир придет ко мне.

Я наконец пришел к океану

И нашел его диким и черным,

И я взывал к безветренным долинам,

«Будьте добры и верните меня! "

Но жаждущий прилив пробежал вглубь суши,

И соленые волны пили меня,

И я был свеж, как дождь

Горько, как море.

- Сара Тисдейл

Океан

Океан 9102, тихий и тихий один;

Хотя на волнах витает ярость,

Под ними ее нет.

Ужасные духи бездны

Держат свое общение там;

А есть те, о которых мы плачем,

Молодые, яркие, прекрасные.

Спокойно отдыхают уставшие моряки

Под собственным синим морем.

Благословенны одиночества океана,

Ибо есть чистота.

Земля виновата, земля заботится,

Беспокойны ее могилы;

Но мирный сон всегда,

Под темно-синими волнами.

- Натаниэль Хоторн

Научи меня своему настроению, о терпеливые звезды

Научи меня своему настроению, о звезды

Кто каждую ночь поднимается по древнему небу,

Не оставляя в космосе ни тени, ни шрамов,

Никаких следов возраста, никакого страха умереть.

- Ральф Уолдо Эмерсон

Стихотворений, описывающих природу в лучшем виде

Когда сирень в конце концов расцвела,
И великая звезда рано поникла в западном небе в ночи,
Я оплакивал, и все же буду оплакивать вечно возвратная весна.

Вечно возвращающаяся весна, Троица, принеси мне,
Сирень цветущий многолетник и падающая звезда на западе,
И подумал о нем, что люблю.

О могущественная падшая звезда Запада!
О оттенки ночи - О мрачная, плачущая ночь!
О, великая звезда исчезла - О черная тьма, скрывающая звезду!
О жестокие руки, держащие меня бессильным - О беспомощная моя душа!
О суровое окружающее облако, которое не освободит мою душу.

На дворе перед старым фермерским домом рядом с вымытыми побелками частоколами,
Стоит высокий куст сирени с ярко-зелеными листьями в форме сердца,
Со множеством тонких заостренных цветов, поднимающихся с ароматом духов. сильная, я люблю,
С каждым листом - чудо - и с этого куста на дворе,
С нежными цветами и листьями в форме сердца, насыщенно-зелеными,
Я ломаю веточку с ее цветком.

В болоте в укромных уголках,
Застенчивая и скрытая птица поет песню.

Дрозд-одиночка,
Отшельник замкнулся в себе, избегая поселений,
Сам поет песню.

Песнь кровоточащего горла,
Смертельная песня жизни, (хорошо, дорогой брат, я знаю,
Если бы тебе не было дано петь, ты, несомненно, умер бы.)

Над грудью источника, земля , среди городов,
Среди переулков и через старый лес, где в последнее время из-под земли выглядывали фиалки, видя серые обломки,
Среди травы в полях по обе стороны переулков, проходя мимо бескрайней травы,
Мимо желтых - колючая пшеница, каждое зерно из ее савана в темно-коричневых полях восстало,
Прохождение ударов яблони белого и розового в садах,
Перенос трупа в могилу,
Ночь и дневные путешествия гроб.

Гроб, проходящий по переулкам и улицам,
Сквозь день и ночь с огромным облаком, затемняющим землю,
С пышностью установленных петлей флагов с городами, задрапированными черным,
С демонстрацией самих Штатов по состоянию на женщины в креповой вуали,
С длинными и извилистыми процессиями и ночным фламбе,
С горящими бесчисленными факелами, с безмолвным морем лиц и без обнаженных голов,
С складом ожидания, прибывающим гробом и мрачные лица,
С панихидами в ночи, с тысячами громких и торжественных голосов,
Со всеми печальными голосами панихиды, льющимися вокруг гроба,
Тускло освещенные церкви и дрожащие органы - где среди них Ваше путешествие,
С бесконечным звоном колоколов,
Вот, гроб, который медленно проходит,
Я даю вам свою веточку сирени.

(Ни для тебя, ни для одного,
Цветов и ветвей, зеленых для гробов, все, что я приношу,
Для свежего, как утро, я бы воспел песню для тебя, о разумная и священная смерть.

По всему букету роз ,
О смерть, я покрываю тебя розами и ранними лилиями,
Но в основном и сейчас сирень, которая распускается первой,
Обильно ломаю, с кустов ломаю веточки,
С нагруженными руками иду, лью для тебя ,
Для тебя и всех гробов, смерть.)

О западная сфера, плывущая по небу,
Теперь я знаю, что ты имел в виду, когда я шел через месяц,
Когда я шел в тишине прозрачной темной ночью,
Как я увидел, тебе было что сказать Когда ты наклонялся ко мне ночь за ночью,
Когда ты падал с неба низко, как будто на мою сторону, (в то время как другие звезды все смотрели),
Когда мы бродили вместе в торжественной ночи, ( Я не знаю, что мешало мне уснуть, ,
Как я смотрел, где ты проходил, и потерялся в бездонной тьме ночи,
Когда моя душа в своей неудовлетворенной беде утонула, как там, где ты грустный шар,
Завершился, упал в ночи и исчез. .

Пой там, на болоте,
О певец застенчивый и нежный, Я слышу твои ноты, Я слышу твой зов,
Я слышу, я сейчас приду, я тебя понимаю,
Но на мгновение я задерживаюсь, потому что сияющая звезда detain'd me,
Звезда, которую мой уходящий товарищ держит и удерживает меня.

О, как мне петь о мертвом, которого я любил?
И как мне декорировать мою песню для ушедшей большой сладкой души?
И чем будут мои духи на могилу того, кого я люблю?

Морские ветры, дующие с востока и запада,
Ветры, дующие с Восточного моря и дующие с Западного моря, до встречи в прериях,
Эти и те, и дыхание моего песнопения,
Я надушу могилу его я люблю.

О что мне повесить на стены камеры?
А какие картины я повешу на стены?
Чтобы украсить могилу того, кого я люблю?

Изображения растущей весны, ферм и домов,
С закатом четвертого месяца и ясным и ярким серым дымом,
С потоками желтого золота великолепного, ленивого, заходящего солнца, горящего, расширяющегося в воздухе ,
Со свежей сладкой травой под ногами и бледно-зелеными листьями плодовитых деревьев,
Вдали струящаяся глазурь, грудь реки, с пятнами ветра то тут, то там,
С холмами на берегах , с множеством линий на фоне неба и теней,
И ближайший город с такими густыми жилищами и штабелями дымоходов,
И все сцены жизни и мастерские, и рабочие, возвращающиеся домой.

Вот, тело и душа - эта земля,
Мой собственный Манхэттен со шпилями, сверкающими и быстрыми приливами и кораблями,
Разнообразная и обширная земля, Юг и Север в свете, берега Огайо и сияющий Миссури ,
И бескрайние прерии покрыты травой и кукурузой.

Вот, прекраснейшее солнце, такое спокойное и надменное,
Фиолетово-пурпурное утро с легким дуновением ветерка,
Мягкое, мягкое безмерное сияние,
Чудо, распространяющее купание на всех, исполненный полдень,
Приближающийся канун восхитительного, долгожданная ночь и звезды,
Над моими городами сияет все, окутывая человека и землю.

Пойте, пойте о себе, серо-коричневая птица,
Пойте из болот, из закоулков, вылейте свое песнопение из кустов,
Безграничное из сумерек, из кедров и сосен.

Пой, дорогой брат, песнь свою трепетную,
Громкая человеческая песня голосом крайнего горя.

О жидкий, свободный и нежный!
О дикий и свободный душе моей - чудесный певец!
Тебя слышу только я - но звезда держит меня (но скоро уйдет).
И все же сирень с властным запахом держит меня.

Теперь, когда я днем ​​сидел и смотрел вперед,
В конце дня с его светом и весенними полями, и фермеры готовили урожай,
В большом бессознательном пейзаже моей земли с ее озерами и лесов,
В небесной воздушной красоте (после возмущенных ветров и штормов)
Под изгибающимся небом полуденного быстрого прохода и голоса детей и женщин,
Многодвижные морские приливы, и я видел корабли, как они плыли,
И лето, приближающееся с богатством, и поля, все занятые трудом,
И бесконечные отдельные дома, как все они жили, каждый со своей едой и мелочами повседневного использования,
И улицы, как пульсировала их пульсация, и города остановились - вот, тогда и там,
Падая на всех и среди них всех, окутывая меня остальными черный след,
И я знал смерть, ее мысли и священное знание смерти.

Тогда, зная, что смерть идет по одну сторону от меня,
И мысль о смерти, идущей близко ко мне с другой стороны,
И я посередине, как со товарищами, и как держась за руки товарищей,
Я сбежал в убежище, принимающую ночь, которая не разговаривает,
До берега воды, тропы у болота в полумраке,
К торжественным призрачным кедрам и призрачным соснам, так тихим.

И певец, которого стеснялся остального, принял меня,
Серо-коричневая птица, которую я знаю, приняла нас, товарищей трех,
И он спел гимн смерти, и стихи для него, которые я люблю.

Из глубоких укромных уголков,
Из душистых кедров и призрачных сосен так тихо,
Пришел гимн птиц.

И очарование коляды восхитило меня,
Как я держал, как будто их руками моих товарищей в ночи,
И голос моего духа соответствовал пению птицы.

Приди прекрасная и успокаивающая смерть,
Волнистая кругосветка, безмятежно прибывающая, прибывающая,
Днем, ночью, ко всем, каждому,
Рано или поздно нежная смерть.

Хвала бездонной вселенной,
За жизнь и радость, за предметы и знания любопытные,
И за любовь, сладкую любовь - но хвала! хвалить! хвалить!
Для крепких объятий прохладной смерти.

Темная мать, всегда скользящая рядом с мягкими ногами,
Разве никто не воспевал тебе приветствие?
Тогда я повторяю это для тебя, я прославляю тебя более всего,
Я приношу тебе песню, которая, когда ты действительно должен прийти, придти непоколебимо.

Приближайся к сильному избавителю,
Когда это так, когда ты взял их, Я радостно пою мертвых,
Заблудился в твоем любящем плавучем океане,
Погрузился в поток твоего блаженства, смерть.

От меня к тебе радостные серенады,
Танцы для тебя Я предлагаю приветствовать тебя, украшения и пиршества для тебя,
И виды открытого пейзажа и высокого неба уместны,
И жизнь, и поля, и огромная и задумчивая ночь.

Ночь в тишине под множеством звезд,
Берег океана и хриплая шепчущая волна, чей голос я знаю,
И душа, обращающаяся к тебе, О необъятная и хорошо завуалированная смерть,
И тело, с благодарностью приютившееся рядом с тебе.

Над верхушками деревьев я плыву тебе песнь,
Над поднимающимися и опускающимися волнами, над мириадами полей и широкими прериями,
Над плотными городами все и над многочисленными пристанями и дорогами,
Я плыву этот гимн с радостью, с радостью тебе, смерть.

По счету моей души,
Громко и сильно держалась серо-коричневая птица,
С чистыми намеренными нотами, распространяющимися, наполняя ночь.

Громко в соснах и тусклых кедрах,
Ясно в свежести влажных и болотных благовониях,
И я с товарищами там ночью.

В то время как мой прикованный к глазам зрение открылось,
Что касается длинных панорам видений.

И я видел косые армии,
Я видел, как в бесшумных снах, сотни боевых знамен,
Несущиеся сквозь дым сражений и пронзенные снарядами Я видел их,
И носил туда и сюда сквозь дым, и разорванный и окровавленный,
И наконец лишь несколько клочков осталось на посохах (и все в тишине)
И посохи все раскололись и сломаны.

Я видел боевые трупы, их мириады,
И белые скелеты молодых людей, я видел их,
Я видел обломки и обломки всех убитых на войне солдат,
Но я видел, что они не такие, как было думали,
Сами они полностью отдохнули, они не страдали,
Живые остались и страдали, мать страдала,
И жена, и ребенок, и задумчивый товарищ страдали,
И оставшиеся армии пострадали бы.

Прохождение видений, прохождение ночи,
Прохождение, освобождение рук моих товарищей,
Прохождение песни птицы-отшельника и подсчетной песни моей души,
Победная песня, песня выхода смерти, но постоянно меняющаяся - изменяющаяся песня,
Низкая и плачущая, но чистая ноты, поднимающаяся и опускающаяся, затопляющая ночь,
Печально тонущая и теряющая сознание, как предупреждение и предупреждение, и снова разрываясь от радости,
Покрывающая землю и заполняющая просторы Небеса,
Как тот мощный псалом в ночи, который я слышал из ниот,
Проходя, оставляю тебе сирень с сердцевидными листьями,
Я оставляю тебя там, во дворе, цветущим, возвращающимся весной.

Я прекращаю петь мою для тебя,
Смотрю на тебя на западе, обращаясь к западу, общаюсь с тобой,
О товарищ, сияющий в ночи с серебряным лицом.

Тем не менее, каждый, чтобы сохранить и все, извлечение из ночи,
Песня, чудесное пение серо-коричневой птицы,
И подсчетное пение, эхо, возбужденное в моей душе,
С сияющим и поникшим звезда с ликом, полным печали,
С держателями, держащими мою руку, приближаясь к крику птицы,
Товарищи мой и я посреди, и их память, которую всегда храню, для мертвых, которых я так любил,
Для самых сладких , мудрейшая душа всех моих дней и земель - и это ради его дорогого,
Сирень, звезда и птица, переплетенные с песнопением моей души,
Там, в ароматных соснах и кедрах, сумерки и тусклые.

10 лучших стихотворений о природе, которые каждый должен прочитать - Интересная литература

Лучшие английские стихи о природе, отобранные доктором Оливером Тирлом

Природа - одна из величайших тем поэзии, она также дает поэтам кладезь ярких и полезных образов. Но каковы лучшие стихи о природе на английском языке? Будь то романтики, такие как Вордсворт и Китс, викторианцы с их растущим осознанием мира природы благодаря геологическим и эволюционным научным открытиям, или более современные и современные поэты, писавшие о ландшафте, отмеченном страданиями, а также красотой, английские поэты часто рисовались в мир природы за вдохновением.Ниже мы выбрали десять лучших стихов о природе в английской литературе.

Генри Ховард, граф Суррей, «Сезон Сут». Это один из первых сонетов, написанных на английском языке, но он не так хорошо известен, как должен быть. Речь идет о приближении лета и о различных способах, которыми мир, ранее находившийся в состоянии своего рода застоя или спячки, теперь оживает. («Суте» в слове «сезон суте» означает «сладкий».) Однако, несмотря на это, в это время печаль поэта также обретает новую жизнь.Ранний образец стихотворения о природе в английской литературе:

Сезон суте, который приносит росток и цветение,
Греной одел холм и покорил долину:
Соловей с перьями, новыми, которые она поет:
Сделанная ей черепаха рассказала свою сказку:
Сомер пришел, ибо euery spray nowe springes,
Олень держал свою старую голову на свету:
Олень в тормозе, его зимняя кошка, которую он бросает:
Рыбный плавник с новой отремонтированной шкалой:

Щелкните ссылку выше, чтобы прочитать это замечательное стихотворение целиком.

Шарлотта Смит, «Бичи-Хед». Это длинное стихотворение одного из малоизвестных пионеров английского романтизма (и поэта, возродившего сонетную форму на английском языке) на самом деле гораздо больше, чем великая поэма о природе, связанная с политикой начала девятнадцатого века (она была опубликована в 1807 г.), угроза вторжения со стороны Франции, британского империализма и многих других субъектов. Но он также демонстрирует талант Смита писать о природе с его описаниями «игрушек природы», таких как «веселая гармония птиц / и ветров, которые блуждают в лиственных лесах».Начинается:

На твоей грандиозной вершине, величественная скала!
То, что позади канала, на полпути к морю
Моряк в ранний утренний град,
Я бы откинулся; в то время как Fancy должна выйти,
И представить странный и ужасный час
Огромного сотрясения мозга; когда Всемогущий
протянул руку и расколол твердые холмы,
Предстоящий стремительный главный наводнение между

Берега изрезанные, а от материка
Навеки отделяли этот зеленый остров.

Уильям Вордсворт, «Я скитался одиноким, как облако».

Непрерывно, как звезды, сияющие
И мерцающие на млечном пути,
Они протянулись нескончаемой линией
По краю залива:
Десять тысяч увидели Я одним взглядом,
Качая головами в бодром танце.

Одно из самых известных стихотворений Вордсворта «Я блуждал одиноким, как облако» (как его следует называть; оно широко известно как «Нарциссы») повествует о родстве поэта с природой и о том, как воспоминания о танцующих нарциссах подбадривают его. всякий раз, когда он их вспоминает.Что менее известно, так это то, что сестра Вордсворта Дороти - и, действительно, его жена - приложила руку к сочинению стихотворения, как мы исследуем в анализе стихотворения по ссылке выше.

Джон Клэр, «Весной на переулке». Название этого стихотворения Джона Клэра (1793-1864), одного из выдающихся деятелей романтической литературы, говорит само за себя: Клэр описывает вещи, которые он видит на проселочной дороге весной, его наблюдения за миром природы, падающие в землю. стихотворение в радостной забвении и явной непосредственности.Клэр - недооцененный поэт, чье внимание к деталям, когда дело дошло до описания мира природы, как у Джерарда Мэнли Хопкинса в конце XIX века, выдает гениальность. Действительно, Клэр, пожалуй, величайший поэт-натуралист английского языка. «В весеннем переулке» начинается:

Маленький переулок, рядом протекает ручей
И блестит на солнышке, в то время как рыба быстро скользит мимо
И изгороди, листвуя с зеленым весенним приливом
Из зелени летят старые птицы
И щебечут и свистят на утреннем солнце
Под бледно-голубым небом сверкает червяк
Гнездо у малиновки началось
И вокруг кустов разлетаются зеленые ленточки травы

Щелкните ссылку выше, чтобы прочитать все стихотворение.

Томас Харди, «Темный дрозд».

Тотчас же раздался голос среди
Мрачных веток над головой,
В веселой вечерней песне
Безграничной радости.
Старый дрозд, хилый, изможденный и маленький,
С взорванным пером,
Так решил бросить свою душу
На сгущающийся мрак.

Это большое зимнее стихотворение, впервые опубликованное в конце декабря 1900 года. На пороге нового года (и даже, как ясно видно из стихотворения, нового века), Харди размышляет о событиях девятнадцатого века, его собственном чувства к будущему и его отношение к природе - в центре которого песня дрозда, чей «счастливый спокойной ночи» слышит Харди, когда он стоит в созерцании, опираясь на лесные ворота.

A. E. Housman, «Не говори мне здесь, это не нужно говорить». Взято из второго тома Хаусмана « Последние стихотворения » (1922) - который, как и следует из названия, был последним сборником, который Хаусман разрешил опубликовать при жизни, - это стихотворение размышляет о «бессердечной, глупой природе» в течение осеннего сезона. Для Хаусмана есть что-то обнадеживающее в безразличии природы к людям многих поколений, которые ходят среди нее, ища утешения в ее красоте и чудесах:

За природу, бездушную, глупую,
Не будет заботиться и не знать
Какие чужие ноги могут найти луг
И войти туда и пойти,
Не спросить среди утренней росы
Мои они или нет.

W. H. Davies, "Leisure". Дэвис (1871-1940) наиболее известен своими мемуарами « Автобиография супербродяга » и этим стихотворением с его вступительными строками: «Что это за жизнь, если, полная забот, / У нас нет времени стоять. Поэма призывает нас выделить время в своей занятой жизни, чтобы остановиться и насладиться природой, так как это обогащает нашу жизнь:

Некогда смотреть, когда мы проходим лес,
Где белки прячут орехи в траве:

Некогда смотреть средь бела дня
Потоки звездные, как небо ночью:

Некогда оборачиваться взглядом Красавицы,
И смотреть на ее ноги, как они умеют танцевать.

Эдвард Томас, «Оттепель».

Над землей, покрытой веснушками, наполовину растаявшей
Гребцы в своих гнездах каркали
И видели с верхушек вяза нежные, как цветы травы,
То, что мы внизу не могли видеть, Зима проходит.

Эта четырехстрочная лирика повествует о необычайной чувствительности природы к знакам сменяющих времен года, о чувствительности, превосходящей человеческую. Мы можем слышать наполовину тающий снег, но грачи видят глубже нас и замечают едва уловимые и «тонкие» признаки приближающегося прихода весны.

Тед Хьюз, «Подснежник». Хьюз (1930–1998) предлагает несколько более суровый и дарвиновский взгляд на природу, чем романтики. Это очень короткое стихотворение о природе открывает прекрасный путь в мир поэзии Теда Хьюза. Он короткий, почти образный по своей лаконичности и сосредоточен на его центральном изображении - белом цветке, который запоминается своей «бледной головкой, тяжелой, как металл» в этом восьмистрочном шедевре.

Сильвия Плат, «Маки в октябре». Хотя это стихотворение отдает дань уважения собственным многочисленным попыткам самоубийства Плат, с его ссылкой на женщину в машине скорой помощи, сердце которой подобно цветущим макам, это, прежде всего, стихотворение в честь ярко-красных цветов.

Если вам понравилась эта подборка великих стихов о природе, откройте для себя больше классической поэзии с этими замечательными деревенскими стихами, нашей подборкой лучших стихов об одежде и этими классическими футбольными стихами.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *